Хозяин Черного озера - Дарья Донцова

– Сейчас лопну! – простонала Зефирка. – И спортивный костюм по швам трещит!

– Нет проблем, – пропела Аполлинария, – давай заключим договор о твоем похудении.

– Стану, как левретка Соня? – оживилась Зефирка.

Ворожея поморщилась.

– Зачем тебе подобное счастье? У Сони лапы – спички, тело – нитка, от головы – один профиль и в придачу спина кривая! Не красавица она совсем. Лучше тебе остаться складным мопсом.

– Правильно, – одобрила Мафи. – Когда Соня идет, у нее в шкуре кости гремят. Зефирушке надо просто в боках ужаться.

– Да, да, – закивала черная мопсиха.

Аполлинария глянула на Зефирку.

– Подписываем?

Лучшая портниха Прекрасной Долины вмиг пожала протянутую лапку ворожеи.

– Да! Согласна!

– Зефирка, – ахнул Эрик, – так нельзя!

Черная мопсиха поставила усы торчком.

– Опять неправильно поступила?

– Ну конечно! – закивал Эрик.

– Ты мне надоел, – отрезала Зефирка. – Замолчи, пожалуйста.

Но мопс продолжал:

– Разве можно подписывать договор, не спросив, что придется сделать в оплату за стройность?

Зефирку куснула тревога.

– Ой! А какое у вас желание?

– Любимая моя, – проворковала Аполлинария, – никогда не сделаю ничего плохого. Но сначала послушай моего совета. Да и вы, мои родные, крепко запомните. Свои желания нельзя говорить громко, при всех. Только мне, тихо, с глазу на глаз.

– Все и так знают, что я хочу стать худышкой, – возразила Зефирка.

– Вдруг у тебя еще какое-то желание появится, тайное? – очень серьезно произнесла Аполлинария. – Давай отойдем в сторонку, я скажу, что в обмен предлагаю.

Мопсиха и борзая встали и приблизились к Белой горе.

Аполлинария зашептала:

– Мое желание очень простое и доброе. Я дам тебе семечки, посади одно в горшок, полей водой из вашего сада и поставь кашпо у Мули в спальне. Второе растение должно распуститься в твоей комнате. А третье помести в кабинете Черчиля.

– И все?! – изумилась Зефирка.

– Да, – кивнула Аполлинария.

– Посадить три семечка? – переспросила Зефирка. – Только и дел? Может, потом еще что-то понадобится?

Ворожея опустила уголки рта.

– Ты по-прежнему мне не доверяешь! Ожидаешь подвоха. Печально. Надеюсь, ты скоро поймешь: ничего дурного я никогда никому не предлагаю совершать. Все самое плохое собака, кошка, любой житель Прекрасной Долины сам лично делает. Мы сами себе главные враги. Дундук тут вообще ни при чем. Не он нас заставляет плохо поступать, мы сами, без чужих подсказок, врем и злимся. Зефирушка, ты согласна подписать договор о желаниях?

Черная мопсиха пожала протянутую лапку Аполлинарии.

– Конечно.

– Отлично! – воскликнула ворожея. – Пошли к столу. Зефирушка, то, что я пожелала, нельзя никому рассказывать. Если проговоришься, вмиг опять растолстеешь, превратишься прямо в чудовище! И никогда не похудеешь.

– Почему? – пролепетала лучшая портниха.

– Потому что разболтать чужую тайну – предательство, – пояснила борзая. – А изменника жизнь всегда больно наказывает. Да, мое желание доброе: посадить цветы. Мечтаю украсить Мопсхаус, но опасаюсь, что мои подарки отвергнут. Да, хочу только хорошее сделать. Но это мое личное желание, ему следует стать тайной для всех, кроме тебя. А теперь пошли пить чай.

Когда мопсиха и Аполлинария вернулись к столу, борзая ласково осведомилась:

– Ну, какие ощущения?

Зефирка начала чесать бока.

– Комары кусают!

– Здесь никто не летает, – заметила Мафи, – ни птицы, ни бабочки, даже мух нет.

– Солнышко, – нежно произнесла Аполлинария, – в чистом красивом месте – какие мухи? Они любят грязь.

– Если садимся во дворе Мопсхауса чаю попить, то приходится ежеминутно мух от вазочки с вареньем из ежемалинки отгонять, – задумчиво проговорила Мафи. – А здесь ни одна к столу не приблизилась.

– Желания исполняются только у того, кто лично пришел? – неожиданно поинтересовался мопс.

– Можно ли прибежать и попросить что-то для кого-то? О, милый, добрый Эрик, опасно это. Сделаешь, как полагаешь, другому хорошо, а ему этого не надо, – улыбнулась собачка. – Пусть он сам придет, мы с ним и договоримся. Меня найти очень-очень легко. Стоит лишь захотеть чего-то с невероятной силой, и дорога к Черному озеру откроется.

– Я не то имел в виду, – возразил Эрик.

– А о чем ты тогда ведешь речь? – удивилась Аполлинария.

– Если захочу, чтобы желание, например, Зефирки не исполнилось, подобное получится? – осведомился Эрик. – Подпишу договор, честно выполню его. А Зефирка не похудеет, и тогда ей не придется выполнять вашу просьбу.

– Возможно ли своим желанием отменить желание кого-то другого? – закивала Аполлинария. – Нет. Подобное неправильно, нехорошо ограничивать чью-то волю.

– А если она гадкая? – не утихал Эрик. – Я, например, мечтаю, чтобы у Мафи хвост отвалился. Это как?

Мафи быстро села, спрятала под себя хвост и с возмущением произнесла:

– Очень плохая идея.

– Подпишешь договор – исполню, – коротко ответила ворожея.

– Эй, эй, – заволновалась Мафи, – перестаньте!

– Вы исполните, – повторил мопс, – но собака останется… э… в некомплекте! Вас это не смутит? Желание лишить кого-то части тела недоброе.

– Некоторые считают хвост незначительным, но мне он необходим! – пустилась в объяснения Мафи.

– И как собаке вернуть свой хвостик? – продолжал Эрик.

– Проще некуда! – улыбнулась борзая. – Надо прибежать сюда, пожелать полностью восстановить тело, подписать договор – и порядок.

– Ясно, – угрюмо ответил Эрик. – Значит, процесс, который сейчас запустила Зефирка, неостановим.