Морские приключения Трисона - Михаил Самарский

В этот момент, словно из ниоткуда, выскочила ватага мальчишек. Они вихрем пронеслись мимо нас. Следом за ними шёл подросток – со стороны казалось, что он увлечённо изучает что-то в телефоне. Поравнявшись с нами, парень внезапно резко дёрнул сумку девушки и, выхватив её из рук, что есть мочи пустился наутёк.

– Стой! – закричала она. – Помогите, у меня украли сумку!

Девушка сорвалась с места и пустилась вслед за мальчишкой, выкрикивая на ходу:

– Господи, там все документы!

Мгновенно сообразив, что случилось, Максим приказал:

– Трисон, догони!

Я бросился в погоню со всех лап и, обогнав девушку, помчался за подростком. Я даже не заметил, как мальчишка выглядит, но мне, собственно, это было и не нужно: главное, я знаю, как выглядит сумка, и чувствую её запах. Правда, на улице старого города воришка ощущал себя как рыба в воде и ловко перепрыгивал ступени и другие препятствия, обегал лавки и торговые точки. Казалось, никто не обращал внимания на бегущую вереницу.

Вокруг жизнь шла своим чередом: в шуме и гаме то и дело раздавались крики торговцев. Обернувшись на бегу, я мельком заметил, что за мной несётся Макс, а следом – Лёва. Девушки не было видно, она совсем отстала. Мальчишка свернул в арку, забежал в подворотню и помчался в сторону металлической лестницы сбоку здания. Прыгнув на неё, он начал быстро карабкаться вверх. Я взлетел следом и успел намертво ухватиться зубами за штанину. Он, продолжая держаться руками за перила, начал дёргать ногой, пытаясь сбросить меня. В этот момент в подворотню забежал Максим, а через пару секунд и Лёва. Не на шутку испугавшись, подросток бросил сумку на землю, и все её содержимое рассыпалось. Но я по-прежнему держал его за штанину, и он тщетно пытался освободиться от моей хватки. Воришка мог бы стянуть штаны и убежать, но не догадался. Из глаз подростка брызнули слёзы, он стал жалобно причитать. Не надо быть знатоком иврита, чтобы понять – парень умолял отпустить его.

Лёва взбежал по лестнице и, схватив подростка за шиворот, спустился вместе с ним на землю. Тем временем в подворотню забежала запыхавшаяся девушка. Увидев разбросанные на земле вещи, она стала спешно собирать их и складывать в сумку. Закончив, она подошла ко мне и, присев на корточки, взяла мою лапу.

– Спасибо тебе, собака. Если бы не ты, я бы лишилась всех документов, – поблагодарила она, затем посмотрела на Макса и добавила: – И вам спасибо.

– А мне-то за что? – улыбнулся он. – Это всё Трисон, я ничего не сделал.

Я мысленно поблагодарил Макса, что не назвал меня Трихой, – хоть не пришлось краснеть перед девушкой.

– Ну, это же ваша собака. – Она мило улыбнулась и обратилась ко мне: – Так значит, тебя зовут Трисон?

Надо же, какая умная женщина! С первого раза запомнила моё имя. Хорошая, просто потрясающая девушка. Как жаль, что я не могу сообщить Максу, кто она такая! Напарник-то мой холостой, может быть, и она не замужем. Глядишь, и получилась бы замечательная пара.

– Ав, – ответил я и радостно завилял хвостом.

– Какой ты умница! – воскликнула она. – Хороший пёс.

Девушка начала нежно поглаживать меня по голове и, скажу по секрету, меня это нисколько не раздражало – наоборот, я чуть ли не мурчал от удовольствия, как кот.

В этот момент в подворотню вошли двое полицейских. Мгновенно сообразив, что почём, они сразу подошли к мальчишке и взяли его с обеих сторон под руки.

– Лёва, может, надо было его отпустить? – спросил Елисеев, кивнув на парня. – Он же ещё совсем пацан.

– Макс, знаешь, скольких людей обчистил этот пацан? Мы никак не могли его поймать, каждый раз ускользал от нас, как угорь. Полиция уже давно охотится за их бандой, у него ещё напарников с десяток будет. Они промышляют по всей стране, особенно там, где много туристов. Спасибо твоему Трисону: если бы не он, воришка и в этот раз ушёл бы.

Полицейские о чем-то поговорили с Лёвой на местном языке, а затем он обратился к девушке:

– К сожалению, вам придётся вместе с сотрудниками проехать в участок и рассказать, как всё произошло.

– Вот и сходила на экскурсию, – грустно вздохнула она. – Ну что ж, если надо, придётся съездить.

– Если хотите, мы проведём для вас экскурсию в другой раз, – улыбнулся Максим и кивнул на товарища. – Тем более, у нас есть свой экскурсовод.

– Спасибо за предложение. Только теперь я не знаю, когда у меня будет возможность снова приехать сюда, – пожала плечами девушка.

Полицейские под руки повели парня к выходу из подворотни. Понуро опустив голову, девушка пошла за ними, но затем обернулась и слегка улыбнулась.

– Спасибо вам ещё раз! – Она махнула рукой и добавила: – Пока, Трисон.

Очень хорошая девушка. Я бы даже сказал, замечательная. Только вот мой напарник, простофиля, ни имени её не спросил, ни номера телефона не взял.

Когда они скрылись из виду, Лёва, почесав затылок, с ухмылкой произнес:

– Ещё неизвестно, кому из нас надо делиться опытом – мне с вами или вам со мной. Трисон, у меня нет слов, ты просто красавец! Настоящий полицейский.

– Молодец, Триха! – Напарник потрепал меня по холке. – Я горжусь тобой, брат.

Я думал, у меня вырастут крылья от их слов. Спасибо вам, коллеги, за достойную оценку моих способностей! Не подумайте, что хвастаюсь, но вы же знаете – я на многое способен.

– Вот идиот, – воскликнул Макс, будто прочитав мои мысли, – что же я у девушки телефон не попросил?

– Понравилась барышня? – усмехнулся товарищ.

– Угу, – кивнул Елисеев.

– Телефон её найти не проблема, – сказал Лёва и добавил: – Так что, пойдём к Стене Плача или поедем домой?

– Пойдём, конечно, – развел руками напарник, – неизвестно, получится ли ещё приехать в Иерусалим.

Стена Плача оказалась хорошо охраняемым объектом. Чтобы попасть к ней, мужчины прошли через металлодетектор – такой же, как в аэропорту, – и охрана тщательным образом проверила все их карманы. Перед тем как войти на территорию, Макс показал на место возле ограждения – туда, где стояли сложенные один в один пластмассовые стулья, – и строго-настрого предупредил:

– Трисон, сиди здесь, никуда не отходи, ни на шаг. Ты меня понял?

– Ав, – ответил я.

Конечно, понял, я же не тупой пёс.

– Не вздумай за кем-нибудь погнаться, пока меня не будет. Я недолго, – добавил он.

Животных, как я и предполагал, на территорию не пускали. Между прочим, мы не с луны свалились, нас тоже Бог создал. Тогда почему люди могут подойти к стене и обратиться к нему с просьбой, а мы – нет? Что за дискриминация? Пришлось вести монолог с Богом, сидя за решёткой ограждения. Пользуясь случаем, я попросил сделать так, чтобы люди стали чуточку добрее, терпимее и милосерднее не только друг к другу, но и к нам.