Тайна украденной рукописи - Анна Устинова

Коврова-Водкина недавно проснулась. Она вообще вставала довольно поздно, а тут еще новогодние (треволнения и успокоительные лекарства… Словом, в час дня хозяйка дачи номер три, облаченная в темно-синий халат с золотым шитьем, пила в столовой утренний кофе. Рядом с ней за столом гордо восседала домработница-снайпер. Татьяна Филимоновна как раз только что приняла вахту после выходного, и Наталья Владимировна настояла, что завтракают они сегодня вместе. Ей требовался собеседник.

– Степаныч что-то у нас совсем, – выслушав историю о трагическом аресте Арнольдика, заметила Филимоновна. – Пора его…

Домработница-снайпер не договорила. Вид у нее, однако, сделался очень гордый. Сейчас она явно мыслила категориями военного времени.

Таким вообще на земле не место, – наконец веско проговорила она.

Тесто? – переспросила Коврова-Водкина. – Ах, – капризно махнула она рукой. – Ну почему вы все жизненные проблемы к готовке сводите? Давайте о тесте потом.

– Да я говорю: таким, как Степаныч, на нашей земле не место! – крикнула Филимоновна в самое ухо хозяйке.

– Помилуйте, вы же вроде дружили? – удивилась та.

– Теперь не дружим, – громко и веско отмела малейшие предположения о связи с врагом Филимоновна. – Он меня в Новый год на морозе едва из ружья не угрохал.

– Это, конечно, с его стороны очень дурно, – согласилась Коврова-Водкина. – Однако его демарш в отношении нашего Арнольдика вообще ни в какие ворота не лезет. Ах, Арнольдик, – всплеснула она руками. – Какой милый и деликатный молодой человек. Помню, у меня был в молодости похожий друг, – отхлебнула она солидный глоток кофе с молоком. – Так вот, мы с ним как-то в одном блестящем обществе… Там, знаете, Татьяна Филимоновна, собрался почти весь московский бомонд тех лет. Даже Иванов с обезьянами…

– С какими обезьянами? – заинтересовалась домработница.

– Что-что вы, милочка? – переспросила Коврова-Водкина.

– Говорю, что за такой Иванов с обезьянами? – крикнула на всю столовую Филимоновна.

– Иванов? – с удивлением посмотрела на нее хозяйка. – Никакого Иванова не помню.

– Ах ты, Господи, – тихо посетовала Филимоновна. – Главное, такая умная женщина…

Она собиралась вновь задать вопрос по поводу загадочного Иванова с обезьянами, но тут из передней послышался звонок.

– Пойду открывать, – нехотя поднялась со стула домработница-снайпер.

– Кровать уберете потом, – с барственной щедростью произнесла Наталья Владимировна. – Сперва надо кофе допить.

Филимоновна только охнула и без дальнейших объяснений устремилась к входной двери.

– Вы? – увидав Петьку и Настю, скорчила кислую мину домработница-снайпер.

Тут она неожиданно вспомнила, что виновата перед Петькой. Губы ее растянулись в улыбке, и она совсем другим тоном добавила:

– Петечка? Хорошо, что зашел! Водкиной как раз сейчас кто-нибудь нужен для общества. Проходите, ребятки!

Петька и Настя в сопровождении Филимоновны прошли в столовую.

– Приветствую юное поколение, – помахала хозяйка им левой рукой, в которой у нее был надкушенный рогалик с маслом и джемом. – О-о! – пригляделась она внимательно к Насте. – Мы с тобой вроде бы уже где-то встречались.

– Ну, конечно же! – улыбнулась рыжая девочка. – Мы с Петькой, Димой и Машей У вас прошлым летом часто бывали.

– Ах, как я могла забыть? – воскликнула радостно Наталья Владимировна. – Вы же у меня еще череп брали взаймы. И проводили мистический эксперимент согласно итоговому труду моего несчастного Аполлинария, – вдруг прорезалась память у Ковровой-Водкиной. – Садитесь, друзья мои! Будем вместе пить кофе, – указала она ребятам на стулья по правую и левую свою Руку.

Настя резко опустила голову вниз. По некоторым конвульсивным движениям Петька понял, что девочку душит хохот.

– С ума, что ли, сошла? – тихо шикнул он на нее.

– Ч-череп, – выдавила из себя Настя и бегом бросилась в гостиную.

– Извините, Наталья Владимировна, я сейчас, – быстро проговорил Петька.

– Какой газ? – не расслышала Коврова-Водкина. – Татьяна Филимоновна, – строго посмотрела она на домработницу. – Проверьте плиту. Мои юные друзья уверяют, что пахнет газом.

– Черт их там разберет, чего они уверяют, – сварливо откликнулась домработница-снайпер, но все же послушно отправилась на кухню.