Жизнь после жизни - Александра Маринина

Отец Юрия Путилина рассказывал, что кто-то предлагал егосыну совершить убийство. А если это была Алла, которая решила избавиться отАиды Борисовны как от помехи удочерению? Юрий отказался, и тогда… Тогда Аллепришлось искать другого исполнителя, и она обратилась к своему бывшемулюбовнику. Долг-то надо или отдавать, или отрабатывать. Отдавать нечем, сталобыть, придется выполнить работу. И Федулов берется устранить Аиду. Ему приходитв голову блестящая мысль: инсценировать убийство Аиды Борисовны под совершенноетем же маньяком, который за полгода до этого убил Галину Ильиничну Корягину.Дмитрию прекрасно известны все детали того преступления, даже те, которые неизвестныширокой публике, и ему не составляет труда сделать все так, чтобы второеубийств во оказалось точной копией первого. Кроме того, убив Аиду, он забираету нее ключи от квартиры, приходит к ней домой и уничтожает всю перепискуПавловой с Полиной Солодко. Отныне никто не сможет связать смерть бывшегоследователя с этой девочкой и попытками Ярцевых ее удочерить. Потомвозвращается и кладет ключи на место, в сумку. Но для этого нужно было убитьПавлову в таком месте, чтобы труп нашли не сразу, иначе нет гарантии, чтоудастся вернуть ключи. И он выбирает тихое место, куда до утра никто не придет.Как Федулову удалось заманить Аиду Борисовну на стройку? Как-то удалось, но этоне столь важно, ведь они были знакомы, и предлог можно было использовать любой.Он все продумал и практически ничем не рисковал.

Что же происходит потом? Полинка по-прежнему отказывается отудочерения, горюет по Аиде и ходит к ней на кладбище, и Алла вынужденасмириться со своим поражением. Она уезжает с мужем в областной центр, подальшеот постигшей ее трагедии и от всей этой страшной истории, а заодно и подальшеот Кости Еремеева, который, прекрасно понимая, по чьей инициативе и почему былаубита Аида Борисовна Павлова, становится источником неприятных эмоций для Аллы.Их роман закончен, слабый, но в общем-то неплохой парень Костя Еремеев, он жеЮрий Путилин, не смог продолжать близкие отношения с женщиной, способной наорганизацию убийства, а сама эта женщина не смогла и не захотела оставатьсялюбовницей того, кто слаб и не готов ради нее на все.

Однако возродившаяся активность по поиску убийцы и интересНасти к Аиде Борисовне и к Косте насторожили и обеспокоили Аллу, котораяблагодаря Федулову отлично знает, что Анастасия Каменская никакой не социолог,а вовсе даже сыщик, занимающийся раскрытием убийств Корягиной и, что самоенеприятное, Павловой. Ярцева боится, что, если на Костю нажать, он всерасскажет. И она принимает решение, что бывшего любовника надо заставитьзамолчать. И снова обращается к Федулову, ведь одним только убийством Аиды онсвой долг еще не отработал. Дмитрий понимает, что Аллу надо остановить, иначеэтому не будет конца. И он придумывает убийство одновременно Аллы и Кости, нотакое, чтобы в нем обвинили Романа, мужа Аллы, на которого можно будет повеситьпреступление, совершенное на почве ревности, ведь о романе Аллы с Костей зналивсе в клубе «Золотой век», так что в свидетельских показаниях недостатка небудет.

— Вот как-то так примерно, — констатировалаНастя. — Только доказывать пока нечем.

— Да, — согласился Вторушин, — все улики унас косвенные. Вы меня огорошили, Анастасия Павловна. Не могу поверить, чтобыДимка… Но и вашим аргументам не поверить не могу, вы очень убедительны. Прямомозги кипят.

— Федулов выезжал в адрес, когда Ярцевазадерживали? — спросила она.

— Конечно. И я выезжал.

— Он участвовал в осмотре машины?

— Да, залезал в салон, смотрел там что-то, ключи иззамка вытаскивал.

— Плохо, — огорченно покачала головойНастя. — Значит, никакая экспертиза уже не поможет, все следы Федулова всалоне машины Ярцева будут иметь объяснение, подтвержденное кучей свидетелей.

— А если наскоком?

— То есть?

— Ну, вы же, наверное, знаете, что менты колются легчеи быстрее других преступников. Если уж мы беремся совершать преступления, тонастолько уверены в том, что нас не поймают, потому что мы — профессионалы ивсе продумали на пять с плюсом, что даже не готовимся к защите и оправданию.Для нас обвинение всегда огромная неожиданность. Может, попробовать прижатьДимку чем-нибудь неожиданным, чтобы он растерялся?

— Чем, например? Кстати, — спохватиласьона, — вы детализацию звонков на мобильный Ярцева запрашивали?

— Да, уже получили. Там нет ничего такого, чтопривлекало бы внимание.

— А на мобильный Аллы?

— Да как-то не нужно было, — пожал плечамиВторушин. — А вы считаете, что нужно?

— А как же, Илья! — Глаза у Настизагорелись. — Запрашивать детализацию звонков Федулова вы не можете, этоопасно, он сразу об этом узнает, а вот звонки Аллы — это нормальный оперативныйинтерес. И мы сразу узнаем, с какой интенсивностью и когда именно они сДмитрием разговаривали в последнее время. А заодно и выясним, как общались Аллаи Путилин, постоянно или тоже только в последнее время. Вы сможете сделать этобыстро и, желательно, не привлекая внимания?

— То есть без официального запроса? — усмехнулсякапитан. — Знаете, жизнь в провинциальном городе кое в чем выгодноотличается от жизни в столице: у нас можно практически любой вопрос решить науровне личных связей. Правда, у нас и информация расходится быстрее.

— Но вы рискнете? — она с надеждой посмотрела наИлью.

— Куда ж я денусь.

Настя посмотрела на часы и охнула: второй час ночи, воротазакрыты. Если Илья сейчас будет покидать территорию усадьбы, то ему придетсяпройти пост охраны, где его обязательно зафиксируют. А есть ли гарантия, чтоникто из охранников не знаком с Федуловым и уже рано утром Дмитрий не будетзнать о том, что его коллега ночью был у Каменской? Нет такой гарантии, не зряже Илья только что сказал об особенностях города. Что же делать?

— Илья, вы меня, конечно, извините, но вам придетсяостаться у меня до утра, — твердо сказала она. — Если мы не хотимвспугнуть Федулова раньше времени, то вам придется пойти на определенныежертвы.

— А вам? — улыбнулся Илья. — Или посторонниймужик за стенкой ночью — это для вас не жертва?

— Для меня — нет, я привыкла, — улыбнулась она вответ. — У меня есть… то есть был коллега, который систематически ссорилсяс женой и просился переночевать у меня в однокомнатной квартире. И ничего,как-то мы с ним умещались.

— И когда я смогу вас покинуть?

— Не раньше десяти утра. До десяти ворота закрыты, иохранники записывают всех, кто входит и выходит. Здесь такие порядки.

— Кошмар! Мне к десяти надо быть на службе… Ладно,что-нибудь придумаю. Позвоню, навру. Не в первый раз. Но я вас действительно нестесню, если останусь на ночь?

— Действительно не стесните. Я вас уложу здесь, в этойкомнате, на диване. В ванной есть чистое полотенце и зубная щетка в упаковке.Только вот насчет побриться я не уверена.