День гнева - Чингиз Абдуллаев

— Первый, пока ничего подозрительного, — доложила она,двигаясь дальше.

— Наша экономика сейчас находится на стадии реорганизации, ипредполагаемые структурные изменения помогут нам еще более динамично двигатьсявперед, — сказал Зайдман, довольный тем, что не пользуется шпаргалкой.Переводчик шагнул к микрофону, собираясь перевести последнюю фразу.

Вдруг Суслова увидела, что навстречу им идут два парня.Невольно коснулась сумочки, кивнула Дронго и замедлила шаг. Когда парниприблизились, Елена увидела на лацканах их пиджаков карточки с красной полосой.

— Добрый день, — поздоровалась Елена, поравнявшись с ними, —я из ФСБ. Вы не видели здесь нашего сотрудника?

— Нет, — сказал один из парней, коротко стриженный брюнет,даже не ответив на приветствие, лишь покосившись на их карточки, — мы никого невидели.

— Может, он в другом крыле коридора, — заметил второй,рыжий, с вьющимися волосами, — посмотрите в другом крыле. Надо обойти веськоридор. Видимо, он решил пройти в другую сторону.

— Вы не заметили ничего подозрительного? — спросила она.

— Нет, — ответил второй, — а вы?

— Пока нет, — улыбнулась Суслова, — до свидания.

— Первый, я — Пятый, — доложила она, — пока все в порядке.На четвертом этаже сотрудники службы безопасности Центра. Шестого не нашли.

— Он по-прежнему не отвечает. Пройдите по этажу, — попросилРуднев.

— С удовольствием предоставляю слово нашему общему другу,человеку, который знает о нашей работе не понаслышке, министру финансов страныАртему Сергеевичу Полетаеву, — прочувствованно объявил Зайдман и, дождавшись,пока переводчик переведет, кивнул Полетаеву.

— Ты представляешь меня прямо как президента, — пошутилПолетаев, проходя к микрофону.

— Может, ты им и станешь, — улыбнулся Зайдман, отойдя нашаг.

— Дамы и господа! — начал Полетаев, обведя взглядомсобравшихся. — Мне особенно приятно, что открытие подобной конференции проходитименно в те дни, когда…

Суслова шла дальше, проверяя ручки дверей. По согласованиюсо службой безопасности все посетители и сотрудники должны были находитьсявнизу во время открытия конференции.

— Посмотри, — вдруг сказал Дронго, — на полу след.

— Какой след? Это складки на ковролите.

— Нет, не складки, — он наклонился, внимательно рассматриваяковролит.

— Кто-то сильно ударил ногой именно в это место. Даже неударил, старался зацепиться ногой, когда падал или когда его тащили в этукомнату.

— С чего ты взял? — спросила она, тоже наклонившись.

— Посмотри, стерта целая полоса. Потом кто-то хотел привестиковролит в порядок, но, видимо, не успел. Присмотрись повнимательней. Отойдичуть в сторону, так заметнее.

Она постучала в дверь. Послышался шум, крики, выстрелы. Игромкие аплодисменты. Елена взглянула на Дронго.

— Это телевизор, — улыбнулся он.

Суслова постучала еще раз, сильнее. Кто-то подошел к двери.Лена открыла сумочку, готовая выхватить оружие. Тут дверь медленно открылась.На пороге стояла молодая женщина в голубом халате, со шваброй в руках.

— Извините, — сказала Суслова, взглянув на карточку,прикрепленную к халату женщины. Синяя полоса свидетельствовала о том, что этослужащая Центра. Но Лена все-таки спросила: — Почему вы находитесь на этаже? Мыже просили всех сотрудников спуститься вниз.

— Да, — улыбнулась женщина, — но мне велели убрать здесь доприхода сантехника. Видите, кран течет.

Дронго смотрел на женщину. Она показалась ему знакомой, гдеон мог ее видеть?

— Можно войти? — спросила Суслова.

— Конечно, — улыбнулась женщина, пропуская их внутрь.

Обычный номер, какие бывают в отелях такого класса. Хотя вдевяностых номера превратились в офисы приезжающих сюда банкиров и бизнесменов,они сохранили свой прежний вид — и убранство, и вся обстановка были как в отелесреднего класса. В комнате был идеальный порядок. Работал телевизор. Сусловавошла в ванную, здесь действительно все залило водой. Она попробовала повернутькран, он плохо поддавался.

— Наверно, сорвана резьба, — сказала Елена, — все ясно.Уберите и спускайтесь вниз. В комнатах нельзя оставаться.

Дронго между тем не сводил глаз с женщины. Где-то он ужевидел эти глубоко посаженные глаза.

— Все в порядке, пошли, — обратилась к нему Суслова.

Уборщица улыбнулась и поправила волосы.

— Я быстро управлюсь, — сказала она, когда Лена и Дронговышли в коридор. Она уже хотела закрыть дверь, но в эту самую секунду Дронговспомнил, где видел эти глаза. Тогда на женщине было совсем другое платье идругой парик. Но глаза он запомнил. Дронго быстро поставил ногу, не давая ейзакрыть дверь.

— Извините, — он улыбался, — извините меня, не скажете ли,что случилось с ковролитом напротив дверей этого номера. Посмотрите, тамнекоторый беспорядок. — Женщина тоже улыбнулась и вышла взглянуть на ковролит.

— Это я шваброй задела, — сказала она, глядя на Дронго. Ноон уже перестал улыбаться.

— Пошли? — нетерпеливо сказала Суслова.

— Сейчас, — кивнул Дронго и снова обратился к уборщице: — Выникогда не были в Лондоне? К примеру, вчера?

Женщина вздрогнула. От Елены это не ускользнуло, и она ужеготова была вытащить пистолет, когда женщина сильно толкнула ее, сбив с ног, ипобежала по коридору.

— Стой! — крикнул Дронго, доставая оружие. — Стой!

В этот момент в конце коридора появились два сотрудникаслужбы безопасности. Поднявшаяся на ноги Суслова тоже достала пистолет.

— Задержите ее! — крикнул Дронго. Женщина обернулась, и онпоразился выражению ее лица. На нем были страх и радость одновременно. Она,видимо, надеялась уйти.

У настоящих профессионалов с годами вырабатываютсяопределенные навыки, которые превращаются в автоматику, в считанные долисекунды они принимают решение в зависимости от ситуации. Так случилось и сДронго. Он сразу бросился на пол. Ему не понравилось выражение радости на лицеженщины. А сотрудники службы безопасности, вместо того чтобы ее задержать,неожиданно выхватили пистолеты. Раздались выстрелы. Стреляли в него.

Лежа на полу, он крепче сжал в руках пистолет. Услышал крикЛены, но не обернулся, не имел права. Выстрел, еще один, еще. Дронго былпервоклассным стрелком. Первый из нападавших растянулся на полу, получив пулю влоб — только так его можно было остановить. Второму Дронго прострелил руку,справедливо решив, что одного необходимо взять живым. Бандит вскрикнул, выронилпистолет и схватился за руку, морщась от боли. Женщина уже бежала к нему, чтобывзять пистолет. Дронго прицелился, но не выстрелил. Он не любил стрелять вспину, тем более женщине. Было в этом что-то подлое, недостойное мужчины. Сзадипослышался стон. Он чуть повернул голову. Елена, прислонившись к стене,стонала. Бандитская пуля попала ей в плечо.