Смерть за наш счет - Алексей Макеев

Завершив визуальный осмотр объекта, Гуров решительно достал оружие.

— Останешься здесь, — сказал он стокилограммовому участковому, тяжело дышавшему в темноте. — Наблюдай за домом и, если что-то пойдет не так, вызывай подкрепление. А мы с капитаном идем внутрь. Готов, капитан?

— Так точно.

Гуров усмехнулся:

— Брось ты эти военные замашки. Звать-то тебя как?

— Виталий.

— Вот и славно. — Полковник чувствовал напряжение Сивцова и попытался приободрить его. — Должен же я знать по имени человека, с которым полезу под пули.

— А мы полезем под пули, товарищ полковник?

— Мы сделаем все, чтобы избежать этого, Виталий. Но ты должен быть готов к любому повороту событий. — Гуров опустил руку на плечо капитана. — К любому. Понял?

— Да.

— Если они окажут вооруженное сопротивление, стреляй на поражение, не раздумывая.

— Я понял.

— Ну и отлично! Идем.

Гуров первым двинулся вниз по косогору. Сивцов последовал за ним. На фоне освещенных окон второго этажа мелькали тени. На крыльцо больше никто не выходил. Под ногами оперативников негромко шуршал осыпающийся гравий. Гладкий асфальт начинался только в трех метрах от припаркованных автомобилей. Обе машины были закрыты. В салонах никого не было. Гуров не спускал глаз с входной двери. Указательный палец сыщика предусмотрительно лежал на спусковом крючке пистолета. Сивцов держал оружие на вытянутой руке.

Где-то в глубине дома игриво завизжала девица. Гуров поднялся на крыльцо. Тронул ручку, и та послушно поддалась. Дверь открылась внутрь. Первый этаж дома был погружен во мрак. За счет лившегося с винтовой лестницы теплого света освещалась лишь дальняя его часть. На нижней ступеньке сидел человек. Полковник заметил его сразу. Заметил он и компактный автомат «узи» на коленях сидевшего.

Сивцов в темноте зацепил вешалку. С верхнего крючка сорвалась кепка и с глухим шлепком плюхнулась на кафельный пол. Человек с автоматом моментально вскочил на ноги. До этой секунды полковник еще надеялся на мирный визит и мирный разговор с Равшаном Лагдаулиным. Оружие в руках сыщиков было элементарной подстраховкой…

Но человек с автоматом имел иную точку зрения. Либо у него был прямой приказ от босса, либо взыграла горячая южная кровь, так или иначе, вступать в переговоры с незваными визитерами он не собирался. Автоматная очередь оглушила, взрезав мертвую тишину погруженного во мрак первого этажа. Пули, как дикие осы, засвистели над головой Гурова. Сивцов поспешно вжался в стену, проклиная себя за собственную неуклюжесть.

Гуров дважды выстрелил от бедра. Первая пуля со звоном угодила в литой лестничный поручень и рикошетом ушла под потолок. Искра на долю секунды осветила смуглое лицо человека с автоматом. Вторая пуля угодила ему под ребра. Автомат выпал, человек пошатнулся и опрокинулся на спину. Гортанный мужской говор и истеричный женский хохот на втором этаже мгновенно смолкли.

— Какого черта?.. — раздался властный голос. — Все к оружию. Быстро!

Гуров предпочел своевременно вмешаться в ситуацию. Он смело шагнул вперед, остановился в метре от лестницы и, запрокинув голову, громко крикнул:

— Никому не двигаться! Здание окружено!

— Это кто еще? — Голос мог принадлежать только Равшану.

— Уголовный розыск. Главное управление! Советую бросить оружие и сдаться по-хорошему. В этом случае никто не пострадает. Я гарантирую.

Повисла тишина. Полковник терпеливо ждал ответа, но его не было. Только за спиной слышалось нервное дыхание капитана. Сивцов встал рядом, тоже запрокинул голову и вскинул вверх пистолет, удерживая его на весу двумя руками.

— Я жду! — вновь обратился Гуров. — Спускайтесь по одному. Без оружия. Руки держать на виду. В противном случае у меня есть приказ стрелять на поражение.

И снова никакой реакции. Гуров слышал, как наверху негромко переговариваются. Он осторожно приблизился к лежащему на ступеньках телу. Прикоснулся пальцами к шее жертвы. Пульса не было. На кафельном полу уже расползлась приличных размеров кровавая лужа. Гуров ногой отбросил автомат к задней стене.

— Мне начинать считать? — вновь крикнул он.

Но считать не пришлось. На небольшом балкончике второго этажа между наклонными косяками появилась кряжистая фигура с оружием в руках. Грохнул выстрел, капитан Сивцов схватился за простреленное плечо. Воспользоваться собственным пистолетом он уже не мог. Отскочив в сторону, капитан укрылся за добротным деревянным шкафом. Последовал второй выстрел, на этот раз пуля прошла мимо. Гуров поймал стрелявшего на мушку и плавно спустил курок. Попал туда, куда и рассчитывал. В ногу атакующему. Чуть выше колена. Неприятель рухнул как подкошенный.

— Прекратить стрельбу! — У полковника все еще теплилась надежда обойтись без большого кровопролития. — Равшан! Я знаю, что ты там! Нам нужно поговорить. Ты ведь благоразумный человек… И я не думаю, что ты хочешь войны. Взвесь все еще раз как следует…

— Как твоя фамилия? — донеслось со второго этажа.

— Полковник Гуров.

— Если ты смелый человек, Гуров, и у тебя за пазухой ничего нет против меня, поднимайся сюда… Один и без оружия. Тут и поговорим по душам. Согласен?

— Согласен. — Полковник даже не колебался с ответом. — Я поднимусь один, но оружие будет при мне. В наплечной кобуре. Сам понимаешь, Равшан, доверять тебе до конца я не могу.

— Разумно, — согласился дагестанец. — Пусть будет по-твоему. Поднимайся.

Прежде чем подняться, полковник подошел к Сивцову.

— Как ты, Виталий?

— Думаю, жить буду.

— Я в этом уверен. — Гуров ободряюще улыбнулся, хотя его улыбки в темноте видно не было. — Будем считать это твоим столичным боевым крещением. А сейчас возвращайся к участковому, и вызывайте подкрепление. Но без моей команды штурм дома не начинать ни в коем случае.

— А вы, товарищ полковник? Неужели и впрямь подниметесь к этим?..

— Со мной все будет в порядке, — спокойно заявил Гуров. — Иди. Это приказ, Виталий.

Сивцов, пошатываясь, распрямился и, превозмогая боль в плече, направился к выходу. Мягко прикрыл за собой входную дверь.

— Ты еще тут, Гуров? — крикнул сверху Лагдаулин.

— Да. Я поднимаюсь.

Перешагнув через тело убитого нукера, Гуров степенно зашагал по лестнице. Наверху у самой последней ступеньки появился человек с оружием в руках. Дуло пистолета было направлено полковнику в грудь. Гурова это не остановило. Он ступил на последнюю ступень, смерил критическим взглядом вооруженного мужчину, молча обошел его и оказался в просторном освещенном холле второго этажа.

Не считая раненного в ногу стрелка, которого соратники успели оттащить от балкончика и пристроить в кресле возле окна, тут было еще шесть человек. Мрачный дагестанец с тонкой ниточкой усов над верхней губой, дисциплинированно державший полковника на мушке, сам Равшан Лагдаулин, небрежно развалившийся на широком диване, невысокого роста крепыш и три девицы, профессия которых не вызывала ни малейших сомнений. Одна из них, видимо по приказу Равшана, перевязывала бинтом раненому боевику ногу.