Привет от верблюда - Валерий Гусев

Проводив геологов, мы с Алешкой пошли помогать дяде Сержу. Он готовил свой самолет в обратный путь.

– Главно-дело, – говорил дядя Серж, – рацию наладить. Мне ребята хорошую проволоку отдали. Надо теперь ее от киля до кабины протянуть.

Мы часа два лазили с ним по самолету, протягивая во все дырки эту длинную и непослушную проволоку, а потом нас позвал на помощь сам Король.

– Смотри, Дим, – ворчал Алешка. – Никак они без нас не могут. И террористов обезвреживай, и верблюда приручай, и антенну тяни. – И с недоступной мне логикой сделал вывод: – Надо еще папе помочь разобраться с этой геологической папкой. Что-то они очень вредное задумали…

Мы помогли Королю снова заделать тайный проход в мавзолей. Плотно уложили на отверстие деревянный щит и засыпали песком не только его, но и всю яму, доверху. Алешка даже пересадил на это место какой-то саксаул. Поди теперь догадайся, что под этим саксаулом находится потайной вход в подземелье.

– Пусть ищут! – злорадно сказал Алешка, разравнивая песок вокруг куста.

За всеми трудами и хлопотами мы не заметили, как день опять сменился вечером. А когда вечер уже готовился уступить свое место ночи, вернулись наши бравые геологи.

Они сдали оружие старшине и доложили папе, что у них все в порядке. Никто на них не нападал и дело свое они сделали.

– Вот, посмотрите, – и геолог Сеня показал папе мятый листок. – Это план-карта. Мы „привязали“ месторождение к местности, уточнили координаты.

– И даже поставили вешки на его границе, – добавил геолог Женя. – Теперь эта нефть не потеряется. Думаю, что в самое ближайшее время уже можно начать разработки.

Ага, вот, значит, зачем они потащили с собой трубы. Они как бы огородили ими свою драгоценную нефть.

Папа посмотрел на их листочек, но, похоже, его интересовало совсем другое.

– Значит, вы уверены, что никто за вами не следил? И ничего необычного, подозрительного вы не заметили?

– Не сомневайтесь, товарищ полковник. Все в порядке.

И они ушли отдыхать в палатку. И в эту ночь свет у них не горел. Они очень устали и сразу же завалились спать. И спали очень глубоко и спокойно. А зря…

Утром нас разбудил рев самолета. И мы помчались прощаться с дядей Сержем. Он уже подключил рацию и успел доложить диспетчеру Васе, что вылетает через пятнадцать минут – как только прогреется двигатель.

– Главно-дело, – сказал он нам, – привык я к вам, расставаться жаль. Столько мы с вами делов наделали. Но ничего, может, еще повоюем. Батя ваш говорил, что сюда комиссия какая-то должна лететь. Это чтобы на месте изучить французские находки и подземелье с волшебным камнем. Напрошусь, чтобы меня послали их до-ставить. Не возражаете?

Мы, конечно, не возражали. С пилотом Сержем мы очень сдружились. Он нам нравился: решительный, смелый. И, главно-дело, оптимист, вроде Алешки. Никогда не унывает из-за трудностей, а все время их преодолевает.

И нам, конечно, было очень грустно с ним расставаться. Особенно когда мы узнали, что ему здорово попадет за то, что растерял эти трубы и брезент. Хотя, нам кажется, ему надо благодарность объявить за мужество, проявленное в борьбе с преступниками.

Мы на прощание посидели с ним в самолете, пожелали ему счастливого пути. А дядя Серж нетерпеливо поглядывал в раскрытую дверцу:

– Где ж эти геологи? Опять заблудились?

– Они, наверное, пошли с Герой попрощаться, – предположил Алешка. – Сейчас мы за ними сбегаем.

– Главно-дело, скажи им, что без них улечу.

Мы спрыгнули на землю. Дядя Серж остался стоять в дверях.

– Про триммер не забудьте, – посоветовал ему Алешка.

– А я знаю, где он? – засмеялся дядя Серж.

– И террористов больше не сажайте, – посоветовал я.

– Пусть только попросятся! – и он потряс здоровенным кулаком.

…Геологи не прощались с Герой. Все оказалось гораздо хуже.

Мы нашли их возле палатки. Там стояли рассерженный старшина и встревоженный папа. Старшина тыкал пальцем в бок палатки и гудел:

– Да разве можно так имущество не беречь! А еще геологи называются!

Геологи активно оправдывались. Мы подошли поближе. В боку палатки зиял разрез. Будто бритвой или острым ножом.

Папа быстро вошел в палатку. Мы все за ним.

– Во! Видали, товарищ полковник! Аж весь карман насквозь резанули. Ну разве можно так?

В этой палатке, как обычно, был пришит изнутри кармашек для всяких мелочей. И с внешней стороны он и был разрезан.

– Что у вас было в кармане? – быстро спросил папа геологов.

Они переглянулись.

– Ничего особенного. Документы, мыльницы, зубные щетки, сигареты…

Геолог Сеня вдруг вздрогнул, будто что-то вспомнил, и сунул руку в карман. Потом повернул к папе побледневшее даже сквозь загар лицо:

– Я сюда вечером план-карту сунул.

– Так, – протянул папа. – Кому-то ваши изыскания даже ночью покоя не дают. Старшина, быстро обойти всю базу.

– А что искать, товарищ полковник?

– Чужие следы.

Вот тут-то стало тревожно. Значит, кто-то чужой был ночью на базе, взрезал палатку и утащил зачем-то схему с этой проклятой нефтью!

– Главно-дело, – послышалось снаружи, – они еще спят! – И сердитый Серж отдернул полог. – Что случилось?

– Задержитесь с отлетом, – сказал папа, – минут на десять. – И он пошел к себе.

Геологи мрачно собрались и побрели к самолету.

Ох как мне все это не нравится. Особенно – задумчивое Лешкино лицо. Наверняка что-то соображает. А когда сообразит – начнет действовать. Тогда держись!

Папа подошел к самолету и передал дяде Сержу запечатанный конверт.

– Сдайте это в Управление внутренних дел. Скажите от моего имени, чтобы запросили Москву и срочно сообщили мне эти данные.

– Есть, товарищ полковник! – Дядя Серж по-военному коснулся пальцами фуражки. Поднялся в самолет, захлопнул дверцу и прошел в кабину. Сдвинул боковое стекло и крикнул: – От винта!

Самолет дрогнул, медленно развернулся, разбежался, подпрыгнул и, покачав нам крыльями, улетел вдаль.