Созвездие жадных псов - Дарья Донцова

Правду рассказала домработница. Оказывается,юноша выскочил из столовой и со всего размаха треснул рукой по зеркалу.

Нору происшествие порадовало, значит, любимыйсынуля все же научился гасить костер злобы, пусть хоть и ценой своих рук истекол!

Шли годы, Николай стал взрослым, жил подпапиным крылом. Он без всяких проблем защитил кандидатскую диссертацию, потом,в тридцать лет, докторскую. Мало кому удается в таком возрасте достичь подобныхвысот в науке. Да и члены ученых советов, мужи, возраст которых, как правило, врайоне шестидесяти, не слишком любят выскочек с докторскими диссертациями изабрасывают слишком молодых претендентов «черными шарами». Но для ВячеславаСергеевича не существовало преград, и ученый совет единогласно присудилдокторскую степень его сыночку. Словом, карьера Николая шла в гору, пока неслучился досадный сбой.

Российская академия образования объявила приемновых членов, а Николаю страшно захотелось стать академиком, никакихматериальных благ это не давало, одни моральные удовольствия. ВячеславСергеевич, однако, отрицательно покачал головой:

– Извини, Николай, тебе следуетподождать, тридцать лет – не возраст для академика, ничего не получится,забаллотируют, я сам получил это звание лишь в пятьдесят.

Не привыкший к отказам, Николя попробовалуговорить отца:

– Ты попробуй, вдруг получится!

– И пробовать не стану, – ответилстарший Славин, – рано еще.

Николай ушел из кабинета страшно злой. Нопредставьте теперь его гнев, когда он узнал, что отец поддержал и всяческиспособствовал избранию другой кандидатуры, Михаила Попова, Мишки, которому тожеедва перевалило за тридцать.

Вне себя от негодования Николя потребовалобъяснений, но Вячеслав Сергеевич только пожал плечами:

– Видишь ли, дружок, Миша, защищаякандидатскую, сразу получил докторскую степень, настолько глубока и талантливаоказалась его работа. Попов почти гений, у него редкий талант и удивительноетрудолюбие. При этом учти, он ребенок из малообразованной семьи, ему особоникто не помогал, он всего добился сам, он бы и без моей поддержки получилакадемическое звание. Перед таким человеком даже старики снимают шляпу.Впрочем, не расстраивайся, я сделаю тебя академиком, только чуть попозже, непереживай, неужели я брошу родного ребенка!

Николай вышел из кабинета отца белый, словнолист качественной финской бумаги. Подобного унижения он в своей жизни еще ниразу не испытывал. Зеркал бить он не стал, а поехал на дачу, лег на диван иначал размышлять, как убить отца. Живым Славину больше не быть, и вообще, ну кчему ему папенька? После его смерти Николаю станет только лучше. Ведь до сихпор все вокруг при виде него говорят: «Это сын нашего Вячеслава Сергеевича».Он, Николя, вынужден жить в тени отца, в тени человека, который не дает емупроявить свои индивидуальные качества. После кончины Вячеслава Сергеевичаакадемия достанется ему, Николаю, и уж тогда он всем покажет, все увидят, чтоНиколай Вячеславович не бледная тень своего отца, а яркая, самодостаточнаяличность. В нем заговорили гены деда, мерзавца и убийцы. Впрочем, Николай былего слепком, умело прячущим садистские наклонности. Старшему сыну Славинадостался набор хромосом от деда, а с ними неумение владеть собой и полнаяуверенность в том, что для достижения цели все средства хороши.

Сказано – сделано. Адрес киллера он нашел вИнтернете. Профессиональный убийца потребовал фотографии и задаток. Ноопасливый Николай, естественно, не хотел сам идти на встречу, киллер тоже несобирался являться на свидание и предложил, очевидно, отработанную методику.Конверт следовало передать посреднику, мальчику в голубых джинсах, футболке снадписью «Адидас» и кепке-бейсболке. Парнишку нужно назвать «Ричард». Имя,практически не встречающееся в Москве, послужит паролем.

Николай отправил на встречу Лену Яковлеву,малоудачливую актрисочку из агентства «Рашен стар», с которой у негозавязывался роман. Чтобы окончательно запутать всех, он велел любовнице одетьсяпод Ребекку и даже приволок той фото сестры. Лена, влюбленная в Николя,радостно согласилась на «шутку». Нацепила индийскую юбочку, кофточку,очки-блюдца… Единственное, что отличало ее от Бекки, – рост. Даже навысоченных шпильках Яковлева была ниже Ребекки.

Дальнейшее известно, конверт попал в рукиКирюшки, как раз в тот день «сменившего имя».

Вечером Николай вышел в Интернет и узнал, чтопосылка не дошла до адресата. Раздосадованный, он устроил Лене допрос, но такаялась, что отдала все в руки мальчика, отозвавшегося на имя «Ричард». Николайразозлился, он понял: произошла глупейшая, невероятная накладка.

Провертевшись ночью в кровати, Николяпринимает решение: он сам убьет отца. Штука нехитрая, нужно только знать, кудастрелять, и обставить дело так, будто действовал профессионал.

Николай подошел к делу творчески. Револьвер онприобрел на Тишинском рынке. Там, были бы деньги, вам продадут что угодно: отбоевой гранаты до истребителя. Затем он изучил анатомический атлас и пошел вкабинет к отцу.

Вячеслав Сергеевич как раз прилег. Егопривычка спать примерно час после обеда была, естественно, всем домашнимизвестна.

– Кто там? – недовольно повернулголову академик. – А, это ты, Николай, сделай доброе дело, принеси изкомнаты отдыха плед да накрой меня, сил нет встать.

Николя взял шерстяное одеяло, потом быстроприставил револьвер к спине отца, на два пальца ниже лопатки, и спустил курок,затем мгновенно сделал контрольный выстрел, накрыл тело с головой, протерпистолет, бросил его у окна и преспокойненько ушел, сообщив секретарше Лене,что Вячеслав Сергеевич прилег отдохнуть.

– Эй, эй, – закричала я, –неправильно выходит, не получается что-то! Леночка говорила так: «Николай вышелиз кабинета, отец через дверь окликнул его: «Николаша, скажи Лене, чтобы меняне будили». А потом он еще позвонил ей по телефону и велел никого к себе непускать. Николай-то давным-давно ушел, а отец был жив, ты не прав!

– Из-за чего ты сделала такойвывод? – тихо поинтересовался Костин.

Я всплеснула руками:

– Совсем меня за дуру считаешь! Мертвыйчеловек не разговаривает!

– Понимаешь, Лампуша, – вздохнулВолодя, – оказалось, что покойник способен говорить.

– Что за чушь?

– Я сам чуть голову не сломал, прежде чемдогадался. И помогла, как ни странно, мне Нора.

Вызванная на допрос бывшая жена Славиназаливалась слезами.

– Тут ошибка, Николя не мог и пальцемтронуть Лену, ужасная, трагическая ошибка.