Шифры и квесты: таинственные истории в логических загадках - Роман Душкин

Через некоторое время глаза мои привыкли, и я начал хоть что-то различать. В нескольких метрах от меня громоздилась бесформенная груда чего-то. Разглядеть её было очень сложно. Но то, что находилось рядом со мной, можно было уже разобрать. Здесь лежали огромные запасы макулатуры. В основном это были газеты, сложенные в тюки и перевязанные бечёвкой. Я отошёл подальше от люка и взял первый попавшийся тюк. Он был тяжёлым. Я попытался поднять его, и бечёвка лопнула. Газеты разлетелись по всем углам. Мне стало стыдно – всё так и останется лежать, сложить их в темноте уже не получится.

Я взял одну из выпавших газет и полез вниз. На терраске я смог рассмотреть свою добычу. Это была старинная газета из времён задолго до моего рождения. Вероятно, мой отец мог держать её в руках в дни своего детства. Казалось, что пожелтевшая бумага несла запах той эпохи. Впрочем, это был запах прожитых лет – затхлый дух всепоглощающего времени. Бегло просмотрев газету, я понял, что речь в ней идёт о надоях крупного рогатого скота, о социалистических соревнованиях между колхозами района, о лесхозах и восстановлении поголовья диких животных.

Снова пора в амбар, в мой штаб. Я достал блокнот и нарисовал в нём таблицу. В первом столбце этой таблицы я выписал все буквы русского алфавита, а также поставил пробел. Пробелы тоже посчитаю на всякий случай. Второй столбец таблицы сделал шире и оставил незаполненным. Теперь осталось брать и считать каждую букву, а результат записывать в таблицу.

Но тут я подумал: что, если подсчитанные буквы в старой газете, где писалось про надои, не будут показательны для моих целей? Ведь может так случиться, что какие-нибудь буквы из-за этих надоев будут встречаться намного чаще, чем они встречаются в обычных текстах. Эта мысль увлекла меня, и я решил воспользоваться не газетой, а другой книгой из чемодана отца. Я достал «Путешествие к центру Земли» Жюля Верна и открыл первую главу. Она оказалась совсем небольшой, и я решил использовать её. Сначала подсчитал количество всех букв и пробелов, исключая все остальные символы, то есть цифры, знаки препинания и т. д. Оказалось, что всего в этом тексте 7037 знаков. Что ж, это немного. Можно начинать.

Первым делом я подсчитал пробелы. Их оказалось ровно 1024. Пока считал, чуть не погиб от напряжения шеи. Записал это число в блокнот и вышел на улицу. Решил дальше считать, сидя на скамейке около амбара и слушая жужжание пчёл. Тут было действительно проще и светлее.

Я стал считать количество использованных букв «А», при этом не делал различия между заглавными и строчными буквами. Их оказалось 445 штук. Затем буква «Б», которая встретилась в тексте 109 раз. Я начал считать букву «В» и тут понял, что всё-таки поступил неправильно. Я уже практически выучил этот текст, прочитав его три раза, и тут до меня дошло, что он не очень хорош. Во-первых, в нём ни разу не встретилась буква «Ё», и её придётся объединить с буквой «Е», потому что в этом издании она просто не печаталась. Но, во-вторых, главная моя оплошность заключалась в том, что в этом тексте использовались многочисленные нерусские имена персонажей, причём они использовались очень много раз. Этого я как раз стремился избежать, отвергнув текст о надоях молока и лесхозах, но попался на такой банальной ерунде. Лучше бы взял старую газету. По крайней мере, считать было бы намного легче, поскольку в книге я всё-таки не стал делать пометок и зачернять посчитанные буквы.

Но дело уже было начато, и я решил продолжить. В любом случае у меня получилась бы таблица, по которой можно было начать декодировать послание. Если не получится, то посчитаю второй раз уже в газете.

Я стал считать дальше. Время пролетело совсем незаметно, и опомнился я только тогда, когда меня окликнул дед Трофим. Он приковылял к амбару, когда на двор начали опускаться сумерки.

– Кирилл, что ты тут делаешь? Я тебя потерял.

– Я очень занят.

– Ты не пришёл на ужин. Теперь тебе остаётся выпить молока с булкой.

«Булкой» он называет белый хлеб. Хлеб, кстати, тут очень вкусный. Я даже удивился. Дед Трофим рассказал как-то, что много лет назад в селе была своя пекарня, и хлеб с булками выпекался прямо здесь, поступал с пылу с жару в магазин. Тогда, дескать, он был ещё вкуснее. Кстати, словом «хлеб» он называет чёрный хлеб. А белый хлеб – это «булка». Так странно.

– Дедушка, я не хочу. Я дошёл только до буквы «П».

– Нет, давай. Поешь и делай дальше, что хочешь. Но и поспать не забудь.

Честно говоря, меня вот такое отношение деда Трофима несколько забавляло. Он совершенно не занимался моим воспитанием, позволял мне делать всё, что я хотел. Впрочем, я особо не шалил, поэтому не мог ещё проверить его реакцию на своё баловство. Но, честно говоря, при нём не хотелось вести себя скверно. От него шли странные волны умиротворения, и при разговоре с ним совсем не хотелось дурачиться.

Я записал в таблицу результат для буквы «П» (её оказалось 156) и попытался встать. Однако ноги не слушались, к тому же шея затекла и превратилась в камень. Ох, я действительно потерял связь с реальностью. Вокруг постепенно темнело, и пчёлы уже залезли в свои домики, только около летков ещё сидели пчёлы-охранники. Я прошёлся туда-сюда и размял затёкшие ноги. Потом поплёлся домой.

Дома на терраске стояла трёхлитровая банка молока, рядом с которой лежала «булка». Тут я понял, что всё-таки хочу есть, а потому набросился на молоко с хлебом. Молоко, к сожалению, оказалось не парным, а уже настоявшимся с дневного доения. Днём нам приносила молоко неизвестная мне старушка, поскольку своей скотины у деда Трофима не было. Я ещё не очень хорошо познакомился со всеми этими людьми. Вроде бы это родственница прабабушки, но я пока не запомнил ни её имени, ни того, кем она нам приходится. Но дед Трофим говорил, что тут практически вся деревня – родственники друг другу. Я помню, папа тоже что-то такое говорил, но тогда я особо смысла этому не придавал.

После такого скромного ужина я пошёл обратно к себе в штаб. Было уже совсем темно, и я решил отложить дело до утра. Залез к себе на второй этаж и закрыл глаза. Но сон не шёл. Так я и ворочался некоторое время, в голову лезли всякие мысли, связанные с подсчётом букв. Пришла идея – надо будет ещё подсчитать количество букв, которые встречаются в начале слова. Очевидно, что это будут другие количества, и такая таблица тоже поможет, особенно в случае, если в шифровке слова разделены пробелами. В найденной мной шифровке это было именно так.