Сто лет и чемодан денег в придачу - Юнас Юнассон

Дружище Аронсон, подумал Аронсон. Как это теперь кстати! За годы работы Аронсон обзавелся множеством врагов из числа граждан с непритязательной совестью, но хоть бы одним другом! И он ответил, что если Аллан и остальные в самом деле предлагают ему дружбу, то для него это большая честь и радость.

Аллан заметил, что за свою долгую жизнь успел побывать в приятелях и у священников, и у президентов, но вот у полицейских пока ни разу. А раз уж дружище Аронсон так категорически не хочет слишком много знать, то Аллан обещает ничего не рассказывать о том, откуда у них взялись деньги. На что не пойдешь ради дружбы!

— Все деньги? — уточнил комиссар Аронсон.

— Все, — сказал Аллан. — Узнаете чемодан? Прежде чем в нем оказались Библии, он был до краев полон пятисотенными купюрами. Пятьдесят миллионов крон или около того.

— Ух ты дьяв… — вырвалось у комиссара Аронсона.

— Ругайтесь-ругайтесь на здоровье, — сказала Прекрасная.

— Если вам непременно надо воззвать к кому-нибудь, то я бы все-таки настоятельно порекомендовал Иисуса, — сказал Буссе. — Хоть в присутствии прокурора, хоть без него.

— Пятьдесят миллионов? — переспросил комиссар Аронсон.

— Минус накладные расходы за время поездки, — сказал Аллан. — А теперь собравшимся предстоит утвердить повестку заседания. И я предоставляю слово тебе, Ежик.

Пер-Гуннар «Ежик» Ердин почесал ухо, раздумывая. Потом сказал, что хорошо бы, чтобы друзья и миллионы держались вместе, что можно, скажем, всем податься куда-нибудь в отпуск, во всяком случае самое большое желание Ежика — это сидеть на пляже под зонтиком и потягивать коктейль из бокала с зонтиком где-нибудь далеко-далеко. К тому же, как оказалось, и Аллан склоняется примерно к тому же.

— Но без зонтика в бокале, — уточнил Аллан.

В этом его поддержал Юлиус: система дополнительной защиты содержимого бокала от дождя или солнца отнюдь не предмет первой необходимости, особенно если ты и так уже лежишь под зонтиком, а на небе светит солнце и ни облачка. Вот только ссориться из-за этого, наверное, не стоит. А поехать всей компанией в отпуск — великолепная идея!

Комиссар Аронсон смущенно улыбался, не решаясь поверить, что слово «компания» теперь включает и его тоже. Заметивший это Бенни крепко взял комиссара под локоть и замысловато поинтересовался, какую именно расфасовку и оформление напитков предпочитают представители полиции во время отпуска. Комиссар просиял и уже собрался ответить, когда Прекрасная вдруг остудила общее восторженное настроение:

— Я никуда не поеду без Сони и Бастера!

И, секунду помолчав, добавила:

— Дери меня дьявол!

А поскольку Бенни со своей стороны не допускал и мысли о том, чтобы куда-нибудь отъехать хоть на шаг от Прекрасной, то он тоже немедля потерял к путешествию всякий интерес.

— Вдобавок у половины из нас нет даже действительного паспорта, — вздохнул он.

Но Аллан лишь невозмутимо поблагодарил Ежика за щедрость в распределении средства из чемодана. Идея путешествия его самого очень устраивает — чем больше сотен миль будет до сестры Алис, тем лучше. А если вся компания с ним согласна в этом вопросе, то остальное уладится — найдется и транспорт, и страна назначения, где не особенно придираются насчет визы ни к людям, ни к животным.

— А как, по-твоему, мы возьмем в самолет пятитонного слона? — спросил Бенни обреченно.

— Пока не знаю, — сказал Аллан. — Но если смотреть на вещи позитивно, то и с этим все уладится.

— А то, что у многих нет паспорта?

— Повторяю — будем смотреть на вещи позитивно.

— Вообще-то я не думаю, чтобы Соня весила больше четырех тонн, ну может, четыре с половиной, — сказала Прекрасная.

— Вот видишь, Бенни, — сказал Аллан. — Вот что я называю позитивным взглядом на вещи. Проблема сразу стала на тонну легче.

— Пожалуй, у меня есть идея, — продолжила Прекрасная.

— И у меня, — сказал Аллан. — Не одолжите мне телефон, кто-нибудь?