Вечный sapiens. Главные тайны тела и бессмертия - Александр Никонов

Как видим, не только бытие определяет сознание, но и сознание определяет бытие. Вопрос только в том, как оно это делает и что такое сознание. И если сознание определяет бытие в таких циклопических масштабах, может ли оно изменить его в масштабах более мелких? Ну, например, избавить свой носитель от рака? Ведь носитель – это как раз та штука, которой сознание манипулирует непосредственно, одним своим желанием.

Случай с Мирзой Омаровым, который избавился от рака путем могучих умственных усилий, показывает, что подобное возможно. «Казенная» медицина о таких чудесах знает и относит подобные исключительные происшествия к «спонтанным случаям излечения от рака». Австралийские онкологи несколько лет назад исследовали 2337 пациентов в терминальной стадии рака. Все подобные больные умирали в течение 5 месяцев. Но в 1 % случаев пациенты почему-то не умирали, а были живы и через пять лет после начала наблюдений. Но если рак может пройти спонтанно, это означает только одно: он может пройти! Иными словами, эта болезнь не фатальна. Что ее изгоняет из организма?..

Моя жена Галка иногда вывозит свой детский танцевальный коллектив на гастроли. И там Галка детей пасет. Работа эта нелегкая, дети – существа нежные, из тридцати человек кто-нибудь обязательно простудится и заболеет, кто-то отравится, кто-то порвет танцевальный костюм, а кто-то будет всю дорогу плакать, скучая по маме. Все дети разные, у каждой «детишки» свои проблемки, хорошо известные родителю, вот родители и дают перед поездкой Галке наказы, как правильно пользоваться их любимым чадом. Одна девочка, например, плохо спит, и родители на ночь дают ей таблетку «Персена».

И вот, наслушавшись инструкций по правильному использованию, Галка со своей напарницей Людмилой отбывает в другой город. Вечером укладывают детей спать, через полчаса Галка идет их проверять:

– Смотрю, одна девочка не спит – глаза, как плошки, моргает, тихо плачет, хочет к маме. Я с ней поговорила, по голове погладила, одеялом укрыла, глаза закрыла, ушла. Через полчаса захожу – глаза, как плошки, тихо плачет, хочет к маме. Поговорила, успокоила, погладила, укрыла, выхожу к Людмиле: «Что же делать? Ребенок не спит». И тут мы вспомнили: «Персен»! Дали таблетку, и девочка тут же уснула.

– Ну и зря, – не одобрил я. – Надо было дать плацебо – глюконат кальция или витамин С. Сработало бы так же, уснула бы моментально.

– Почему?

– Потому что у нее уже выработался условный рефлекс: таблетка – сон. И лучше давать пустышку, нельзя же с детства сажать ребенка на снотворное!

Мы все знаем, что если ввести в организм химическое вещество, оно подействует. Причем вполне определенно. Потому что человек – огромная колба с реактивами и идущими между ними реакциями и если добавить другие реактивы, ход реакций изменится – что тут непонятного? Потому и действуют таблетки! На этом основана вся современная медицина: одно вещество добавил – идет одна реакция, другое – другая. Если мы в колбу со щелочью дольем кислоты, пойдет реакция нейтрализации, а если вместо кислоты добавим «плацебо» (например, воду), никакая реакция нейтрализации не пойдет. Природу не обманешь!

Почему же тогда в огромной колбе под названием «человек» плацебо действует?

Причина только одна – у человека есть сознание. Именно оно – тот загадочный агент, который может помочь химии лекарства действовать (врачами давно замечено, что положительный настрой на лечение увеличивает шансы больного), может подействовать вместо химии (если больному дали пустышку) и даже против химии. Проводили такой эксперимент – вместо снотворного больному давали возбуждающее (кофеин), и он засыпал сном младенца только потому, что бы уверен: ему вкололи мощное седативное.

Вот схема эксперимента. Две комнаты. В каждой по 10 испытуемых. В первой комнате девяти людям дают возбуждающее средство – амфетамин, а одному бедолаге сильное снотворное. В другой комнате девятерым дают снотворное, а одному везунчику – возбуждающее. Каков результат? В первой комнате, видя, как возбуждающе подействовали таблетки на народ, человек, получивший снотворное, вместо того, чтобы уснуть, возбуждается и начинает размахивать руками. А во второй комнате, видя, что все вокруг клюют носом, человек, получивший амфетамин, вместо того, чтобы размахивать руками, начинает клевать носом и засыпает сном младенца.

Еще опыт, проведенный врачом Стюартом Вульфо. Известно, что некоторых беременных изводит тошнота. Взяв двух таких несчастных, доктор сказал, что у него есть очень сильное средство, которое блокирует тошноту и рвоту. После чего ввел им в желудок экстракт рвотного корня. Рвотный корень, как вы уже поняли из названия, это препарат на основе растительного сырья, который применяется в случаях, когда нужно быстро очистить желудок. Он вызывает желудочные спазмы. Однако на этот раз препарат почему-то не вызвал спазмы, а полностью их прекратил.

Как же так? Разве не материя у нас первична? Почему химию в колбе не обманешь, а химию в человеке обмануть можно? Ведь у химии-то своего мнения нет, реакции должны протекать и – по принципу «бытие определяет сознание» – вызывать соответствующие изменения в мозгу. Вкололи тебе возбуждающее – должен возбудиться! Вкололи успокаивающее – обязан успокоиться! Это же химия, с ней не поспоришь! Однако человек работает совсем как-то нелинейно.

Нет, понятно, что порой действие химии преодолеть бывает невозможно. Вряд ли если вам скажут, что дают аспирин, а подсунут цианид калия, ваш организм отреагирует на него, как на аспирин. Но где находится та граница, до которой сознание может работать против химии? Вот бы ее нащупать…

Чтобы ее нащупать, в доказательной медицине применяют так называемый двойной слепой эксперимент. В нем не только испытуемые не знают, что им дают – новое лекарство или плацебо, но и врачи, проводящие эксперимент, этого не знают тоже. Казалось бы, при чем тут врачи, ведь они же не рассказывают пациентам, чем тех пичкают? Однако давно было замечено: если врачи знают, что у них в руках – лекарство или плацебо, – результат испытаний меняется примерно на 20 % по сравнению с двойным слепым методом, хотя доктора не рассказывают ничего пациентам. Влияние наблюдателя на мир…

В 1985 году был проведен чрезвычайно любопытный эксперимент с тремя группами больных, у которых удаляли зубы мудрости. Первая группа получала вместо обезболивающего плацебо – физиологический раствор. Вторая – налоксон – средство, усиливающее боль за счет блокировки опиодных рецепторов организма. И только третья группа получала сильный анальгетик опиатной группы. Изюминка эксперимента состояла в том, что каждая группа разбивалась на две подгруппы. Поскольку изучался эффект влияния на больного внутренней убежденности врача, докторам в первой подгруппе сказали, что они будут вводить один из трех перечисленных препаратов – пустышку, усилитель боли или реальный анальгетик. Но какой именно, врач не знал. Врачей во второй подгруппе обманули: им сказали, что вводить пациенту они будут или плацебо, или усилитель боли. А на самом деле давали и анальгетик.

Всем врачам было запрещено сообщать пациентам о своих знаниях. Они просто делали укол. Так вот, процент больных, которые испытывали сильную боль, в первых подгруппах был меньше, чем во вторых подгруппах – и отличие это никак не было связано с получаемым лекарством. Различие было только в знании врача, которым тот с пациентом не делился. Напомню, в первых подгруппах врачи знали, что у них в руках может оказаться реальный анальгетик. А во вторых подгруппах были совершенно уверены, что пациенту будет больно.