Стенка на стенку - Евгений Сухов

Майора Жаркова бросили на это странное и запутанное дело после обнаружения обезображенного трупа на портовой свалке. О том, что дело обещает быть непростым, стало ясно после того, как установили личность» убитого. Им оказался московский вор в законе по кличке Чиф.

Оставалось только гадать, какая нелегкая заставила. этого москвича сняться с насиженного гнезда и приехать в Питер. По оперативным данным, Чиф проходил как специалист по улаживанию конфликтов. Он имел репутацию одного из самых хитрых законников, с которыми предпочитали иметь дело даже отъявленные беспредельщики. Для своей правоты он находил слова, которые могли убедить самого стойкого непримиренца, и случалось, что под влиянием его доводов даже бандиты отморозки перевоплощались в самых ревностных сторонников воровских понятий. Страшная находка на свалке около порта свидетельствовала, что в этот раз договориться московском вору не удалось, а значит, конфликт не улажен и, следовательно, в любой момент в городе могут появиться новые трупы.

Следователь по особо важным делам, а с недавних пор начальник отдела по расследованию заказных убийств Гриша Жарков знал, что едва информация о смерти Чифа стала достоянием гласности, как московские откомандировали в Питер крепкую команду, чтобы на месте разобраться в случившемся. Но, потоптавшись в городе пару дней, они съехали обратно в Москву.

И вот сейчас в поле видимости Жаркова снова появился Филат. От Чифа он отличался тем, что не имел всероссийской славы миротворца и больше полагался не на силу убедительного слова, а на силу кулака и ствола. В его распоряжении имелись послушные молодые «быки», которые готовы были в любое время дня и ночи собраться в стадо и мощными копытами растоптать несогласного.

Жарков предположил, что и в этот раз Филата занесла в Питер какая-то важная миссия. Но из сводок наблюдения за Филатом складывалась странная картина: московский гость больше напоминал жертву, чем охотника. Во-первых, кто-то прострелил заднее стекло его джипа, во-вторых, взорвали его другую машину; в-третьих, за ним упорно и плотно следили.

Становилось очевидным, что против законных стеной встала мощная организованная сила, имеющая не только солидный капитал, но и значительное влияние в городе. Поначалу Жарков предположил, что московских законных разрабатывает одна из местных криминальных структур, но, когда он навел справки, все подозрения отпали: Филат действовал в тесной связке с Красным, который взял гостя под свою охрану.

Передвижение законных по территории России всегда доставляет операм массу хлопот: приходится мобилизовывать весьма значительные силы, а с их появлением, как правило, неизменно происходит активизация всего местного преступного сообщества.

Не обошлось без приключений сейчас — едва Филат пересек черту города, как в Питере произошло несколько заказных убийств. И Жарков был уверен, что эти взрывы — не последняя его забота, связанная с появлением в городе Филата.

В милицию Гриша Жарков пришел по призванию. Он мечтал о подобной службе едва ли не с малолетства, точно так же, как иные пацаны хотят стать космонавтами или хоккеистами. В мальчишеских снах он видел себя с пистолетом в руках, обезвреживающим банду рецидивистов. Но, воплотив свою мечту в реальность — окончив юридический факультет Ленинградского университета и добившись назначения в горуправление по борьбе с организованной преступностью, — он сделал для себя неожиданное открытие, что жизнь значительно сложнее, чем ему представлялось раньше. Очень скоро ему пришлось расстаться с юношеским романтизмом и по уши нырнуть в самую, что называется, грязь.

Жарков уже три года выезжал на убийства и вдоволь насмотрелся на простреленные черепа, на обезображенные трупы, проводил допросы. Ни в одном учебнике не было написано, что череп, простреленный с близкого расстояния, разлетается на мелкие кусочки, словно брошенный с крыши пятиэтажного дома переспелый арбуз. В профессии не разочаровался, наоборот, с каждым годом все более ощущал, что РУБОП — именно та организация, где он способен максимально раскрыть свои таланты. Жарков научился работать по восемнадцать часов в сутки и удивлял своим трудолюбием даже видавших виды сыскарей. А потому, когда в двадцать восемь лет он возглавил спецотдел по заказным убийствам, никто сему не удивился, зная, что профессионализма и трудолюбия у Григория Алексеевича хватало бы на троих опытных сыскарей. О таком успехе обыкновенный сельский мальчишка из карельской глубинки не смел и мечтать, а ведь он находился только в самом начале профессиональной карьеры…