Зов памяти - Михаил Самарский

Люди переглянулись, пожали плечами. Никто не решался выступить в качестве первого дегустатора.

– Ну, придётся мне рисковать, – пошутил Кирилл Андреевич. – Давай, Матвей, сюда посудину.

Все внимательно наблюдали, как председатель впервые пробовал на вкус инопланетное молоко. Напившись и опустив котелок, Кирилл Андреевич весело сказал:

– Рекомендую, друзья! Вкуснотища! Лет тридцать парного молока не пробовал, не считая, конечно, нашего многовекового сна.

После председателя все стали смелее и через несколько минут, котелок почти опустел. Одна Мария отказалась от угощения.

– Да как же так, барыня, – Матвейка крестом сложил руки на груди, – хоть два-три глоточка сделай.

– Не могу, Матвей, – сказала Маша – не обижайся. Нельзя мне молоко.

– Как это? – удивился Матвей. – Молоко можно всем! Жиденькая пища…

– Нет, дорогой, не всем! – улыбнулась Маша.

– Ну, ладно, – согласился Матвей. – Тут, барыня, тебе решать самой.

Он допил остатки молока и продолжил дойку. В конце сделал ещё пару глотков, отнёс котелок в жилище и, привязав козу к камню, стал собираться на рыбалку.

Яр с утра прилип ухом к двери и не отходил от неё до самого обеда. После лёгкого перекуса он снова прильнул к металлу и, закрыв глаза, продолжил свою работу.

– Дмитрий, – неожиданно закричал Яр, – ну-ка дай свою… эту… флешку. – Он приложил к двери и её.

– Там, кстати, есть код, в моей рукописи! – прошептал Димка на ухо Яру, но тот вместо ответа молча приложил указательный палец к губам.

Все ждали от Яра результата. Но у того что-то не выходило. Несколько раз Яр досадливо щёлкал пальцами, давая понять коллегам, что пока не получается раздобыть этот треклятый код. Первый день оказался безуспешным. За вечерним чаем профессор спросил:

– Ну хоть какие-то результаты есть?

– Мне бы не хотелось называть это результатом, но я обнаружил совершенно новые волны. Пока до конца не разобрался…

– Новые волны? – удивился Кирилл Андреевич. – В каком смысле?

– Я имею в виду, по геометрии фронта волны. Впервые такое вижу: ни плоская, ни сферическая, ни цилиндрическая, ни спиральная… Это настолько странное явление, что мне даже сложно описать, но, думаю, всё равно разберёмся.

– Не торопись, Яр, – предостерёг Кирилл Андреевич, – понимаю, хочется поскорее, но береги нервы, не позволяй себе увлечься. Спокойно!

– Хорошо, председатель, – кивнул Яр, – я учту ваше пожелание.

Ощутимый результат появился только на следующее утро. Несмотря на то что все ещё спали, Ярослав громко произнёс:

– Есть!

Первым вскочил Димка:

– Нашёл? На флешке?

– Да, – радостно закивал Яр, – теперь нужно правильно передать.

– Это ещё как? – удивился Димка. – Мне кажется, я просто назвал цифры, и дверь отворилась.

– Не всё так просто, – возразил Яр, – сначала необходимо активизировать систему. Куда вводить код? Пока некуда. Но это я сейчас сделаю. Всё! Не мешай мне. Тишина.

Если бы окружающие люди не знали, чем занимается их коллега, то подумали бы, что мужчина медитирует. Впрочем, возможно, это как раз оно и есть. Через некоторое время Яр встал перед дверью, и все услышали лёгкий шорох – дверь начала раздвигаться. Народ стоял с открытыми ртами и наблюдал за происходящим. Перед их взором предстал громадный зал, в котором всё было ослепительно белого цвета. Первым порог помещения переступил Яр. Он постоял несколько минут, с кем-то, видимо, мысленно беседуя, затем махнул рукой всем и громко сказал:

– Добро пожаловать, земляне, в инопланетную цивилизацию.

Люди ахнули от увиденного. Покрытые белыми покрывалами белоснежные диваны, намертво прикреплённые к полу. Такие же кресла. Алексей тут же высказал предположение:

– Воруют у них здесь, что ли? Чего это они диваны и кресла прикрутили к полу?

Из общего зала по кругу имелось множество дверей. Димка заглянул в некоторые и с восторгом произнёс:

– Здесь даже душ есть!

Яр пояснил, что теперь здесь всё адаптировано под землян. Подойдя к большому зеркалу, мужчины поглаживали свои бороды и качали головами.

– Ну, вылитый неандерталец, – усмехнулся Кирилл Андреевич, – небритый, нестриженный…

– Да какие мы неандертальцы? Настоящие бомжи, – поправил Алексей.

– А кто за всем этим ухаживает? – спросил Николай Борисович.

– Да кто? – ехидно произнёс Лёха. – Не видел, что ли, домработница мимо нашей пещеры ходила на работу?

– Нет, не видел, – нахмурился Трухин, – вот вечно вы, Алексей, со своими шуточками.

– А ты вечно губы дуешь, как красна девица. Вон даже Машка не обижается.

– Я тоже не обижаюсь, – сказал Николай Борисович, – но ведь момент торжественный, как говорится, из грязи в князи.

– Это ещё из какой грязи? – выпятил нижнюю губу Лёха. – Ты поосторожнее с выраженьицами!

– Ну, вот видите, – рассмеялся Трухин, а сами-то шутки и не понимаете!

– Вау! – вскрикнула Мария. – Кирилл Андреевич, Ярослав, можно я душ приму?

– Погоди, Мария, – ответил Яр, – давай сначала разберёмся с нашим искусственным интеллектом. Минуту, – он закрыл глаза и что-то передал своему невидимому собеседнику. Спустя ещё несколько минут Яр перевёл общение с «помощником» в режим громкой связи, чтобы все слышали, что здесь происходит.

– Друзья, для удобства общения необходимо искусственному интеллекту присвоить новое имя.

– А старое какое? – спросил Алексей.

– Не буду даже произносить, всё равно не запомните, а при попытке повторить кто-то может сломать язык, – пошутил Яр.

– Ну и бог с ним, – махнул рукой Лёха. – Давай назовём его «земляк».

– Ну, какой же он нам земляк? – усмехнулся Кирилл Андреевич. – Предлагаю назвать его просто «друг». Он же теперь нам будет помогать.

– Ага, – наигранно обидчиво произнёс Лёха, – таких друзей за ухо да в музей! Держал нас тут в прихожей на земле два дня. «Друг» называется.

– Есть ещё предложения? – спросил Яр.

– «Друг» – это ведь не имя, – возразил Димка. – Давайте ему дадим наше земное имя.

– В общем-то, Дмитрий прав, – согласился Кирилл Андреевич.

– Ну, тогда предлагай, – сказал Лёха.

– У меня на земле был хороший друг, вы наверняка его знаете, – Димка кивнул на профессора и Марию, – Гоша Куценко, талантливый актёр, замечательный человек, весёлый, заботливый. Давайте нашего друга тоже назовём Гошей.