Зов памяти - Михаил Самарский

– Мне кажется, мы оказались здесь не случайно, – грустно сказал Алексей. – Но, конечно, мы никогда об этом не узнаем. Эх, вернуться бы домой хотя бы на денёк-другой, да не просто на то место, где уснул, а в то время, где жил…

– Ты знаешь, Алексей, люди на Земле всегда мечтали и без всего этого, – перебил профессор и вскинул руки к небу, – вернуться в прошлое, чтобы исправить свои ошибки. Память не даёт нам покоя.

– Нет-нет, Андреич, я сейчас о другом! Честное слово! Да, я хочу вернуться в прошлое, но не для того, чтобы исправить свои ошибки. Я просто хочу обнять всех тех, кого сейчас со мной нет, и сказать каждому из них всего лишь одно слово: «прости»…

Профессор молча погладил Алексея по плечу и, заметив в глазах собеседника слёзы, так же молча поднялся с земли и, отойдя в сторону, стал внимательно рассматривать небо.

– Кирилл Андреевич, ещё одна новость, – подошёл к нему Димка, – Матвея нужно искать в другой стороне. Не в лесу, там его нет, нужно идти вверх по течению реки. Видели, там такая высокая гора или сопка, словом, возвышенность. Он там, завтра с утра нужно идти туда.

– Точно? – спросил профессор. – Ничего не путаешь? Зря не потеряем время?

– Нет-нет, не потеряем, – замотал головой Димка, – я не могу вспомнить подробности, но нужно идти к горе.

– Хорошо, – согласился Кирилл Андреевич, – раз гора не идёт к нам, завтра мы сами пойдём к горе. – Ложись сегодня пораньше спать, высыпайся, возможно, завтра что-то ещё вспомнишь!

Димка прислушался к совету профессора и ушёл в пещеру. А Кирилл Андреевич спросил у Яра:

– Коллега, какие же нужно иметь средства передвижения по космосу, чтобы прилететь с Земли в другую Солнечную систему? Расскажите вкратце, чего добились в этом вопросе земляне? Человек уже побывал в других галактиках?

– Пока летают корабли с искусственным интеллектом. Но Земля в моё время готовила и полёт с людьми. Должны были отправиться около пятисот добровольцев.

– Что же за разум всё это организовал? – Кирилл Андреевич кивнул в сторону пещеры. – У меня в голове не укладывается, неужели кто-то может передвигаться в космосе со скоростью, превышающей скорость света, но ведь это противоречит всем законам…

– Нет, профессор, – ухмыльнулся Ярослав, – никаких противоречий нет. Мы очень сильно заблуждались. Ты слышал, что телескоп не увеличивает, а сокращает расстояние между наблюдателем и наблюдаемым объектом. Сначала человечество относилось к этому утверждению с юмором. Но потом нашлась группа учёных, которая на этом высказывании построила теорию и доказала, что для того, чтобы достичь той или иной звезды, можно, вылетев в её сторону, систематически сжимать, то есть сокращать до неё расстояние. Испытали так называемые «беспилотники», управляемые искусственным интеллектом, результат оказался ошеломляющим. Корабль добирался до звёзд, расстояние до которых исчислялось десятками, а то и сотнями световых лет, за пять-десять лет. А теперь возьми и сам пересчитай на земные меры! С какой скоростью передвигался корабль?

– Фантастика! В моей голове это не укладывается, – честно признался профессор. – Мне как раз и не даёт покоя мысль о том, что разницы никакой нет, как добирается тот или иной объект до звезды. Смотрите, корабль перемещается из пункта Х в пункт Z. И, допустим, расстояние между этими пунктами сжимается. Всё понятно. Но каков результат? Объект переместился из X в Z за время, которое, если его поделить на расстояние между X и Z, даст величину сверхсветовой скорости.

– Вся суть мироздания, профессор, в том, что границы во всём мире – условны. По большому счёту их просто нет! Аналогично и в физике. Люди придумали систему измерений, чтоб было удобно: метр, грамм, секунда и тому подобное. Но мы же понимаем, что это всё условности. То же самое и со светом, и с радиоизлучением. Длина волны, она ведь не обрывается внезапно. Она плавно и непрерывно переходит из одной фазы в другую, которые физики для удобства обозвали ультрафиолет, инфра… и так далее. А для чего поставили границу между светом и радиоизлучением? Всё для того же удобства. Но как бы мы ни ухищрялись, чтобы мы ни придумывали, границы нет! Вот нет, и всё! Понимаете, мирозданию глубоко плевать на наши метры, граммы, секунды и прочую дребедень.

– Но мы не смогли бы развиваться без этих условностей! – воскликнул Кирилл Андреевич. – Что же, в таком случае, делать?

– Всё просто, профессор, – улыбнулся Яр, – мы должны понять: раз уж установлены условности, надо ими правильно пользоваться, нужно правильно их применять.

– Так и хочется сказать – этого не может быть потому, что не может быть никогда.

– Это главная болезнь человечества, Ки! – усмехнулся Яр. – За прошедшее тысячелетие, я имею в виду, от вашего времени до моего, человек тысячи раз произносил эту фразу. Но каждый раз то, что было невозможно, становилось возможным, а через десяток другой лет уже – обыденным.

– Да, Яр, ты прав, так было всегда, – согласился профессор. – Ты наверняка знаешь биографию Циолковского.

– О да! – закивал Яр. – Это великий человек! Пока существует человечество, оно будет его помнить!

– Так вот Константина Эдуардовича, учителя, изобретателя, учёного-самоучку и основоположника теоретической космонавтики, многие современники считали ненормальным. Это при том, что он обосновал использование ракет для полётов в космос, пришёл к выводу о необходимости использования «ракетных поездов» – прототипов многоступенчатых ракет.

– Да-да! – подтвердил Яр. – Именно Циолковский предлагал заселить космическое пространство с использованием орбитальных станций, выдвинул идеи космического лифта. Он верил, что развитие жизни на Земле достигнет такого могущества и совершенства, что это позволит нам преодолевать силы тяготения и распространять жизнь по Вселенной. Так и случилось. Фактически человечество уже живёт на других планетах. Я знаю случаи, когда люди родились на Марсе, там выросли и там похоронены. То же самое происходит и на Луне.

– Значит, всё-таки передвигаться со скоростью, большей скорости света, возможно?

– Разумеется, – подтвердил Яр. – Способов много. Я, правда, не специалист в этой области, но знаю, что при полётах к звёздам использовались и какие-то ядерные взрывы, и энергия солнца, и растягивание времени, и сжимание пространства, и ещё много-много чего.

– Значит, будем летать далеко и быстро! – пошутил Кирилл Андреевич.

– Почему будем? – ухмыльнулся Яр. – Мы уже летим! Наша Земля летит! Наша Солнечная система летит! Млечный Путь летит! Эта планета летит, её «солнце» тоже летит! Метагалактика летит! Миллиарды галактик летят! Всё летит, профессор!

– Трудно с вами не согласиться, коллега. Предлагаю на сегодня остановиться, – сказал профессор.

Народ в ту ночь спал неспокойно. У всех было предчувствие чего-то значительного и грандиозного, но все беззаветно верили, что беспокойный Матвейка обязательно найдётся.