Пожиратель душ - Мишель Пейвер

Мир Торака отстает от нашего на шесть тысяч лет.

Он возник сразу после ледникового периода и существовал вплоть до наступления эры земледелия, когда всю Северо-Западную Европу еще покрывали сплошные леса.

Люди во времена Торака выглядели в точности, как и сегодняшние, но жили они по иным правилам и законам. Они не знали письма и колеса, не умели выплавлять металлы, но и не особенно во всем этом нуждались. Они и так прекрасно умели выживать в дикой природе. Они знали все о животных, деревьях, съедобных растениях и скалах своего родного Леса. И если им что-нибудь было нужно, они знали, где это найти или как это сделать.

Жили они маленькими племенами, которые часто перемещались с места на место. Некоторые оставались на стоянке лишь день-два, как, например, племя Волка. Другие могли прожить на одном месте целый месяц или даже целое лето, подобно племени Ворона или Ивы. Были и такие племена, которые круглый год жили на одном месте, например племя Тюленя. Так, некоторые из племен сменили место своего обитания со времени тех событий, что были описаны в «Сердце Волка».

Собирая материал для «Пожирателя Душ», я довольно долго жила в заснеженных лесах у подножия Карпатских гор, в Румынии. Мне повезло: я видела следы волков, оленей, рыси, барсука и многих других (медведи, правда, еще пребывали в состоянии спячки, так что их следов я не видела — к своему счастью, если честно). Я также не раз видела воронов на тушах мертвых животных, а мои провожатые рассказали мне, как притвориться мертвой или сделать фальшивую приманку, чтобы подманить этих птиц, самых умных на свете.

Чтобы побольше узнать о собачьих упряжках, я познакомилась с несколькими лайками-хаски — сперва в Финляндии, а затем и в Гренландии, где они меня катали. Мы совершали восхитительные (и промораживающие насквозь!) скоростные поездки по льду. Чтобы глубже проникнуть в обычаи и духовный мир племен Льда, я специально изучала традиционные искусства и умения инуитов (эскимосов), живущих в Гренландии и Северной Канаде. Я наблюдала за тем, как они охотятся, как строят свои жилища из снега, как шьют одежду из шкур. И испытала в Гренландии могущество ветра и ужас льдов, а также — во время одной незабываемой поездки — почувствовала близость смерти, когда невдалеке всего лишь промелькнул огромный белый медведь.

Кстати, желая поближе познакомиться с белыми медведями, я отправилась в Черчилль, это в Северной Канаде, и там днем и ночью наблюдала за тем, как медведи отдыхают и играют. Это огромная привилегия — столкнуться нос к носу с полярным медведем, встретиться взглядом с существом которого инуиты Северо-Западной Гренландии называют Великий Странник. Я думаю, меня всю жизнь будет преследовать взгляд этих страшных и в то же время невинных темных глаз.

Я хочу поблагодарить Кристофа Промбергера из Большого карпатского питомника хищников в Трансильвании за то, что он поделился со мной своими знаниями по выслеживанию зверей и чтению их следов, а также кое-что поведал мне об особенностях поведения волков и воронов. Я очень благодарна также жителям Черчилля, штат Манитоба, за ту помощь, которую они мне оказали, когда я стремилась непременно подобраться поближе к белым медведям, а также — жителям Восточной Гренландии за их гостеприимство, открытость и отличное чувство юмора. Большое спасибо сотрудникам государственного волчьего заказника Соединенного Королевства Великобритании, которые устроили мне поистине чудесные встречи с волками. Я благодарю также мистера Деррика Койла, старшего смотрителя воронов Тауэра, за то, что он поделился со мной своими поистине неисчерпаемыми знаниями относительно характеров некоторых августейших птиц. И, как всегда, я бы хотела поблагодарить своего агента Питера Кокса за его неиссякаемый энтузиазм и поддержку, а также своего замечательного издателя Фиону Кеннеди за богатое воображение, преданность и понимание.

Мишель Пейвер, 2006