Шалунья Нулгынэт - Мария Федотова

Возле нас остановились конные люди. Я увидела коня с большим животом. Хожу вокруг, смотрю, что делают, о чём говорят. Конные поставили палатки и разожгли костёр, угостили меня печеньем. Я принесла им сушёного мяса, и люди от радости отвалили мне целый кулёк конфет.

Утром встала рано. Рядом с нашей палаткой пасутся кони с путами на ногах – чтобы не сбежали. Вдруг вижу: на траве лежит крохотное существо, дрожит, пытается встать на ножки. Возле него лежит тот самый конь с большим животом, и из вымени у него течёт молоко. Я поняла: «Конь тугута родил».

Попробовала поднять малыша. Он маленький, но тяжёлый. Всё-таки удалось приблизить его к соскам. С трудом раскрыла рот палочкой, набрала из сосков молока в ладонь, накапала тугуту на язык. Потихоньку напоила из ладони. Потом он сам к вымени присосался. Я обрадовалась – значит, всё правильно сделала!

Дернула коня за хвост, а он не шевелится. Совсем. Я закричала:

– Эй, люди! Конь оленёнка родил, а сам умер, бедный!

Конные заспешили ко мне, засуетились вокруг коня. Слышу:

– Не смогла подняться… Рядом никого не случилось… Тяжёлые роды были…

– Кто подтащил его?

– Ребёнка коня? Я. Помогла ему начать кушать.

– Это не конь, а кобыла. А маленький – не тугут. Жеребёнок.

– Ай, молодец! – похвалил меня смешливый усатый дяденька. – Сама с вершок, а справилась! Если б не ты, мы бы и жеребенка лишились. Вот только чем его теперь кормить?..

– А пусть важенки его кормят! Мы оленят к разным важенкам подпускаем.

– И то верно, – задумался усатый.

Я медленно зашагала к палатке. Думаю с грустью: «Такие большие, а одного маленького прокормить не могут».

– Девочка! – вдруг окликнул меня дяденька. – А хочешь, мы отдадим тебе жеребёнка?

– Конечно, конечно хочу! – обрадовалась я. – Спасибо!

– Сумеешь вырастить, будет тебе добрый конь!

Я обняла лежащего жерёбенка, и тут подошла мама.

– А мне жеребёнка подарили!

– Ой, какой маленький! – мама наклонилась над ним, погладила. Усатый поднял малыша и отнёс к нашей палатке. Мама угостила дяденьку оладьями.

Через день конные уехали.

Жеребёнок выпивал много оленьего молока, всё больше и больше. Пришлось нам пить небелёный чай. Важенки маленького обижали, пытались боднуть, когда он к ним подступал. Вся моя жизнь наполнилась его прогулками, кормлением, обидами…

Мне казалось, что он не наедается. Пил много воды. Потом я стала кормить его мелким сеном и мучной болтушкой. Назвала любимца Тойтоем.

Скоро я едва доставала до его ушей. Бегаем вместе по траве. Мама уже не разрешает поить его молоком. Брат стал кормить Тойтоя.

– Он ведь мой, правда? – спрашиваю ревниво.

– Твой, твой. Сама к седлу приучать будешь.

Как человек, имеющий собственного коня, хожу гордо, заложив за спину руки.

– Ишь, какая важная у нас конная владелица! – смеются пастухи.

– А вы не знали? Так все конные ходят! – отвечаю я.

По предсказанию усатого дяденьки, Тойтой вырос добрым конём. Как-то раз, когда брат сломал ногу и полз домой из последних сил, Тойтой нашёл его и лег рядом, чтобы раненому было легче на него взобраться. Привёз и маму ржанием предупредил. С тех пор мой брат и конь неразлучны, хотя Тойтой, я знаю, больше всех любит меня.