День гнева - Чингиз Абдуллаев

Премьер обычно задерживался на работе. Вот и сегоднязасиделся до девяти. В восемь позвонил директор ФСБ, попросил о встрече.Премьер сразу согласился, поскольку уже знал о перестрелке в Центре междутеррористами и сотрудниками контрразведки. Директор прибыл ровно в половинедевятого.

— В результате расследования удалось установитьорганизаторов и заказчиков убийства Артема Полетаева, — начал свой докладдиректор. — Установлено, что несколько месяцев назад был устроен побегнаходившемуся в «Матросской тишине» бывшему полковнику КГБ и ФСБ Слепневу. Этоон со своими боевиками организовал нападение на машину Полетаева. Однако потоммежду исполнителями преступного акта начались разногласия, и группа Слепневабыла отстранена от выполнения задания. Вторая группа террористов действовалапод руководством отставного генерала милиции Ильи Скороденко. Они попыталисьубрать Полетаева, подослав в министерство убийцу под видом журналиста. Затемпытались осуществить взрыв в лондонском отеле, где он проводил переговоры, и,наконец, устроили вчера настоящее сражение в Центре международной торговли, гдеодин террорист был убит и двое ранены.

— И все на голову несчастного Полетаева? — вздохнул премьер.

— Нет, — ответил директор, — на вашу. Мы располагаемнеопровержимыми доказательствами, что организаторы преступления рассчитывали,убрав Артема Полетаева, спровоцировать политический кризис в стране и отправитьв отставку ныне действующее правительство.

— И вы знаете, кто именно за этим стоит? — спросил премьер.

— Нашим сотрудникам удалось установить, что организаторамипреступления были вице-премьер Сергей Шумский и первый заместитель министравнутренних дел генерал Тихонин, — сообщил директор, не сводя глаз с премьера.

Но у того ни единый мускул не дрогнул в лице. Наступилатягостная тишина. Директор смотрел на премьера, ожидая его реакции. И вдругпремьер усмехнулся, полез в ящик стола, достал лист бумаги с пятью фамилиями.Первой стояла фамилия Шумского.

— Вот список, — сказал премьер, — я составил его три дняназад. Кому, подумал я тогда, выгодно непринятие бюджета? Кто заинтересован вотставке правительства? Кто рвется на мое место? И вот мой список. Видите, ктов нем на первом месте?

— Вижу, — изумленно ответил директор.

— Я был уверен, что Шумский меня подсиживает. Мне говорили,что он плохо обо мне отзывается. Бегает к президенту с жалобами, прессе меняподставляет. Я все терпел, думал, он человек дела. А он, значит, вон какуюподлость задумал. Убрать друга и таким образом занять мое кресло. Вот сукинсын, — бросил премьер.

— Что будем делать? — спросил директор.

— Ничего. Ведь нельзя взять под стражу вице-премьера. У наси так шаткое положение, а если задержать Шумского, разразится скандал на весьмир. Тихонина я уволю, с этим подлецом проблем не будет. А Шумского попрошууйти в отставку. По-тихому. И вы забудете о нем навсегда. Перед выборами намтакой скандал ни к чему. Сами понимаете.

— Мне доложить о случившемся президенту?

— Не нужно. Я сам доложу. Думаю, он даст согласие наотставку Шумского. Но только завтра. После утверждения бюджета. Если всепройдет нормально, гарантирую: уже к вечеру Шумского здесь не будет. А выгарантируете, что никто ничего не узнает.

— Сотрудникам, принимавшим участие в расследовании, всеизвестно.

— Это уже ваша проблема заставить их молчать. Шумский иТихонин для меня больше не существуют. Забудем о них. Договорились?

— Договорились, — ответил директор и добавил: — У вас оченьопасная должность, Николай Николаевич, еще опаснее моей.

— Знаю, — ответил тот, — поэтому стараюсь не делать резкихдвижений. Иначе может рухнуть вся наша страна. А мы обязаны думать прежде всегоо деле, черт с ними, с интриганами.

Он скомкал список фамилий и выбросил в мусорную корзину.