Убийство на Неглинной - Фридрих Незнанский

Демидыч вразвалочку, лениво оглядываясь, подошел к джипу, постоял возле него, потом подошел к забору, словно собираясь справить малую нужду. Так, вероятно, выглядела картина со стороны. А он в это время внимательно осматривал «жигуленка» и, присев, обнаружил, наконец, плоды деятельности странного ворюги: от днища машины, из-под багажника, вилась рыболовная леска, а конец ее был привязан к торчавшему из стены куску арматуры. Дурак поймет, что тут мина со взрывателем натяжного действия. Водитель сядет, тронется – вот тогда она и рванет. Примитивчик, конечно.

Володя опустился на корточки и отвязал от выхлопной трубы обернутый целлофаном сверток, а леску пережег огоньком зажигалки и концом ее обмотал самодельную мину. Или бомбу – назови как пожелаешь. Штучка, однако, серьезная. Граммов на триста – четыреста.

Затем он открыл своим ключом заднюю дверцу и присвистнул. Просторная машина джип, удобная. И расстояние хорошее от передней спинки до заднего сиденья. Но сейчас это место на полу занимал лежащий навзничь, отлично увязанный мужичок, он что-то тягуче и негромко мычал, поскольку рот был залеплен широкой лентой пластыря, а на окровавленном лице безумно пучились глаза.

Демидыч небрежно подвинул его ногой и уселся сзади. Положил рядом бомбу. Посмотрел на спокойно облокотившегося на руль Мишу.

– Не сказал, чего он хотел?

Миша отрицательно покачал головой. Мужичок затих, прислушиваясь. Демидыч показал бомбу Мише:

– Есть такое предложение. Мы ему сейчас вот эту хреновину положим за пазуху, привяжем конец подлинней, чтоб нас не задело, и где-нибудь на трассе выкинем его из машины, а? У тебя, я видел, в бардачке леска была, достань, я пока займусь.

Лежащий на полу ухитрился каким-то образом громко заскулить и даже попробовал изогнуться на полу дугой, но Демидыч спокойно поставил на него ногу и придавил маленько. Тот затих.

– Может, он чего заявить хочет? – предположил Миша.

– А хрен его знает! Хочет, так пусть заявляет.

– Так ты ж ему пасть освободи. Не целиком, а так, маленько, чтоб только понять.

Володя оторвал пластырь и тут же поднес к носу кулак. Мужик немедленно с готовностью закатил глаза – значит, научен. Володя пальцем оттянул его губу и увидел, что передних зубов мужичок лишился. Посмотрел на Мишу:

– Чем это ты его?

– А чего он меня укусить хотел? – наивно спросил Миша и показал кулак с небольшой ссадиной на средней костяшке.

– Тоже верно, не кусайся, – рассудительно заметил Демидыч и пнул мужика: – Говорить будешь или выкидываем?

– Шкагу…

– Надо понимать: скажу, – объяснил Миша.

В течение пяти минут они выяснили все, что хотели, ибо травмированный представитель измайловской братвы обожал бить свои жертвы, но оказывается, имел низкий собственный болевой порог. Значит, исходя из этих условий, ему и следовало всегда действовать в стае, а уж коли вышел в одиночку, постарайся не попадаться. Такой запоминающийся урок преподали ему в джипе, после чего он охотно выложил, кто и зачем его сюда послал. Задание он получил от Сени Круглого, тот назвал марку машины, цвет и номер. А кто в ней и зачем все это, Федю не касалось. Он свое дело сделал, через двадцать минут братва подхватит его вон там, возле леска… Тут и ходу-то десять минут.

– Для тебя уже все в прошедшем времени, запомни, – строго сказал Демидыч, а Миша подтвердил суровым кивком. – Если повезет – сядешь. Ну а нет – извини.

И Володя вышел из машины, чтобы встретить возвращающегося Турецкого.

– Все в порядке, Демидыч?

– Да, можно сказать.

– Тогда поехали, – не стал уточнять Турецкий. – Грязнов на месте? Ладно, едем, я по дороге позвоню ему.

Под охраной Володи Демидова Турецкий мог чувствовать себя в полной безопасности. Ему и в голову не пришло бы теперь вертеть во все стороны головой, ожидая погони. А вот Демидыч был настороже, и когда они проезжали поворот к стройке, за которой виднелся лесок, он немедленно обратил внимание на заляпанную по низу грязью «бээмвуху», застывшую на обочине, но, едва они проехали, тронувшуюся за ними. Эта машина сопровождала их почти до Садового кольца, а после исчезла из поля зрения.