Хаос – это нормально - Шарон Крич

О, Царь Царей, Альфа и Омега! Я точно сойду с ума.

Прежде всего, это безмозглая Бет-Энн! Сегодня утром она звонила сюда четыре раза, чтобы поговорить с Карлом Рэем. Первые два раза я ответила ей, что он всё ещё спит и я не собираюсь его будить. В третий раз она умоляла и стонала, поэтому я поднялась наверх, чтобы разбудить его, но его там не было! Поэтому я так и сказала ей, и она захотела знать, где он.

– Я не сторож моему брату, Бет-Энн, – сказала я.

На что она сказала:

– Он не твой дурацкий брат, Мэри Лу. Через час она позвонила снова и пожелала узнать, не вернулся ли он.

– Нет, – ответила я.

Она поинтересовалась, когда он вернётся.

– Я не сторож брату… – сказала я.

Затем вернулся Карл Рэй. Я сообщила ему о влюбленной до безумия Бет-Энн. Он сказал, что позвонит ей позже.

– И правильно, Карл Рэй, – сказала я. Я была рада, что он не бросился к телефону.

Потом я попросила его отвезти меня в аптеку. Мне не нужно было в аптеку, но я знала, что это единственный способ остаться с ним наедине, без посторонних, чтобы он рассказал мне ту историю с кольцом.

Однако следует упомянуть о том, что до возвращения Карла Рэя я снова позвонила Алексу. Его не было дома. Я точно умру.

Итак, мы с Карлом Рэем сели в машину. – Итак, – сказала я, – давай, заканчивай свою историю и не делай удивлённые глаза типа «какую историю?». Сам знаешь, что я имею в виду. О миссис Фурц. Она хотела знать, откуда у тебя дурацкое кольцо, и ты сказал ей, что его дал тебе мистер Фурц, и когда я спросила почему, ты мне не ответил. Кстати, я хочу точно знать, почему ты приехал сюда, в Истон, и кто твой отец. Я хочу знать всё, Карл Рэй.

Он посмотрел на меня своим коронным скорбным взглядом:

– Я приехал сюда, потому что мама сказала, что мой отец, мой настоящий отец, живёт здесь, в Истоне.

– В Истоне? Боже! В Истоне?!

Я попыталась вспомнить всех, кого знала и кто был достаточно взрослым, чтобы быть отцом Карла Рэя. У меня даже мелькнула ужасная мысль: что, если это мой папа? Нет, это слишком ужасно и лучше об этом не думать.

Тогда я подумала про мистера Фурца, но мистер Фурц умер, и, кроме того, он даже не знал Карла Рэя, пока Карл Рэй не получил работу в хозяйственном магазине. Потом я почему-то подумала о мистере Чиви, и как только я вспомнила о нём, то подумала: «Ну, конечно! У мистера Чиви такие же длинные руки и длинные ноги, и тощее тело, и маленькая голова, и веснушки. Чёрт, как я сразу не сообразила! Всё это – и деньги, и возможность получить образование – подарок его родного отца. Только от него! У мистера Чиви много денег. Но – ик! – Алекс и Карл Рэй, братья? Ик.

– КТО ОН? – спросила я. – КТО ТВОЙ ОТЕЦ?

– Тебе не нужно кричать.

– БУДУ КРИЧАТЬ! БУДУ! БУДУ! – Я умолкла и посчитала до двадцати.

Затем глубоко вздохнула.

– Ладно, Карл Рэй, – сказала я этаким сладким голоском. – Ты нашёл своего отца здесь, в Истоне?

Он кивнул.

– И кто же он, Карл Рэй? – вкрадчиво спросила я.

Его лицо приняло скорбное выражение.

– Сначала я должен сделать ещё одну вещь, а потом я скажу тебе.

Чёёоорррт!

– И когда это? Назови хотя бы приблизительное время. Завтра? В среду? На следующей неделе? В следующем году? Через десять лет?