«Пчела-убийца». Гонки на мотоциклах - Эдуард Веркин

Вернулся Жмуркин скоро. Он жевал мороженое и слушал на телефоне музыку.

– Ну как? – спросил он Витьку. – Не рассосалось? Вижу, что нет. Значит, лови.

Жмуркин кинул Витьке плоскую жестяную баночку.

– Втирай в пятачину, – посоветовал он. – Отбеливает все что угодно. Даже загар. Для спортсменов предназначено.

Витька принялся втирать крем в лицо. Крем оказался желтым и вонючим.

– Теперь надо подождать минут двадцать, а потом смывать водой. Только в сарай зайди, а то еще испугаешь кого-нибудь. Роженицу какую-нибудь или пенсионера.

– Он подождет, – уверил Генка.

Жмуркин еще раз щелкнул Витьку на телефон.

– Для анналов истории, – сказал он и принялся разглядывать сарай.

Подошел к мотоциклу, потрогал с недоверием пальцем.

– Вы, я гляжу, доделали все-таки свой драндулет. Похвально. Каждый, кто стремится к своей цели, рано или поздно ее достигает… Вот я стремлюсь стать кинорежиссером…

– Жмуркин, мы это уже слышали, – зевнул Генка. – Ты нам что-нибудь другое расскажи… Про то, как наладится твоя жизнь, как ты купишь себе отбеливатель для зубов…

– А пошли-ка вы, – обиделся Жмуркин. – Я к вам нормально, а вы…

– Не дуйся, Жмуркин…

Жмуркин удалился.

– Может, пора вытирать уже? – спросил Витька.

– Давай, – Генка сунул Витьке дерюжку.

Витька вытер лицо. Крем сделал свое дело – черная краска осталась на тряпке. Но лицо Витьки приобрело странный зеленоватый оттенок, который раньше не наблюдался.

– То ты был похож на негра, а теперь на вампира, – сказал Генка. – Но ничего. Пора красить.

– Отец меня убьет. – Витька потрогал лицо. – У меня на заднице скоро короста нарастет от его порок.

– Порет-порет, а толку никакого, – сказал Генка. – Ладно, лицо тебе в общем-то ни к чему, лицо в нашем деле не главное. Давай красить. Вот тебе газета, вот тебе скотч. Что делать, знаешь?

– Ну?

– Газетой заклеиваешь те места, где краска не нужна. Вперед.

Витька стал обклеивать раму мопеда газетой.

– Хорошо клей, – командовал Генка. – Нам коррозия ни к чему. Бак оклеивай скотчем в шахматную сетку, хочу, чтобы шахматный был.

Витька крест-накрест оклеил скотчем загрунтованный бак.

– Хорошо, – Генка отодвинул Витьку в сторону и снова запустил пылесос.

На этот раз пылесос заработал, и краска из распылителя пошла. Через две минуты бак был полностью покрыт черной краской.

– Как краска просохнет, ленты и отдерем, – Генка выключил агрегат. – Так вообще все, что угодно, можно покрасить. Ровно и красиво.

Генка осторожно подцепил бак проволокой и подтянул его к потолку. После чего принялся красить раму. На раму он потратил пять минут.

– Классно было бы и движок вычернить, как у «БМВ», – сказал Генка. – Но это технически сложно. Так что пусть таким остается. Может, мне в маляры пойти?

– Не знаю, – пожал плечами Витька. – Пока что тебе придется выиграть гонку.

– Не колотись, – успокоил Генка. – Выиграем мы «Хонду». А сейчас ставим наш любимый плюс возле пункта 4.

– А обода красить будем? – Витька кивнул в сторону колес.

– Красить колеса – плохая примета, – сказал Генка. – Да и времени у меня нет – родители опять на дачу загоняют, колорадов жечь будем.

– А вы шелухой от лука посыпьте, – посоветовал Витька. – Сразу к соседям свалят.

– Так и сделаю. А ты что будешь делать?

– Посижу еще, – сказал Витька. – Подожду, пока бак высохнет. Может, прикручу потом.

– Втулки резиновые не забудь под болты поставить.

– Не забуду.

Генка ушел. Витька остался один. Витьке было скучно. Лето подходило к концу.