За все надо платить - Александра Маринина

– Да, я надеюсь, – рассеянно сказала она,судорожно придумывая повод, под которым можно будет завтра же отправить Юриядомой.

Ольга знала, что действие лакреола имеет два этапа, двефазы. На первом этапе человек чувствует себя с каждым днем заметно хуже, ноесли прекратить прием препарата, то ухудшение прекращается тоже. Улучшения,конечно, не наступает без специального лечения, но и хуже не делается. На второмже этапе происходят так называемые необратимые изменения, когда прекращениеприема лакреола уже практически ничего не меняет. Самочувствие продолжаетухудшаться, хотя и не так быстро, как под воздействием лекарства, и человекумирает. Первая фаза обычно длится от четырех до семи суток в зависимости отвозраста и состояния сосудов и сердца, вторая фаза – от сорока восьми довосьмидесяти часов. Так было с первыми модификациями лакреола. Новые варианты,разработанные после получения архива профессора Лебедева, действовали болеемягко, удлинив первую фазу до восьми-десяти суток, а вторую – до пяти-семисуток. Весь вопрос состоял в том, в какой фазе на сегодняшний день находитсяОборин. Если во второй, то можно безбоязненно отпускать его домой. Через несколькодней он скончается. А если в первой? Сереже пока не удалось ничего узнать, иесли отпустить Оборина домой и оставить его живым, то он превратится в минузамедленного действия.

Она выключила свет в гостиной и вернулась в спальню.Стараясь двигаться как можно тише, поставила телефон на пол рядом с кроватью,сняла очки и залезла под одеяло. В ту же секунду вспыхнул свет – муж включиллампу у изголовья.

– Кто тебе звонил? – спросил он, и в его голосеОльга не услышала ничего хорошего для себя.

– Шоринов, – ответила она как можно спокойнее.

– Что ему нужно в такое время? О любви решил поговоритьна ночь глядя?

Бороданков потянулся за сигаретами, закурил и откинулся навысоко подложенных под спину подушках.

– Перестань, Сашенька, – сказала Ольга как можномягче. – Ты же прекрасно понимаешь, что роман с Михаилом давно в прошлом.С тех пор как мы с тобой женаты, я поддерживаю с ним только приятельские иделовые отношения.

– Значит, звонок был деловой? – хмыкнул он.

– Конечно, милый.

– И что случилось? Почему такая срочность?

– Сашенька, не забивай ты себе этим голову. Тыталантливый ученый, ты должен работать над лакреолом, а мы с Михаиломобеспечиваем организационную сторону, чтобы ты не отвлекался на всякиеглупости.

– Оля, у меня возникает ощущение, что за моей спинойчто-то происходит. Вы с Шориновым что-то от меня скрываете?

– Ох, Саша, да что мы можем от тебя скрывать? Откудаэта подозрительность?

– И все-таки. Раз он звонит тебе по ночам, значит,возникают какие-то осложнения. Почему я ничего не знаю об этом?

– Потому что тебе и не нужно знать. Ты должен работатьнад лакреолом, а мы с Михаилом для того и существуем, чтобы бороться сосложнениями. Ну Сашенька, пожалуйста…

– Я хочу знать, о каких осложнениях идет речь.

– Ну хорошо. Для того чтобы выкупить архив у вдовыЛебедева, Михаилу потребовались большие деньги наличными. У него такихвозможностей не было, и он обратился к своему знакомому, который дал емутребуемую сумму под очень высокие проценты. Поскольку с запуском производства унас пока перспективы неясные, когда будет поступать прибыль – непонятно, апроценты капают, Михаил начал искать возможность вернуть долг. Он хочет вложитьденьги в такое предприятие, которое даст быстрый оборот и большой навар. Но тыже сам понимаешь, Сашенька, что без риска и без нарушений ничего не получится.То и дело возникают осложнения.

– Я не понимаю, – с раздражением откликнулсяБороданков, резким движением гася сигарету в пепельнице. – Почему нужнонепременно нарываться на осложнения? Когда лакреол будет готов, твой Михаилстанет единоличным и единовластным его производителем, монополистом. Он начнетзарабатывать на этом такие деньги, что спокойно отдаст любой долг с любымипроцентами и даже не заметит ущерба. Почему нельзя подождать немного и сделатьвсе законно? Почему непременно нужно лезть в авантюры?

– Потому что долг растет, он с каждой неделейстановится все больше. Тебе не понять. Это не наш карман. Если бы долг спроцентами нужно было отдавать лично тебе из нашего собственного семейногобюджета, ты бы рассуждал иначе. И потом, какое право мы с тобой имеем решать заМихаила, как ему поступать? Ведь это он финансирует весь проект, он полгодабезропотно давал нам деньги на то, чтобы отделение могло функционировать, оноплатил работу человека, который ездил по всей Европе в поисках вдовы Лебедева,он, наконец, оплатил архив. А что мы с тобой для него сделали?

– Он получит всю прибыль от производства лакреола. Онже миллиардером станет.

– Вот именно, Сашенька, получит и станет. Будущее время,к тому же неопределенное. А мы с тобой от него уже получили все, что он намобещал. Поэтому мы должны быть к нему терпимы. И если его что-то тревожит и онсчитает нужным обсудить это со мной, мы с тобой должны с этим считаться, дажеесли это нам неудобно.

Она старалась следить за своими словами, чтобы не дай бог необидеть Александра, не провести ненароком разделительную полосу между «ты» и«я», между ним и собой. Этому соблазну часто поддаются во время ссор и простотяжелых разговоров, не замечая, как полоса становится все шире и глубже, и еслитолько что, ну вот пять минут назад ее можно было просто перешагнуть, то сейчасуже и противоположного берега не видно. Нет, Ольга, искушенная и в соблазнениимужчин, и в поддержании с ними хороших отношений, за шириной полосы следилатщательно, употребляя всюду, где только уместно, слова «мы с тобой». Мы стобой. Мы муж и жена. И что бы ни случилось – мы вместе. В здоровье и болезни.В беде и в радости. В нищете и богатстве. Но главным образом, конечно, вбогатстве. И в славе. Все остальное соблюдалось только для того, чтобы несорвались с крючка эти две золотые рыбки. Хотя в глубине души Ольга Решинаотлично понимала, что никакой страстной любви она к мужу не испытывает, как неиспытывала ее и раньше. Но Бороданков был мужчиной, которого она сама себевыбрала, которого терпеливо ждала долгие годы, окучивая и пропалывая, поливая иудобряя, как грядку с экзотическими цветами. Она вложила в этого мужчину своюмолодость, силы, душу. Она поставила цель и добилась ее. И обсуждать сейчасправильность постановки этой цели она вовсе не намерена. АлександрИннокентьевич Бороданков, доктор медицинских наук, профессор – ее личное,персональное завоевание. И теперь у нее есть новая цель – стать женойнобелевского лауреата Бороданкова. Поэтому она будет любить своего мужа, холитьего и лелеять, оберегать от неприятностей и всячески помогать в работе, чтобы вконце концов добиться своей цели. И если для этого нужно совершить преступление– что ж, она готова. Она на все готова.

* * *

Оборин второй день валялся в постели, вставая только длятого, чтобы поесть или сходить в туалет. Мозг работал как заведенный, нодиссертация перестала интересовать Юрия. Он понял, что Ольга его обманула, итолько слабость и дурнота мешали прорваться наружу клокотавшей в нем ярости.