Конь в пальто - Сергей Донской

Оставаться у родителей было больше невмоготу. Их быт давно стал чужим, подстраиваться под него было вроде бы как удобно, но тягостно. Собирать вещи и возвращаться с Анечкой домой в роли провинившейся блудницы тоже не хотелось. Жека рано или поздно объявится, начнутся взаимные упреки, выяснения отношений. И что потом? Опять изображать из себя беженку с торбами?

Ленка нашла вариант получше. Наведаться домой одной, без вещей, разведать обстановку. Забрать деньги, оставленные Жекой, – долг родителям отдавать надо? Дочь кормить-одевать надо? Гордыня в данном вопросе была неуместной. Деньги забрать, а записку оставить. Спасибо, мол, за заботу. Но, между прочим, нас связывают не только материальные отношения. Пора бы их выяснить до конца. Вот.

Это решение осенило Ленку внезапно, после того, как Анечка прекратила назойливые предложения поиграть в больничку и увлеклась мультиками, зато мать, досмотрев сериал, привязалась с теми же самыми рекомендациями, только на полном серьезе. А не вернуться ли тебе в больницу, Лена?

Ни-за-что! Ни-ког-да!

Она имела опыт работы медсестры в дежурной бригаде травматологического отделения. И на всю оставшуюся жизнь запомнила, как выглядят обломки ребер, проткнувшие кожу. Или обожженные ноги бабы-пьянчужки, заснувшей в колготах возле электрокамина. Или мужские ноги, висящие на лоскутах кожи, потому что тазобедренные суставы раздроблены. И вспоротые грудины, и сломанные позвоночники, и продырявленные черепа.

– Спасибо, мама, за ценный совет, – сказала Ленка, – но в больничку я теперь играю только с Аней.

– Ах, ах, ах! – откликнулась мать, вскинув голову так картинно, словно воображала себя главной героиней своего любимого сериала. – Если ты такая самостоятельная, то будь добра…

– Я отдам деньги, не беспокойся, – тихо сказала Ленка. – Сейчас съезжу за ними и отдам.

– Где же, интересно, ты их возьмешь? – Говорила мать, а голос был не ее. Голос плохой актрисы, озвучивающей чужую роль.

– Не на панели, не беспокойся. – Ленка сладко улыбнулась.

И всю дорогу, от одного порога до другого, она молилась лишь о том, чтобы Жека сдержал обещание насчет денег.

Плохое предчувствие возникло, когда никаких ключей под половиком не обнаружилось. А что, если и под холодильником пусто? Закипая от злости, Ленка вдавила пальцем кнопку дверного звонка.

Против ожидания дверь открылась. Только за ней стоял не Жека, а совершенно незнакомый круглоголовый тип. Окинув быстрым взглядом пустой подъезд, он взял Ленку за рукав плаща и рывком втянул ее в прихожую, а дверь вернул в исходное положение.

– Ты кто? – спросила она круглоголового. Злость еще не испарилась окончательно и помогала держаться вызывающе.

Глупая молодая рожица, испещренная оспинами, расплылась в улыбке. Не отпуская Ленку, он затащил ее в комнату, толкнул к стене и только тогда представился:

– Я Дедушка Мороз. Но подарков не принес.

Забурчал унитаз, и под этот аккомпанемент в комнате возник второй парень с банкой пива в руке и дымящейся сигаретой во рту. Этот был повыше и не такой плотный, как первый. Но дерганый какой-то, агрессивный. Он показался Ленке опаснее круглоголового крепыша. А его физиономия – даже при вполне осмысленном взгляде – пугала беспрестанной сменой выражений. Словно он никак не мог подобрать маску, чтобы скрыть свое истинное лицо. Лицо кого? Кретина и живодера, догадалась Ленка, и ей стало трудновато выдерживать взятый тон. Но она старалась, изо всех сил старалась. Больше ей ничего не оставалось делать.

– Что еще за новости? – ее тон оставался твердым и уверенным. – Кто вы такие и как сюда попали?

– А ты кто?

– Я? Хозяйка!

– Тогда мы гости, – ощерился худощавый.

– Что вы здесь делаете?

– Муженька твоего паскудного дожидаемся.

– Зачем? – холодно спросила Ленка, уже понимая, что без нее Жека впутался в какую-то скверную историю, чего и следовало ожидать. Вот тебе и деньги под холодильником!

– А мы его кре… – круглоголовый напрягся, – …ди… – его лоб сморщился, – …торы. – Выговорив это слово, он самодовольно заулыбался.

– Он деньги нам должен, – уточнил его дерганый приятель. – Большие деньги. Мы хотим деньги забрать, а его полечить как следует. Теперь и тебя заодно.

– Попала, – сообщил круглоголовый с таким видом, будто рассчитывал обрадовать этим Ленку.

Она окинула взглядом комнату и увидела, что все шиворот-навыворот, сикось-накось и вверх-дном. Почему-то обидней всего было видеть разгром среди Анечкиных игрушек, вываленных из двух ящиков на пол. Кукла Барби, на которую деньги собирали чуть ли не три месяца, была раздавлена чужой ногой.

«Теперь моя очередь, – обреченно подумала Ленка и тут же мысленно прикрикнула на себя: – Не смей раскисать!»

– Это что же, вы так мужа моего искали? – с иронией спросила она, показывая глазами на раскардаш.

– Нам нужна его печать… эта… пред… пред…

– Предпринимательская, – закончил дерганый за косноязычного дружка. – Печать, уставные документы. Ты знаешь, где он их хранит?

– Сейчас посмотрю. – Ленка направилась к телефону, гадая, успеет ли набрать две заветные цифры да еще и позвать на помощь. Просто так голосить на весь дом она пока что почему-то не решалась. Ее ведь и пальцем не тронули.

Молниеносно схватила трубку и, еще не донеся ее до уха, набрала ноль. Так же успешно справилась с двойкой. И только через несколько секунд сообразила, почему ее никто не остановил. Не было в трубке зуммера, а была мертвая тишина. Глядя на оборванный телефонный провод, Ленка поняла, что орать все-таки придется, она стала собираться с духом, но, похолодела, услышав за спиной:

– Аня, Анечка, не плачь, не утонет в речке мяч. – Это был гнусавый голос того, который повыше.

Ленка медленно обернулась:

– Что ты сказал?

– Что слышала.

– При чем здесь ребенок?

– И соседи ни при чем. Просекаешь? Давай взрослые проблемы решать по-взрослому. Не вмешивая посторонних лиц.

– Без шуму и пыли! – встрял круглоголовый с энтузиазмом доброго клоуна.

Но Ленке было не до шуток. Шурша плащом по обоям, она присела на корточки и поникла головой. Из-под волос, скрывших лицо, донеслось усталое:

– Я не знаю, где Женя… Я сама его давно не видела, честное слово.

Сломленная, обреченная. Только так. Сквозь пряди волос Ленка наблюдала за обоими парнями, выделяя явного лидера. Так учил ее отец. Этому и не только этому… К ее отчаянию, бандит не присел на корточки напротив, оставаясь вне досягаемости.

– Слышал? – спросил он дружка. – Она мужа давно не видела. Соскучилась по мужской ласке.

– Приласкаем? – крепыш оживился еще сильнее, хотя и до этого излучал хорошее настроение и завидный оптимизм.