Тайна «Звездного странника». Сердце пирата. Гладиатор забытых созвездий. Пират против всей Галактики - Дмитрий Емец

Неужели Грохотун уничтожит нашу планету? И у него поднимется рука? – Копачи просто отказывались верить в такой ужас. Последнее время на их маленький народ обрушилось столько несчастий, а тут еще и угроза уничтожения планеты!

– Готов поспорить, он даже не станет ждать, пока пройдут десять часов, – добавил попугай. – Я чувствую, как у него руки чешутся поскорее нажать на кнопку! Тогда «Странник» так бабахнет!

Увидев, что Крокс успокоился и, похоже, не собирается стирать его в порошок, попугай перестал метаться и осторожно уселся на камень неподалеку от капитана. Перелезть на привычный ему насест – плечо пирата – он пока не решался.

– Надо что-то делать! – Робот-нянька подбежал к Кроксу и схватил его за руку. – Слушай, ты, мерзавец! Свяжись с Грохотуном! Отмени свой приказ! А то не знаю, что я с тобой сделаю!

– Исчезни, старая развалина! Пшел вон! – Киборг оттолкнул старого робота с такой силой, что тот упал.

– Не трогай его! Ты в порядке, Баюн? – Андрей и копачи подбежали к роботу и помогли ему подняться.

Крокс угрюмо смотрел на них, перебирая рубиноглазы.

– Красивые камешки! – сказал он человечкам. – Ваши родственнички знали, во что превращаться. На каждый такой камешек можно купить десяток планеток вроде этой.

– Положи кристаллы! Разве ты не видишь, что они тебя боятся! – Самтытакой отважно шагнул к пирату и схватил рубиноглазы.

Капитан с любопытством и одновременно презрительной жалостью смотрел на маленького копача, который бережно возвращал камни на их прежние места. Рубиноглазы благодарно замерцали зеленым.

– Ну-ну, – хмыкнул Крокс. – Что-то вы, милые мои, ерундой занимаетесь. Знаете, сколько времени у вас осталось? Около девяти часов. И то если Грохотуну не надоест ждать.

– Капитан, неужели вы сдадитесь? Не попробуете его остановить? Не попытаетесь с ним связаться? – не верил попугай.

– Делать мне нечего. – Крокс скрестил на груди руки. – Можно подумать, я боюсь смерти. Веком позже, веком раньше… Пожалуй, даже романтично взлететь на воздух вместе с десятком тысяч рубиноглазов. Как-никак, я теперь самый богатый пират Вселенной…

– Это не твои камни! – возмутилась девочка, подбегая к нему. – И никогда не были твоими!

– Лависса, не надо! – попробовал остановить ее робот-нянька. Но она была так возмущена, что не могла молчать.

– Эти камни не твои! Они ничьи! Они живые! А живое не может принадлежать никому! Живое принадлежит самому себе! И богу!

– Хорошая мысль! – Крокс захлопал в ладоши. – Какая умная девочка! Давай, детка, продолжай в том же духе. Надеюсь, время выговориться у тебя еще есть.

И он с интересом стал наблюдать за Лависсой, покачивая ногой.

– Капитан Крокс! – не выдержал Андрей, который, сам не зная почему, в какой-то момент перестал бояться пирата. – Вам кажется, вы смелый, но на самом деле бы боитесь! Вы проиграли! Вы отказались от борьбы! Трусость – это не когда боишься, а когда отказываешься от борьбы!

– Еще одна хорошая мысль. Какие умные пошли дети! – усмехнулся киборг. – Сегодня урожайный денек на хорошие мысли, а?

Хоть Крокс бодрился и злословил, похоже было, что слова мальчика произвели на него впечатление. Капитан помрачнел, и нога, которой он покачивал, вдруг замерла.

– Вы отказались от борьбы – значит, вы проиграли! – продолжал Андрей. – Крокс, великий звездный воин, проиграл! Он струсил! Испугался Грохотуна! Зашел в тупик!

– Все, хватит! Заткнись! – Капитан вскочил и сжал кулаки.

Робот-нянька поспешно заслонил друга, думая, что пират бросится на мальчика, но Крокс внезапно остановился.

– Пожалуй, ты прав, парень! Я и в самом деле отказался от борьбы, – тихо произнес он и нахмурился. Человеческая половина его лица побледнела и словно окаменела. Очевидно, именно такого Крокса, непобедимого звездного воина, и страшились армады неприятельских кораблей в последнюю Галактическую войну.

– «Никогда не отступать!» – когда-то это было моим девизом, – мечтательно сказал он и вдруг рявкнул: – Попугай, сколько у нас времени?

– Восемь часов пятьдесят девять минут, – доложила птица. На этот раз она была точна и предпочла воздержаться от шуточек.