Такси для ангела - Виктория Платова

Чиж вытер со лба бисеринки пота и обвел глазами притихшихбеллетристок. И притихшую Дашку. И совсем уж притихшего Райнера-Вернера. Носнова, как и пятнадцать минут назад, даже не взглянул в мою сторону. Нельзясказать, чтобы это как-то особенно расстроило меня, но… Лучше бы мы сРайнером-Вернером уединились в каком-нибудь укромном уголке. Под раскоряченнымистволами манго. Под раскоряченными ступнями Будды…

— Я прав? — спросил Чиж, обращаясь ко всем сразу.И только к одному.

К убийце.

Все инстинктивно почувствовали это и отступили — и от Чижа,и друг от друга. Теперь каждый был сам за себя.

— Ну что ж, ваша версия не лишена оригинальности,Петр! — с легкой завистью заметила Софья. — Совсем не лишенаоригинальности.

— Очень поэтично, — с легкой завистью заметилаМинна. — Жаль, конечно, что не пролилось ни одной капли крови. Кровь быукрасила ваш рассказ, сделала бы его законченным…

— А вам все кровь подавай, дорогая Минна! А я такскажу. Здорово! Просто здорово! — с легкой завистью заметила Tea. —Думаю, что все так и было на самом деле. Если… Если убийца не Ботболт. Ведьему-то вообще не составило бы никакого труда отравить Аглаю. И потом, незабывайте, что история о вазе известна вам.., и нам соответственно.., только сего слов. Стоит ли так слепо доверять показаниям психопатического азиата?

— Стоит.

— Вы уверены в этом?

— На сто процентов. Предложенная мной схема слишкомсложна, чтобы быть озвученной таким типом, как Ботболт. Об этом мы с вами ужеговорили. И потом, не забывайте, что в доме совершено еще два убийства.

Два второстепенных убийства, две второстепенные смерти двухмалозначащих мотыльков, прилетевших на свет главного преступления: убийстваАглаи.

— Именно эти два убийства… Несчастных Доржо иДугаржапа. Они полностью исключают мысль о виновности Ботболта. С кем с кем, ас соплеменниками, и к тому же с соплеменниками, находящимися в подчинении,Ботболт всегда мог договориться. Это в худшем случае.

— А в лучшем? — спросила Tea.

— А в лучшем они бы действовали заодно. Надеюсь, хотьэто понятно?

— Но тогда каким образом убийца смог добраться до этихмолодых людей… Доржо и Дугаржапа? И каким образом он заставил их выпить яд?

— Думаю, он просто предложил им шампанское. Ту самуюбутылку, которая стояла на кухне, а потом исчезла. И думаю, что это сделалаженщина. Женщине легче было вступить с ними в контакт…

Заявление об этом вызвало в стане женщин настоящийпереполох.

— Что это за дискриминация по половому признаку? —возмутилась Минна.

— Что за женоненавистнические настроения? —возмутилась Tea.

— На вашем месте, Петр, я бы подумала, прежде чембросаться подобными словами! — возмутилась Софья. — И что это значит:“вступить с ними в контакт”? В какой контакт?

— Известно в какой! — Минна поправила брошку нагруди. — В тот самый, который маячил у них на экране. Вы пошлый человек,Петр!

— Я совсем не это имел в виду… — стушевался Чиж.

— Это! Именно это! — отбрила его Софья. — Иесли уж на то пошло, то оба покойных были законченными пьяницами. Об этом намизвестно со слов самого Ботболта, вы же не будете отрицать?

— Нет.

— Тогда совершенно логично напрашивается вывод:пьянчужки легко вступят в контакт с каждым, кто поманит их бутылкой! Имужское-женское тут ни при чем… Другой вопрос: как убийца, вынес бутылку изкухни?.. И остался незамеченным. Ведь это произошло уже после того, как Аглаябыла убита, насколько я понимаю.

Сделав свой ход, Софья пристально посмотрела на мулатку.

— А что это вы на меня уставились? — заволноваласьTea.

— Ведь это вы нашли их?

— Да, я. Ну и что из того?

— И привлекли к ним всеобщее внимание!

— А что я должна была делать? Обнаружить тела и молчатьв тряпочку? И делать вид, что ничего не произошло?!

— Нет, конечно… Но в аппаратной оказались именно вы.Вы, а не кто-то другой. И потом, эта ваша жилеточка… От Гая Маттиоло. Снашитыми кармашками… От Теодоры-Эйприл-Вивиан-Октавии Мкамбе, думается мне… —Софья подмигнула мулатке. — Бутылка шампанского туда влезет, как выдумаете?

— Не влезет!

— А я чую, что влезет! Может быть, проверим? Вы,пользуясь всеобщей суматохой, поисками телефонов и сотовых, а такжеколлективным походом в оранжерею… Вы проникли на кухню, спрятали бутылку вжилетке…

— На кухню никто не входил, — раздался за спинамиTea и Софьи голос Ботболта. — Я следил за коридором. По нашейдоговоренности с Петром.

Tea послала буряту благодарную улыбку.

— Ну что, удалось наладить телефон? — спросил Чиж.

— Нет. Ничего не получилось.

Впрочем, все моментально забыли о злополучном телефоне. Ивсе оттого, что Tea, получившая неожиданную поддержку в лице Ботболта,рванулась в контратаку. Она перла, как опьяненная кровью и окрыленная успехомармия, волоча за собой повозки с оружием, шлюх и маркитанток. Она теснила Софьюв лобовой и брала в клеши с флангов. Но начала Tea с легкого кавалерийскогонаскока.

— У вас совсем ум за разум зашел, дорогая Софья! Ну,подумайте, если бы я была убийцей, стала бы я подвергать себя опасности ишастать по дому с отравленным шампанским в жилетке? К тому же прекрасно зная,что все находящиеся в доме в курсе дела! Не проще ли было бы воспользоватьсяядом как таковым? А этот яд можно спрятать где угодно. Например, среди пакетиковсо снотворным! Один помеченный какой-нибудь точкой пакетик, вы как думаете?Этот пакетик так легко извлечь из сумочки и благополучно подсыпать яднезадачливым пьяницам! А ваша отмычка, которую вы с маниакальным упорством нехотите никому показывать! Ею вполне можно было открыть дверь на кухню.

— Чушь! При известной сноровке любой человек можетоткрыть любую дверь при помощи любой шпильки! У вас у самой полно шпилек вголове, дорогая Tea!

— Ну и что? — нисколько не смутиласьмулатка. — У меня довольно сложная прическа! Настолько сложная, что яделаю ее раз в месяц, в салоне. Очень дорогом, заметьте! И шпильки мне нужныдля того, чтобы поддерживать ее. Я и не скрываю этого!

— Вот! — Софья до неприличия широко развела уголкирта. — Вот! Правило, которое может сделать преступника неуязвимым! Если утебя есть возможность, не скрывай улику, а выпячивай ее! И придавай ей другойсмысл. Это только тайное всегда становится явным! А явное может навсегдаостаться во мраке неизвестности! Кому интересно явное?.. Никому!

Выслушав последнюю тираду заслуженной работницы прокуратуры,Tea наморщила лоб и пожевала губами.