Сумеречный охотник. Вход в Реальность - Елена Сухова

100 % динозавров вымерло.

Статистика

Еще одна небольшая лестница вела вниз. Ник спустился по кривым растрескавшимся ступеням и очутился в огромном зале. В полумраке ежесекундно вспыхивали и тут же угасали искры света. По полу клубился туман, он, словно живой, обволакивал ноги.

Сделав несколько шагов, Ник заметил, как по одной из стен, журча, стекала вода. Она попадала в огромную каменную чашу. Невероятно, но вода казалась кристально чистой. После затхлых помещений впервые повеяло свежестью. Возле чаши с двух сторон возвышались каменные химеры. То ли они презрительно сощурились при виде Ника, то ли это ему показалось из-за вспыхивающих искр.

Только сейчас Ник почувствовал, что ужасно хочет пить. Он убрал меч в ножны и рискнул сделать глоток. Это была совсем необычная, неправдоподобно чистая вода, а ее вкус почему-то показался знакомым. Силы вдруг вернулись, будто и не было долгого пути по лабиринтам.

Каменные веки статуй приоткрылись, в глазницах зияла пустота. С грохотом одна из химер ударила по полу хвостом, и во все стороны полетела выбитые осколки.

— Значит, ты решил украсть у меня живую воду. Пробрался сюда втихаря, — рявкнул кто-то за спиной. — Стоило мне упустить одну воровку, как стали появляться другие.

Ник обернулся.

Да, это был Хаос! Его худая высокая фигура облачена в нелепый смокинг, тусклый, как и все в этом мире. Черные волосы свисали на бледное лицо с заостренными чертами. Но глаза оставались теми же: мутные белки и пронзительно-оранжевый цвет радужных оболочек.

— Мне не нужна живая вода, — сказал Ник, невольно пятясь назад, пока не наткнулся на каменную чашу.

— Пытаешься врать мне? Мне?! Тому, кто тысячелетия изучал ложь и обман! — взревел Хаос. — Леди Дора тоже пришла под видом друга лишь затем, чтобы обворовать меня и предать. С тех пор я уже не верю ни одному магу. Все вы пытаетесь уничтожить меня. И что? Все равно я расправлюсь с вами.

Ник потянулся к мечу. Химеры, встрепенувшись, придвинулись ближе, при этом раздался грохот, как от камнепада. Ник опустил руку; казалось, еще секунда — и они раздавят его.

— Знаешь, почему я уничтожу вас? Потому что у меня теперь хватит на это сил. Я подготовил войска, они не отступят, пока не разорвут на клочки весь мир, — тонкие губы Хаоса изогнулись в гримасе отвращения, обнажая кривые желтые зубы.

Ник попытался сделать шаг, но путь преграждали каменные химеры. Их глаза пугали своей пустотой, из пастей вырвался огонь, осветив увядшую гвоздику в петлице Хаоса.

— Теперь отвечай, как ты сумел проникнуть сюда, куда без разрешения не могут добраться даже мои слуги? — Хаос наморщил лоб, словно силился что-то вспомнить. — Кто ты такой? Почему ты мне кажешься знакомым?

Ник понял, что Хаос не знает о тех, кто шел вместе с ним, не знает про медальон. Это давало хоть какое-то преимущество.

— Мы встречались раньше, — глухо ответил Ник, решив, что Хаос все равно уже почти узнал его. — В парке.

Хаос отступил на шаг назад и впился в Ника взглядом.

— Теперь я тебя узнал. Да, эту бровь трудно не запомнить. Помнишь, я говорил, что мы еще встретимся. Я знал, что скоро выйду отсюда, чтобы сразиться с магами. Я думал увидеть тебя на поле битвы. Не ожидал, что встреча состоится здесь.

Ник неожиданно для себя усмехнулся и совершенно честно сказал:

— Я тоже не ожидал!

— Значит, передо мной стоит мальчишка, который вовсе не собирался здесь оказаться, — в голосе Хаоса сквозила неприкрытая угроза. — А еще этому мальчишке сейчас следует находиться на состязаниях. Только он почему-то проник сюда. Уже украл у меня воду и утверждает, что явился за чем-то другим. Так что тебе надо?

— Я… — Ник перевел взгляд в сторону, на каменных стражей. Пока он не двигался, они тоже стояли спокойно, постукивая по полу змеиными хвостами. Стоит сказать или сделать что-то неправильное — и они набросятся с двух сторон. А может, и не они, может, сам Хаос.

— Я хочу получить такую же шкатулку, как у Окса, — выпалил Ник.

— Что? — Хаос явно не ожидал услышать подобный ответ. Его оранжевые глаза вспыхнули ярче. Лицо стало меняться, на какой-то миг проступили черты господина, встреченного в парке, но он тут же вернул прежнее обличье.