Тень на каменной скамейке - Мария Грипе

«Но не можем же мы позволить ей вот так исчезнуть? Нужно заявить в полицию!» – сказала мама папе. Нет. Папа был против. Если Каролина написала, что не пропадет, значит, так и будет. Мы не станем заявлять в полицию. Это может принести Каролине больше вреда, чем пользы. Свея придерживалась того же мнения. «Может, она еще вернется», – промолвила она кротким голосом, сама не очень-то веря в то, что говорит.

Итак, Каролина исчезла. Комната ее была пуста. Единственное, что после нее осталось, – букет подснежников в голубой вазе, которую она привезла с собой. «Она забыла свою вазу!» – воскликнул Роланд.

Но у меня не было уверенности, что она действительно забыла ее. Каролина знала, что мне очень нравилась эта ваза. Цветы в ней так красиво смотрелись. Особенно подснежники. «Хочешь – возьми ее себе», – сказала она однажды, но мне не захотелось лишать ее такой красивой вещи. Возможно, это самовнушение, но я подумала, что Каролина оставила голубую вазу мне на память. Я отнесла ее к себе в комнату.

Дома все были в большом замешательстве. Надя ревела в голос. «Я никогда не забуду Каролину, – всхлипывала она. – Всегда-всегда буду по ней скучать. Всю жизнь». Роланд держал себя в руках, но глаза у него погрустнели. Говорил он немного. Но вытащил из вазы подснежник и засушил. Маму больше всего волновало, что же станется теперь с Каролиной, куда она пойдет.

Спокойнее всех вел себя папа. Каролина сама все решила, сказал он. Она хочет сама распоряжаться своей судьбой, и с этим ничего нельзя поделать. Нужно уважать ее решение. «То есть, она не приняла твоего предложения?» – спросил Роланд. Нет. Она оставила его без ответа. Но разве то, что она сбежала, не является своего рода ответом? Что это, собственно, было за предложение?

Роланд считал, что теперь-то папа может все нам рассказать. Раз из этого ничего не вышло, то и говорить не о чем, сказал папа. Роланд настаивал, но без успеха. Мы так ничего и не узнали.

Свея, прежде полная решимости избавиться от Каролины, теперь, когда та наконец покинула дом, была даже вроде озадачена. Она добилась своего, но не совсем так, как ей хотелось. Свея стала на удивление молчаливой. Особенно когда узнала, что же в действительности произошло в тот злополучный день.

Маленькому Эдвину не пришлось напрасно мерзнуть на крыльце у черного хода, пока Свея ездила к зубному врачу. Он не приходил в тот день, он вообще не был в школе. Он остался дома с Флорой. Маленький Эдвин снова заболел.

Неудивительно, что Каролина его не видела. Свея призадумалась. Каролину наказали безвинно. Непомерно строго наказали. Свее было над чем подумать, и невеселые это были мысли.

Мама решила позвонить бабушке и попросить ее как можно скорее подыскать нам новую горничную. Но Свея решительно выступила против этого. Не нужны ей новые вертихвостки в доме, без них обойдемся. Но как же Свея одна справится с хозяйством? Ведь ей нужна помощь? Иначе она надорвется. Нет, не нужно ей никакой помощи. Свея – человек старой закалки, из тех, что приучены к труду. Она предпочитает работать одна, чем тратить время на обучение упрямых девчонок, которые потом задирают нос и теряют всякий стыд.

Свее хотелось теперь быть великомученицей. По-моему, так она себя наказывала. Видимо, до нее дошло, что именно она, Свея, была непосредственной причиной бегства Каролины, только не хотела в этом признаться. Взамен старалась сделать свою жизнь невыносимой. А это, в свою очередь, доставляло страдания маме. Необходимость одной вести хозяйство, следить за таким большим домом, как наш, подразумевала, что у Свеи почти не будет времени для отдыха. Как она выдержит? Мама очень волновалась. А Свея бродила по дому живым воплощением мужества и жертвенности.