Главбух и полцарства в придачу - Дарья Донцова

– Как же мы объясним маме мое желание сделать младенцутату? – покачала головой Лиза.

– Сначала пусть он родится, – вздохнулаСирена, – будем разрешать трудности по мере их поступления.

Накануне свадьбы Лизы Роза, изо всех сил препятствовавшаяей, попросила у Сирены:

– Мамочка, дай мне денег.

Сирена предположила, что Роза решила смириться с замужествомдочери, и быстро сказала:

– Не волнуйся, моя радость, я все сама сделаю!

– Ты о чем? – удивилась Роза.

– О свадьбе.

– При чем тут это! – взвиласьневестка-дочь. – У меня неприятности на работе.

– И сколько надо? – поинтересовалась СиренаЛьвовна.

Названная сумма ее ошеломила.

– С ума сойти! Зачем тебе столько? – воскликнулаона. – Вроде бизнес великолепно идет!

Невестка забормотала какую-то чушь про налоговую инспекцию,«крышу», «накат-откат»… Но Сирена Львовна поняла, что Роза лжет, и суровосказала:

– На деньги можешь рассчитывать лишь в том случае, еслирасскажешь правду!

Роза разрыдалась и вывалила неприглядную истину. Она завелароман с мужиком, сделала того своим заместителем, а он украл большие деньги исмылся. И теперь Розе грозит если не разорение, то очень большие трудности.

– Экая ты неразумная, – покачала головойСирена, – дочь заневестилась, замуж собралась…

– Ну и что? – обозлилась Роза. – Мне теперьна себе крест поставить? Извини, пока я жива, мне мужчина нужен.

Сирена промолчала. Она сама, рано оставшись без мужа, и непомышляла о любовниках. Ей достался «нулевой» темперамент, интимная жизньСирене была не нужна. Честно говоря, она недоумевала, глядя на Ларису. Вот оттой просто сыпались искры. А в последние годы поведение Глебкиной стало почтинеприличным. Однажды Сирена, проходя мимо дома родственницы, зашла к ней безпредварительного звонка и с ужасом поняла, что у Ларисы сидит любовник, молодойпарень, чуть старше Виталика. Сестра мгновенно выставила аманта вон, но Сирена,очевидно, не сумела справиться со своим лицом, потому что Лариса заявила:

– Нечего на меня так смотреть. Живая пока, и мнемужчина нужен.

– Да, – попыталась вразумить ее Сирена, – но нетакой же юный.

Лариса прищурилась.

– Что мне с дедушкой делать? Знаешь, у молодых веселейполучается. Вот стукнет мне восемьдесят, тогда и заведу пенсионера!

Сирена не нашлась, что сказать, и вот теперь те же словапроизнесла Роза. Наверное, есть в жизни нечто, чего Сирена не испытала, но ведьэто не значит, что другие такие же, как она.

– Ладно, – кивнула Сирена, – завтра получишьденьги.

Утром Роза, успокоенная и даже веселая, убежала на работу, аСирена отправилась к Митричу. Сев в электричку она ощутила какой-то дискомфорт,странное чувство беспокойства и тревоги. Она осторожно огляделась и увиделанеприметную бабенку, одетую в серую куртку, кроссовки и платок, закрывавшийпочти все лицо. Сирена мигом поняла причину своей тревоги. Эта тетка ехала с нейв одном вагоне метро, а теперь очутилась и в поезде. Может, простое совпадение,а может…

Решив подстраховаться, Сирена вышла на людной станцииБуркино. Тетка, смешавшись с толпой, пошла за ней следом. Сирена Львовна влезлав автобус, серая куртка туда же. Решив сделать вид, что ничего не замечает,бабушка Лизы доехала до кладбища, совсем другого, не того, где был склепГлебкиных, прошла по раскисшим от дождя глиняным дорожкам, добралась докакого-то надгробия и села около него на скамеечку. «Мартынова Вера Алексеевна»– гласила надпись на памятнике. Преследовательницу не было видно, но она явнонаходилась неподалеку, Сирена спиной чувствовала чужой взгляд.

Перекрестившись, пожилая дама отправилась обратно. Дома онаотмыла туфли от налипшей глины и призадумалась. Тут с работы явилась Роза.

– Есть дома кто живой? – крикнула она.

Отчего-то Сирене не захотелось разговаривать с «дочкой», иона прикинулась спящей. Роза начала шуршать в прихожей пакетом. Свекровьчуть-чуть приоткрыла дверь своей спальни и выглянула в коридор. Розавытаскивала из полиэтиленового мешка одежду. Сначала старую серую куртку, потомплаток, следом появился мешочек с кроссовками, измазанными желтой глиной.Думая, что «мама» спокойно видит сны, «дочка» запихнула тряпки на антресоли, аобувь понесла мыть в ванную.

Сирена Львовна вышла лишь к ужину и как ни в чем не бывалосказала Розе:

– Извини, деньги будут, но попозже. Ты перезаймигде-нибудь. Я звонила в сберкассу, мне сказали, что сумма огромная, ее занесколько недель заказывать надо. Не волнуйся, как получу со счета, сразу отдамтебе. Пойду, устала очень. Ездила на кладбище к своей подружке, ВереМартыновой, у нее сегодня годовщина смерти.

– Конечно, ложись! – заботливо воскликнулаРоза. – Давай, мамусенька, чаю тебе в постель принесу!

Сирена посмотрела в голубые, полные искренней любви глазаРозы и пробормотала:

– Нет, что-то меня тошнит.

– Это давление! – засуетилась та. – Врачанадо вызвать!

– Не стоит.

– Разве можно так безалаберно относиться к собственномуздоровью! Я сейчас же позвоню в «Скорую».

– Ей-богу, не надо обо мне волноваться, –проронила Сирена.

Глаза Розы стали еще больше, еще голубее.

– Мамочка! – с самой неподдельной заботойвоскликнула она. – О ком же мне волноваться, как не о тебе? О моей любимоймаме!

м тут Сирена поняла: очень хорошо, что она в свое время неподдалась соблазну и не рассказала «доченьке» о тайнике в склепе. Роза простопрекрасная актриса, всю жизнь водившая ее за нос.

Но Сирена ни намеком не дала понять Розе о своих мыслях.Однако за деньгами теперь ездила, предприняв исключительные меры осторожности.Когда бабушка отправлялась к Митричу, Лиза следила за матерью и звонила Сиренена мобильный. Впрочем, казалось, Роза оставила пока попытки выследить, гдесвекровь хранит деньги, или ее убедили слова о счете в сберкассе.

Родилась Машенька, и ей сделали тату. Роза не проявляла квнучке никакого интереса, зятя ненавидела, молодым не помогала. Деньги Лизедавала Сирена.