От звонка до звонка - Владимир Колычев

– Больше не надо, лады?

– Почему не надо? – удивилась она. – Ты что, будешь кричать «Поберегись!»? Думаешь, я увернусь?

– А не надо уворачиваться… Пацана мне родишь.

– Чего?! – взвилась она.

Подорвалась с постели, вытянулась перед ним во весь рост. Руки в боки, ноги врасщеперку, волосы всклокочены, глаза горят, как у ведьмы… Никак не ожидал Навруз такой реакции. Думал, что обрадуется баба. А она, дура, в штыки…

Как фортеля в постели выписывать, так это всегда пожалуйста – и так, и эдак, и как угодно. А чтобы сына от него родить – это в падлу. Ну и бабье нынче пошло. Трахаться – это за милую душу. А материнский инстинкт – побоку… Куда страна катится?

– Чего выставилась, как шлюха? – гаркнул на нее Навруз.

– А я и есть шлюха… А то ты не знал…

Совсем баба без комплексов. И без мозгов…

– Какая ж ты шлюха? Я тебя целых два часа раскручивал…

– Но ведь раскрутил…

– Раскрутил. А теперь это, закручиваю… Короче, я жениться на тебе хочу.

– Жениться?! – Зойку чуть столбняк не хватил от удивления.

– А что? Девка ты стоящая. Все при тебе. И я с тобой в полном улете… Короче, ты мне подходишь. Так что хоть завтра под венец… Мне сын нужен. Чтобы законный. Усекла?

Слова застряли у нее в горле. Но кивнуть она могла.

И кивнула. Согласно.

Ну вот, облагодетельствовал девку. Думала баба, что всего лишь на палку чая попала, а нарвалась на конкретное предложение. Она хоть и шлюха, но замуж все равно хочет. Все-таки не такой уж конченый народ эти бабы. Что-то еще осталось в них от человеков… А чего она должна нос от него воротить? Да она, наоборот, ссаться от счастья должна. Навруз – хозяин города. С бабками полный ажур. Тачки чуть ли не через день меняет. Особняк вот конкретный прикупил.

Зойка от одного восторга чуть не кончила, когда здесь очутилась. А теперь реально кончит – от одной только мысли, что скоро будет хозяйкой в этом доме… В общем, ноги она ему должна целовать конкретно…

Навруз изо всех сил стремился, чтобы его считали крестным отцом, эдаким «русским доном Корлеоне». У него не банда, у него мафиозная семья. Все подотчетные ему авторитеты – члены этой семьи. А еще у него должна быть своя собственная семья. Жена, сын, много сыновей. Он будет править мудро, а значит, долю. И обязательно доживет до седин.

А потом отойдет от дел, и семью возглавит его сын. Преемственность поколении – это сильный ход, не вопрос…

От высокопарных мыслей Навруза отвлек телефонный звонок. Обратный номер на дисплее не высветился.

– Да, – недовольно отозвался он.

– Навруз?

Это был Ворохов. Навруз мгновенно преобразился.

– Он самый, – еденным голосом подтвердил он.

– Надо бы встретиться.

– Когда?

– Прямо сейчас… Я буду ждать тебя в том самом месте, где мы встречались позапрошлый раз. Два часа тебе хватит?

– Да-да, конечно.

– Ну и отлично. Жду. Не опаздывай…

– Буду в срок! – угодливо улыбнулся Навруз.

Нажал на клавишу «сброс» и со злостью запустил телефон в угол. Мобильник с треском разлетелся на части, Зойка хотела что-то спросить. Но промолчала. Мало того, бочком-бочком и исчезла. Правильно, между прочим, сделала. А то бы нарвалась на грубость. В порыве злости Навруз мог ее и придушить… Если она выживет, из нее выйдет неплохая жена.

Только выйдет ли из него самого крестный отец? У дона Корлеоне не было начальников. А у него есть. Этот долбаный Ворох со своими заумными установками. Этот тип возомнил, что держит Навруза за яйца. В принципе так оно и есть на самом деле. Но такой расклад бесит. Хочется рвать и метать. И прежде всего Навруз разорвал бы на части самого Вороха. Но, увы, это не в его силах. Высоко сидит этот тип, далеко глядит – Навруз перед ним как на ладони. Если вдруг что не так. Ворох отреагирует в пять секунд. А киллеры у него по классу "А". Говоришь "а" и тут же получаешь "б" – в качестве снайперской пули.

А может, даже хорошо, что он всего лишь злится, но не пытается при этом плыть против течения. Как-никак это течение вынесло его к вершинам криминальной власти. И это же течение относит его от всяких неприятностей… Что ни говори, на пару с Ворохом Навруз – страшная сила.

Настроение сразу улучшилось. Навруз связался с охраной, велел запрягать лошадей. Полчаса на сборы, полчаса на дорогу. В его распоряжении почти час…

– Зойка! – гаркнул он.

Она предстала перед ним во всей свой красе. Коротенькая маечка – грудки под ней зазывно так бултыхаются, коротенькая юбочка – стоит нагнуться, и попка наружу. А попка у нее – царский деликатес. И все остальное по высшему разряду.

– Иди ко мне!

– И не подумаю!

– Чего?

– А того… До свадьбы ни-ни!…

Навруз как стоял, так и сел на задницу. Заява, конечно, бомбовская. Как сама атомная война…

– Ты чего? – хихикнула она. – Я же пошутила…

Как это у нее так получалось, Навруз не знал. Но маечка и юбочка слетели с нее почти одновременно, это он видел. Как видел и то, что в своей наготе она просто великолепна. Везучая она, Зойка. Когда бог людям красоту раздавал, наверняка она в первую очередь пробилась. И сейчас ей повезло. Такого мужика отхватила… Интересно, какой он у нее по счету?

* * *

Ворох был сама вежливость. Ясная, располагающая улыбка. Но это была всего лишь видимость. Слишком хорошо знал Навруз этого человека, чтобы дать себя обмануть. Стоило ему только глянуть на своего патрона, и он понял, что разговор предстоит далеко не самый приятный.

– Говорят, ты кино увлекаешься? – спросил Ворох.

– Кто говорит?

– Говорят, «Крестный отец» – твой любимый фильм.

– При чем здесь это? – вытаращился на него Навруз.

– Помнишь сцену с мертвой собакой? Одного неуступчивого господина попросили подвинуться. А он не захотел. Тогда люди Корлеоне пробрались в его дом, зарезали его же собаку и подложили ему в постель…

– Ну, было такое. А что?

– Да ничего… Случай один был. У нас, в России. А если точней – в Заволжске. Слышал про такой город?

В глазах Вороха сталкивались и ломались ледяные глыбы.

Наврузу казалось, что он сам вот-вот угодит под ледокол. Душу охватил тихий панический ужас.

– О чем ты?

– Да все про один и тот же случай… Вернее, он был не один. Их было сразу три. Про Заволжск ты, конечно, слышал. Там все и произошло. Не далее как сегодня ночью…

– Что произошло?

Навруз хотел спросить, чего он тянет кота за хвост. Да еще и в грубой форме хотел спросить. Но от собственной смелости перехватило дух. Слова застряли в глотке.