Следы во времени - Елена Соколова

Маленький комочек в пеленках моргал смышлеными глазками и всматривался в лицо своей мамы. Ульяна улыбалась. После всех родовых мук и страхов она отдыхала и любовалась своей красавицей дочкой.

Назвала Ульяна ее Лидией, а звала просто Лида.

Выписавшись из роддома, Ульяна с ребенком приехала на автобусе в квартиру Марии Ивановны.

Две женщины крутились вокруг Лиды, делая многое не так, как надо. Мария Ивановна все забыла, а Ульяна и не знала.

Нужно было выживать, и в три месяца девочку отдали в ясли, чтобы Ульяна могла пойти работать.

– Еще одна плакса, – грубо сказала няня, когда дверь за Ульяной закрылась.

– А и пусть орет. Пойдем чай пить, – сказала воспитательница.

Лида кричала. Ей было страшно, плохо, одиноко. Ее бросили, забыли. Проснулись лежащие рядом малыши. Нянька вбежала на крик.

– Вот дрянь какая!

Нянька грубо развернула пеленки, при этом зацепив мизинец Лиды. Пальчик сломался, и Лида зашлась плачем с новой силой.

– Фу, гадость какая, – ворчала нянька, обтирая Лиду.

Она завернула ее в чистые пеленки. Лида не успокаивалась, няня кинула ее в кроватку, сунула соску и ушла.

Устав от крика, Лида заснула. Она вздрагивала во сне, тяжело вздыхала. Ее разбудили, чтобы скормить бутылку невкусной смеси, и снова кинули в кроватку.

От невкусной смеси разболелся живот.

Только вечером после работы Ульяна забрала Лиду домой.

Лида увидела маму и успокоилась.

– Какая спокойная у меня доченька, – любуясь Лидой, сказала Ульяна, – вот повезло няням в ясельках!

Сломанный пальчик Ульяна не заметила.

Когда на следующее утро Ульяна несла Лиду в ясли, Лида кричала на всю улицу.

– Что случилось? У тебя что-то болит? Сейчас нянечка с тобой поиграет и тебе станет хорошо, – успокаивала дочку Ульяна.

В яслях встретили и проводили Ульяну с улыбками, но, как только за ней закрылась дверь, улыбки исчезли и началось привычное: ругань, крики, шлепки.

С каждым разом Лида плакала все меньше. Наступившее ощущение безнадежности и полной беззащитности перед людьми и обстоятельствами выключило рефлекс реакции плачем на какие-либо неудобства или боль. Но одновременно в глазах исчез живой блеск.

Лида целыми днями смотрела в потолок, лежа в кроватке, не выражая никаких эмоций.

– То-то же! – посмеивались няня и воспитательница.

Когда Лиде исполнилось два года, ее перевели в детский садик. И первым делом отвели в туалет.

В туалете было открыто окно. Воспитательница показала Лиде, где ее горшок. Лида, как могла, уселась, но металлический горшок оказался очень холодным. Она вскочила, и горшок с грохотом опрокинулся.

– Ты что, издеваешься? – заорала воспитательница.

Лида поправила горшок и, стараясь не делать лишних движений, с трудом заставила себя расслабиться. Она почувствовала, как у нее намокли колготки. Вокруг горшка появилась лужа.

– Дрянь какая!

Воспитательница схватила Лиду за шиворот, встряхнула ее и вывела из туалета. Втолкнув в раздевалку, она усадила девочку на скамейку, достала из шкафчика трусы и колготки и швырнула в Лиду:

– Переодевайся!

Лида не смогла снять мокрые колготки, и воспитательница, выскочив из раздевалки в группу, привела всех ребят и скомандовала: