Как писать о любви - Ольга Соломатина

Перед Рождеством пришлось поговорить с сыном.

– Ну, мать, ты даешь! – присвистнул сын и отказался приезжать на каникулы. – Я в порядке, но лучше не приеду.

Я расстроилась и обрадовалась одновременно. Мне и самой нужно было время привыкнуть.

– Почему вы не можете принять его любовь и поверить, что это ваша судьба? – спрашивала меня психолог.

И я вдруг действительно подумала: «А почему?» Ведь будь я мужчиной, никто бы не удивился, многие бы позавидовали и одобрительно подмигивали за моей спиной друг другу. Будь кинодивой, говорили бы: конечно, при ее деньгах и не такое можно себе позволить. Я боялась зависти, осуждения и только сыну смогла сказать правду.

На всякий случай мы скрывали отношения. Иначе предстоял разговор с подругой, иначе я рисковала публично разбить себе сердце, если бы Алексей ушел. Теперь я понимаю, что тогда я была просто не готова сознаться себе самой, что у нас любовь и мы вместе. Может быть, я из тех женщин, которым даже в 47, а может, особенно в 47, страшно привязываться к мужчине по-настоящему.

Я думаю, отношения можно построить со многими мужчинами. Было бы желание, притяжение, уважение и близкие интересы. Но пара рождается, когда оба принимают решение быть вместе. Я уже давно не говорю «навсегда», я разное видела ☺ Быть вместе до тех пор, пока обоим хочется просыпаться в обнимку, писать днем СМС, звонить из магазина, чтобы спросить, что ты хочешь на ужин, обсуждать содержание книг и хандрить, если поссорились. И вообще, я должна сказать, это счастье, когда твой любовник так молод! Когда ровесники стригут волосы в ушах и носу, бегают в парке по утрам в смешных шапочках, чтобы избавиться от животика, он радует тебя мышцами и модной стрижкой. Подруги рассказывают, что Новый год лучше секса, ведь Новый год чаще. А у твоего любовника полно сил, и он любит секс так же часто и долго, как ты. Ты попадаешь в волну юной энергии и сама молодеешь, едешь на рок-концерты, читаешь Харари, ловишь покемонов ночью на кладбище – почему нет? Меня как будто встряхнули, жизнь словно потекла в другую сторону.

А потом вдруг оглядываешься и понимаешь, что прошло семь лет.

И я стала бояться, что Алеша захочет детей и уйдет от меня, ведь родить я уже не могу. Одно время я таяла, когда видела чужих младенцев, жалела, что у нас нет общих детей, представляла, каким было бы мое материнство с Алешей, хотела подержать в ладони маленькие пяточки нашей дочки или сына, грустила. Он меня не понимал тогда, а потом… Слушай, но давай откровенно? На самом деле в мире есть столько интересного, помимо детей. Вот представь, мне было почти 50, когда мы познакомились. Мой единственный сын дался мне с большим трудом, и я больше отдавала, чем получала, пока ему не исполнилось 20. Как вспомню смены школ, ветрянки, сигареты в рюкзаке, его возвращения домой в пять утра и постоянное чувство вины, что я плохая мать, что выбрала ему неподходящего отца, что не люблю помогать с уроками и ходить на детские утренники, бр-р-р! Не все женщины – счастливые матери. Можно усыновить, да, но я никогда не хотела. Алеша шутит, что наши дети – это наши картины, собаки, поездки. Кстати, он так опекает моего сына! Хотя у них разница всего-то в несколько лет.

Прошло 22 года. У нас есть внук и внучка. Алеша превратился в Алексея, хотя он и сегодня младше, чем я была тем летом, когда Алеша прилетел в Берлин. Мы вместе. Моя подруга? Знаешь, она догадалась раньше, чем мы рискнули признаться, и успела переварить шок до того, как я позвонила. Все-таки годы личной терапии не проходят даром ☺ Она приняла нашу любовь. Да, так тоже бывает.