Белый конь на принце - Дарья Донцова

Назар внезапно стал серьезным.

– Придется вызвать сюда одного моего товарища попрежней работе.

– Мента-оборотня? – скорчила я гримасу. – Тытак ругал бывших коллег.

– Накатывает на меня иногда, – признался начальникохраны, – но Максим – отличный спец и порядочный человек, он все сделаетправильно.

– Может, лучше обратиться к Дегтяреву? –предложила я.

Назар сел на табуретку.

– Думаю, тебе здорово влетит дома, если ты расскажешь,как провела последние дни.

Я поджала хвост. Назар абсолютно прав, пусть уж лучшеофициальным расследованием займется его Максим, я готова понести справедливоенаказание за потерю анализов, о погоне за грабителями умолчу. Пусть домашниесчитают, что я завела роман с прекрасным блондином, чем пилят меня за участие врасследовании.

– Думаю, Виту, Павла и Марину нам не найти, –вздохнул Назар, – они уже сменили документы и сбежали. У МихаилаФедоровича истерика. Пока мы разбирались с налетом, со счетов самых крупныхвкладчиков «Комобанка» со скоростью ветра исчезло много денег. Боюсь, моякарьера как начальника охраны закончена.

– Ой, какой Аркадий умный! – подпрыгнула я. –Хорошо, что он велел хранить в Москве маленькие суммы, наш счет для бандитов непредставляет интереса.

– Что ты делаешь сегодня вечером? – внезапноспросил Назар.

– Пока не знаю, – пожала я плечами, –наверное, возвращаюсь в Ложкино.

– Давай встретимся? – предложил мой собеседник.

– У нас остались невыясненные вопросы? – удивиласья. – Или ты хочешь, чтобы мы пообщались с твоим Максимом?

Назар неожиданно смутился:

– Полагаю, Максу ты тоже понадобишься. Но… ладно, скажуоткровенно. Ты мне нравишься, потому и предлагаю тебе поужинать вместе. Ну несегодня, так завтра, в семь часов, в «Лермонтове». Идет?

Я растерялась. В последний раз меня приглашали на свидание вбог знает каком лохматом году, и я не ожидала от Назара подобного предложения.

– Послушай, – зачастил он, – зачем ты гримасыкорчишь? Не хочешь – так и скажи. Но еще лучше, если ты дашь мне шанс, поверь,я не идиот, не дурак, не сволочь, хорошо зарабатываю, не обременен никакимиобязательствами, не имею ни детей, ни жены, обеспечен квартирой и машиной. Мнене нужны твои деньги, ты мне просто очень понравилась как женщина.

– Ладно, – кивнула я, – завтра в «Лермонтове»в семь.

Назар расцвел, и тут у него запел мобильный.

– Максим приехал, – сказал он и вышел в коридор.

Я хотела последовать за ним, но была остановлена звонкомсвоего сотового. На экране высветилось «Бурдюк».

– Как у нас дела? – спросил Емельянов.

– Намного лучше, – отрапортовала я.

– Отлично, думаю, нам надо встретиться, – веселовоскликнул пластический хирург, – можете приехать?

– Если через час, – предложила я, – непоздно?

– Я подожду, – коротко сказал профессор.

Оставив Назара объясняться с Максимом и пообещав последнемузавтра дать все необходимые сведения, я поехала к Бурдюку, продемонстрировалаему свое почти нормальное лицо с губами-сардельками и спросила:

– Регистратура уже закрыта, касса тоже, могу язаплатить за визит тебе?

Бурдюк закашлялся, потом смущенно ответил:

– Не надо денег, лучше окажи мне услугу.

– Пожалуйста, – необдуманно согласилась я.

– Давай вместе поужинаем, – неожиданно выпалилпрофессор, – ты мне очень понравилась!

Я прикусила губу, а Емельянов торопливо сказал:

– Послушай, я не идиот, не дурак, не сволочь, хорошозарабатываю, не обременен никакими обязательствами, не имею ни детей, ни жены,обеспечен квартирой, машиной, дачей. Мне не нужны твои деньги, ты мне простопонравилась как женщина, даже с такими губами!

Ну надо же! Они с Назаром произнесли почти одинаковый текст.Хотя у Емельянова среди перечисленных материальных благ оказалась еще и дача, апотом фигурировали мои губы.

– Так как? – спросил профессор. – Ужин тебяни к чему не обязывает.

– Видишь ли, Бурдюк, – я решила перейти сЕмельяновым в фазу дружеских отношений, – я очень благодарна за твоюдоброту, ты не выгнал меня вчера на улицу и…

– Я не Бурдюк, – вдруг засмеялся хирург.

– А кто? – испугалась я. – Ты разве неглавврач?

– Нет, нет, я Емельянов, но мое имя Богдан. Отец сматерью долго мечтали о детях, я родился у них поздно, вот и назвали меня«Богом данный» – Богдан, – пояснил врач.

Я вцепилась пальцами в сиденье стула.

– Но Эля Москвитина тебя так представила.

Хирург расхохотался:

– Знаю, поэтому, когда человек входит в кабинет ипроизносит гениальную фразу: «Вы Бурдюк?», я сразу просекаю: клиент отМосквитиной. И Ярик знает об этой кличке.

– Ага, – в полнейшей растерянности кивнулая, – значит, у тебя нет экстрасенсорных способностей. Понятно, почему Яриктоже сразу угадал, кто направил меня в клинику. Ужасно глупо вышло, тебеследовало сразу прояснить ситуацию.

Емельянов крякнул:

– Меня веселит имя Бурдюк. Так что насчет ресторана?

Отказать человеку, которого вместо Богдана ты долго обзываламешком для переноски воды, невозможно, и я кивнула:

– С удовольствием.

– Завтра в семь, в «Лермонтове», – обрадовалсяврач.

– Лучше в четверг, – быстро поправила я, – всреду у меня… э… я иду к дантисту.

Бурдюк (никак не могу отвыкнуть от дурацкой клички) галантнопроводил меня до двери. Я вышла во двор и услышала тихое:

– Даша! Не пугайтесь, это Ярик.

– Что ты здесь делаешь? – хватаясь за сердце,спросила я.

– Жду вас! Извините! Я хотел… Короче! Вы удивительнаяженщина! Я не идиот, не дурак, не сволочь, не обременен обязательствами, неимею ни жены, ни детей. Правда, пока не достиг материального благополучия, необзавелся ни квартирой, ни машиной, но мне не нужны ваши деньги. Вы мнепонравились как женщина!