Луч широкой стороной - Ольга Колпакова

Соглашаясь идти в подпаски, Дима как-то не подумал о том, что кроме красивой статной лошади у него будет еще сотня коров. Со стороны жизнь ковбоя выглядела весьма простой. Скачи, щелкая бичом, а коровы сами послушно будут идти и щипать травку. Поэтому, встретив за околицей Павла, который, матерясь и подгоняя то одну, то другую корову, гнал собранное по дворам внушительное красно-белое стадо, Димка слегка сдрейфил.

– За вон той, тетки-Алениной, следи особо. Малина ее зовут. У нее вечно дела какие-то на свалке, пытается улизнуть, – важно давал наставления работодатель, отстегивая от Воронка пегую кобылу Тайну.

– Расседлаешь потом, на лугу, чтоб отдохнула. Умеешь без седла?

– Без комментариев. – Димка кивнул и улыбнулся.

Паша был не пьян и деловит.

– На речку раза два сгоняешь, напоишь, – внимательно глядя, как профессионально подпасок садится на лошадь, размеренно продолжал пастух. – Вечером, часов в восемь, гоним к околице, там их встречают. Еще с тобой вот этот товарищ будет. Гунн его зовут. Так-то я его держу в конюшне, чтобы ласки лошадей не пугали. Но от его запаха и ласки ушли, и кролики передохли. Вот я его и взял проветрить.

Димка, поглядев на козла, опять кивнул.

– Поесть взял?

Поесть Диме мама собрала. Вообще-то разговор вечером с родителями был странный.

После того как Дима сообщил, что нанялся в подпаски и завтра на работу, предки выдержали длительную паузу.

– Ну… вообще-то с этой работой раньше даже дети, старики и дурачки справлялись, – робко начал папа.

– Так она за тыщи лет, поди-ка, не изменилась, технология, – неуверенно продолжила мама.

– Когда мой брат скотину пас… – пробормотала Динка, отложив книгу Коваля.

– У меня такое подозрение, что вы не рады? – удивился Дима.

– Я рад! – закричал Лешка. – А у тебя собака будет? Знаешь, что лучше всех вельш-корги овец пасут? Надо тебе такую завести. Ты меня с собой возьми.

– Я буду коров пасти, а не овец. И мне дадут лошадь. Тайна зовут.

Тут Лешка немного сдулся. Лошадей он продолжал опасаться: слишком большие.

– Ну а кнут у тебя будет? – поинтересовался он. – Можно учить коров морзянке. Щелкнул коротко-длинно-длинно-коротко – значит «П» – идите направо. Один длинный – тормозите. Два длинных – «М» – пора давать молоко.

– Кнут каждый пастух себе сам делает, – объяснил папа и, вздохнув, пошел искать какой-нибудь дождевик.

Вообще-то он надеялся, что дети помогут ему в усадьбе. Надо бы забор починить, подготовить посадочные ямы. Но… Нет, пусть сначала покопаются в себе и решат, что они хотят, что могут и что хотят смочь.

Мама собрала небольшой рюкзачок, рассказала, что где. Вода, еда, крем от комаров, пластырь, зеленка…

– Ма-ам, ну это уже как на войну, – буркнул Дима. – Павел меня засмеет.

– Ми-ить… – жалобно сказала мама. – Они там пьют все. Ты, пожалуйста, не ведись.

– Ну мам, – опять буркнул Димка, – будто не знаешь…

– А зарплата большая? – поинтересовалась Дина.

– Сказал: четвертая часть моя будет. Но я не спрашивал сколько.

– Четвертая часть зарплаты пастуха – это три тысячи рублей в месяц, – проинформировал папа.

– Сколько?! – хором удивились мама и Дина.

– Четырнадцать часов на ногах за такие деньги! Дим, может, не поздно еще отказаться? – нерешительно предложила мама.

– Ну уж нет! – Папа протянул Димке свой туристский нож. – Отказаться уже поздно. Да и не в деньгах дело. Я правильно понимаю, сын?

Сын кивнул.

– Не, я за такие деньги лучше буду на диване лежать или на речке купаться. – Динка опять открыла книжку.

– Лежи, лежи. Хорошее занятие, соответствует способностям, – буркнул братец.

Динка отвернулась к стене. Вообще-то ей было немного завидно. Димка нашел дело, будет рядом со своими любимыми лошадьми. Лешка с Князем не расстаются: то арбалет делают, стрелы свистящие строгают (Андрей научил Лешку ножом пользоваться), то по скалам карабкаются, убежище себе в пещере строят. Еще траву тетки-Алениным кроликам рвут.

Папа с мамой возятся в усадьбе да болтают с местными аборигенами с утра до вечера. А она только обед приготовит и потом придумывает, чем заняться. Друзей нет, Интернета нет. Купила толстую тетрадку, чтобы сценарий писать, – не хочется. Не может понять, что делать. Хотя и в городе занятия были бы не намного содержательней: телевизор, Сети и болтовня с подругами. Но в городе она умеет время убивать. А тут научилась его тормозить. Ну и зачем ей это? Может, лучше разогнать, да так, чтобы раз – и тебе восемнадцать? Это ведь совсем другая жизнь… Хотя с чего она взяла, что другая? Чего ради в восемнадцать пройдет чувство, что она какая-то ненужная, что что-то мимо нее проходит? Почему она не может найти смысл в том, чем занимаются другие?

– Ну а что ты, братец, надежда российского животноводства, мне можешь предложить? Свиней, может, пасти? – спросила Динка и тут же пожалела об озвученном вопросе. Потому что отзывчивая семья принялась предлагать ей, конечно, всякие глупости.

Можно клумбы оформить. Можно тете Алене в огороде помочь: и поливать, и полоть самое время. А можно за клубникой сходить и наварить варенья на зиму. Или травы на чаи насушить.