Печать фараона - Наталья Солнцева

- Поэтому ее и убили! - горячо воскликнула Ева. - Почерк «Алой маски» подделали, чтобы отвести подозрения. Об этих убийствах весь город гудел!

Сыщик покачал головой, в затылке заныло: напомнила о себе боль.

- Думаешь, не хотели платить? Или отомстили за разорение «склепа»? Вряд ли. Тут другое… Магазин «Азор», выставленная во всех отделах книга и рекламный текст в Интернете призваны были привлечь внимание посвященных в тайну. Кстати, разве Хромова сумела бы придумать такое иносказательное письмо и условную фразу? Допустим, да. Но откуда о пароле узнал бы получатель?

Еве стало жарко, щеки горели, во рту пересохло.

- Ты намекаешь, что Хромова… что в «склепе» могла быть инструкция, как следует поступать? - спросила она. - Бальзаминов говорил про манускрипты… Нет! Яна бы их не прочитала, она не знает ни немецкого, ни латыни, ни…

- В Москве полно профессиональных переводчиков, в том числе и с латыни. Нести кому-то старинный манускрипт она бы не рискнула, а вот отсканировать, например, потом распечатать и заплатить за перевод… вполне безопасно.

- Если Хромову убили из-за печати, то кто приходил в магазин за письмом? Где реликвия? Кто под видом монаха посетил Валерия, и, главное, с какой целью? Ведь печать уже забрали!

- Откуда это известно? - возразил сыщик. - Кроме того, из твоей версии выпали Марина, Вероника и Стас. Не забывай, на Хромовых мы вышли, расследуя внезапное исчезновение Марины Комлевой.

Ева молчала, понуро глядя в окно, где совершенно не в лад ее настроению ясно и весело синело зимнее небо. Она сама знала о слабом месте в своих рассуждениях. Девушек из Шахт и господина Киселева, их столичного покровителя и незадачливого почитателя Молоха, к истории с деревней Рыбное, вышивкой и печатью Тутмоса Великого уж никак не привяжешь.

- Ну, и что нам теперь делать? - вздохнула она. - Ой! Я же совсем забыла про Войтовского!

- Это еще кто?

Ева рассказала.

- Понимаешь, он наверняка ищет печать! - заключила она. - Похоже, тот поляк, умерший на руках золотошвейки, его родственник… дальний. Вот, взгляни, вензель! - Ева показала на вышивке две буковки В. - Какой-нибудь Войцех или Вольдемар Войтовский… что-то в этом духе. В архивах рода, в семейных преданиях могли сохраниться какие-то подробности о тех событиях. Вдруг наткнемся на подсказку? Не исключено, что нынешний Войтовский и убил Хромову! Чтобы избавиться от конкурентки.

- Предлагаешь побеседовать с ним? - рассеянно спросил Всеслав. Он почти не слушал, занятый своими мыслями.

- Яна нам уже ничего не скажет. Надо хотя бы Войтовского расспросить! Жаль, у меня только его электронный адрес.

Смирнов расслабился и закрыл глаза. Если они с Евой мыслят правильно, то за последние год-полтора как минимум на рынке антиквариата, - пусть даже виртуальном, - должны были появляться ценные вещицы не «моложе» шестнадцатого века.

- Ты что, уснул? - возмутилась Ева.

- Прости. Я думаю… а не позвонить ли мне…

Он не договорил, начал набирать номер опытного знатока антиквариата, с которым давно сотрудничал. Тот оказался дома, - лежал с приступом радикулита, - и охотно согласился ответить на вопросы Смирнова. Да, на протяжении прошлого года и чуть раньше на Интернет-аукционе было продано несколько дивных раритетов: два серебряных ковчежца, ларчик из черного дерева с символами магии, четки из восемнадцати камней и кораллов - вещи весьма дорогие, скорее всего, ушли в частные коллекции. Еще пару вещиц продали через галерею «Антик» по минимальной цене. То ли продавец оказался несведущим, то ли вещи ворованными… хотя в перечень краденого антиквариата их не включили. Галерея, прежде чем выставить что-либо на продажу, обязана проверять «биографию» ценного товара. Так положено.

Ева слушала, боясь пропустить слово. По репликам Славки она сообразила, что их версия нашла подтверждение.

Он закончил разговор и погрузился в транс: в груди нарастал жар, ум отказался работать - такое состояние было сродни ожиданию прозрения, которое должно прийти само собой, без каких-либо усилий. Почти все возможное уже сделано, и настала пора подсознательной идеи, на первый взгляд абсурдной и невероятной. Она выплыла из хаоса мыслей, как луна из облаков.

- Черт с ним, придется рискнуть, - пробормотал Смирнов. - Других вариантов просто нет! Давай пиши. Будем надеяться, господин Войтовский именно тот, кто нам нужен, и часто проверяет почту.

Ева вопросительно уставилась на сыщика.

- Что писать-то?

- Погоди! Там, в письме, которое оставила в магазине Хромова, должен быть электронный адрес для связи.

- Есть… - удивилась Ева. - Только кому писать?

Смирнов дотронулся до подаренного ею кулона из ляпис-лазури с выбитым на камне египетским иероглифом «истина» и неопределенно хмыкнул.

- Истина всегда на поверхности, - сказал он. - А мы, подобно пилигримам, проходим длинный тернистый путь, чтобы убедиться в этом. Хочу проверить свою интуицию.

- Включить компьютер?

- Пиши пока на бумаге, потом разберемся.

Ева молча взяла ручку и приготовилась.

- Пиши, - повторил Смирнов. - Здравствуй, моя дорогая! Это Стас. Поделишься со мной деньгами? Тогда я буду молчать о твоем шраме и прочих «интимных подробностях». Помнишь, как я спас тебя? Разве пара сотен тысяч долларов - большая плата за жизнь? Сущая безделица! Надеюсь, ты не забыла о том, как мы снимали на видео наши любовные встречи, моя пылкая вакханка? Кассеты и мое молчание ты получишь только в обмен на деньги, иначе… Ты ужасно меня разозлила своей дурацкой выходкой в метро! Поэтому даю тебе ровно сутки: положишь деньги в камеру хранения Казанского вокзала, в ячейку… - сыщик назвал номер одной из нескольких ячеек, которые иногда использовал в подобных целях. - Время пошло!

- Подпись будет?

- Зачем? И так понятно, от кого послание.

- Ты с ума сошел! - возмутилась Ева. - Думаешь, Марина жива и сможет прочитать эту белиберду? Откуда ей знать адрес электронной почты, указанный в письме?

- Вдруг никакого письма и вовсе не было? - парировал Всеслав. - Вера Петровна запросто могла его выдумать, а ты и поверила. Почему бы тебе не поверить и в то, что наше послание попадет по адресу и его прочитают? В этом деле мы двигаемся наобум, вслепую… но пока в правильном направлении. Иначе меня не пытались бы столкнуть с обрыва. Для тщательной проработки плана действий нет ни минуты.

- С каких это пор ты так торопишься?

- Не нравится мне монашка, которая приходила в магазин и спрашивала о письме! Плохая примета.

Ева нервно покусывала губы, решала в уме какую-то задачу.

- Выходит, мы занимаемся шантажом? - она покраснела от негодования. - Вымогательством? Какая еще камера хранения, ячейка? Ты всерьез полагаешь, что кто-то принесет и положит туда деньги?