Рецепт красивой смерти - Алексей Макеев

Лев сидел в заброшенном доме в десяти километрах от Симферопольского шоссе и ждал появления журналиста, который должен был появиться с минуты на минуту. Нервы его были напряжены до предела. Он понимал, что сильно рискует. Помимо того что ослушался приказа генерала и пошел на контакт с депутатом Зверевым, так еще и гражданского к операции привлек. Если вдруг что-то пойдет не так, Орлов ему этого не спустит.

За время ожидания Лев раза три доставал телефон, намереваясь позвонить Орлову и предупредить о том, что задумал, но каждый раз убирал трубку обратно. Пока генерал не знает об операции, он не несет за нее ответственность, но как только Гуров поставит его в известность, все изменится. «Еще не время, – уговаривал сам себя Лев. – Я еще успею получить добро. Вот возьму Кросса, тогда и генералу позвоню». Известие о том, что преследователем оказался Красильников, пришло настолько своевременно, что он невольно вспомнил ночное бдение, когда так же, как сейчас, убеждал себя, что встреча со Стартером не может быть глупой случайностью. В жизни все закономерно, и раз уж он вылез со своим признанием, значит, пришло время раскрыть преступление на Дмитровке и вывести на чистую воду недостойного политика.

«Запаздывает Влад, – в сотый раз взглянув на часы, мысленно произнес Гуров. – Машина у него новая, движок мощный. Что могло его задержать?»

Внезапно зазвонил телефон, в пустом доме звонок прозвучал особенно громко. Лев выхватил аппарат из кармана, поспешно нажал кнопку приема вызова, даже не взглянув на дисплей.

– Какого черта? – вполголоса бросил он в трубку.

– Лева, ты чего буянишь? – послышался голос Крячко.

– А ты чего названиваешь? Договорились ведь о режиме молчания, – оборвал его Лев.

– Чего тогда звук не вырубил? – парировал Крячко. – Мог ведь и кто-то другой позвонить. И в менее подходящий момент.

– Говори, зачем звонишь. Нотации я и сам читать умею.

– Тут такое дело, – начал Стас. – Похоже, Тельных нашелся.

– Откуда информация?

– Жаворонков позвонил. Я когда из отдела уезжал, велел ему на контроле вопрос держать и, если что, сразу мне докладывать.

– Выходит, и ты звук не убрал? Ну и красавчики мы, Васильеву все уши об осторожности прожужжали, а сами про элементарную осторожность забыли! – досадливо покачал головой Гуров. – И что там с Тельных?

– В Белгороде он. Фамилию сменил, фирму открыл, но, похоже, она чисто для отвода глаз. Чем живет, пока непонятно. Парни его «пасут», не уверены, что он – это он.

– Отпечатки пальцев пробить не получилось?

– Да там хрень какая-то с отпечатками. – Крячко замялся, но все же сказал то, что услышал от Жаворонкова: – Стер он их. Подчистую. Три экспертизы уже сделали, а идентифицировать Тельных не могут. Сейчас к нам везут. Жаворонков сказал, часа через два будут. Как думаешь, успеем?

– Разберемся, – коротко бросил Лев. – Вырубай звук!

Он дал отбой, отключил динамик и вибрацию, сунул телефон в карман и снова взглянул на часы. Влада все не было. В доме царила тишина настолько плотная, что давила на барабанные перепонки.

Гуров решил, что выждет еще десять минут и пойдет к шоссе. Если Кросс решил форсировать события и избавиться от Влада раньше, чем тот доберется до места с уликами, дело плохо. Чтобы как-то отвлечься, он начал шепотом отсчитывать секунды. На шестой минуте до него донесся рев двигателя, а следом и музыка. Громкая и бодрая. «Вот стервец, – невольно заулыбался Лев. – И здесь свою пику вставил». Машина приближалась. Теперь он слышал, что в отдалении работает еще один двигатель. Было похоже, что водитель пробирается осторожно, ведет машину на минимальных оборотах.

«Боится, что Влад его засечет, – догадался Гуров. – Это хорошо. Значит, все идет так, как мы и планировали».

Автомобиль остановился возле покосившегося забора, и Влад неслышно скользнул в дом, двигатель он оставил включенным, и теперь тот работал на холостом ходу.

– Полковник, вы здесь? – вполголоса спросил он.

– Здесь я, где мне еще быть, – так же тихо ответил Гуров. – Камеру свою включил?