Проповедник - Камилла Лэкберг

Якоб поднял руки к небу, и все собравшиеся одновременно воскликнули: «Аллилуйя!» Лица их светились счастьем и убежденностью. Марита тоже подняла руки к небу и благодарила Господа. Слова Якоба заставили ее забыть трудности последних недель. Она верила в Якоба, и она верила в Бога. И если только они будут вместе, ничто не сможет повредить им.

Когда Якоб через некоторое время закончил службу, вокруг него собралась толпа. Все хотели подойти к нему поближе, поблагодарить и выказать свое уважение. Все, казалось, стремились дотронуться до Якоба и так, через прикосновение, получить и унести с собой часть его спокойствия и убежденности. Всем была нужна частица Якоба. Марита держалась позади и с восторгом осознавала, что Якоб принадлежит ей. Иногда она спрашивала себя и со стыдом признавалась, что, наверное, грешно чувствовать такую признательность за то, что она владеет своим мужем, за то, что так желала для себя каждую частицу его. Но она всегда быстро отметала от себя эти мысли. Не может быть сомнений: в том, что они вместе, — воля Господа. А значит, в этом не может быть ничего плохого.

Когда толпа вокруг Якоба стала редеть, она взяла детей за руки и подошла к нему. Марита слишком хорошо знала Якоба. Она видела, что тот порыв и энергия, которые наполняли его во время молитвы, угасали, и сейчас в его глазах проглядывала усталость.

— Пойдем, давай поедем домой, Якоб.

— Не сейчас, Марита, мне еще кое-что надо сделать.

— Нет ничего такого, что нельзя оставить на завтра.

Якоб улыбнулся и взял ее за руку.

— Как обычно, ты права, моя умная женушка. Я сейчас возьму вещи у себя в кабинете, и тогда мы поедем.

Они повернулись и пошли к дому, когда увидели, что к ним направляются двое мужчин. Сначала они не поняли, кто это, потому что солнце светило им прямо в глаза, но когда посетители подошли ближе, Якоб их узнал и раздраженно промычал:

— Ну а сейчас-то вам что надо?

Марита непонимающе переводила взгляд с Якоба на мужчин, но потом решила, что, судя по тону Якоба, это полицейские. Она с ненавистью посмотрела на тех, кто так назойливо досаждал Якобу и семье последнее время.

— Нам бы хотелось поговорить с тобой, Якоб.

— Да что, в конце концов, я еще могу добавить к тому, о чем мы говорили вчера? — Он вздохнул. — Ну да ладно, что угодно, лишь бы это поскорее закончилось. Пойдемте в мой кабинет.

Полицейские продолжали стоять. Казалось, их что-то беспокоило, и они, не сговариваясь, посмотрели на детей. Марита почувствовала тревогу и инстинктивно прижала детей к себе.

— Не здесь, мы бы охотно поговорили с тобой там, в участке.

Говорил один полицейский, тот, что помоложе. Пожилой стоял чуть в стороне и с очень серьезным лицом внимательно рассматривал Якоба. Страх сжал сердце Мариты. Действительно приближались силы зла, точно так, как Якоб сказал в своей проповеди.