Колесо крутится. Кто-то должен поберечься - Этель Лина Уайт

«В семье Уоррен четыре человека плюс миссис Оутс, сестра Баркер, мистер Райс и я. Всего восемь человек. Одному убийце с такой компанией не справиться, даже если он умный и хитрый, как говорит профессор».

Потом Элен вспомнила разговор в семье коммерсанта, где она раньше нянчила детей. Имея феноменальную память на чужие слова, Элен могла в точности воспроизвести высказывание его жены о какой-то сделке: «Мы хотим объединиться. Разные интересы губительны».

Девушка помрачнела: страсти в любовном треугольнике почти достигли точки кипения. Знай Элен о том, что сейчас творилось в гостиной, ей стало бы еще больше не по себе.

Больней всего заточение ударило по Стивену. Все в нем бунтовало против заколоченных окон, да еще Симона действовала юноше на нервы, изводя его своими томными взглядами и намеками. Он вновь и вновь вспоминал историю, в результате которой его, ни в чем не повинного, выгнали из Оксфорда.

Студент помнил, как на жалобный девичий крик о помощи Ньютон откликнулся первым. Беспощадный в своих суждениях, он не поверил в невиновность Стивена. Именно тогда семена ревности упали в благодатную почву, хотя Симона лишь вскользь восхитилась его красивым профилем.

Стивен пошел в ученики к профессору из упрямства, желая пробудить в его сыне чувство раскаяния. Впрочем, когда в «Вершину» явилась молодая чета, он горько пожалел о своем порыве.

Он перестал расхаживать по ковру и обратился к Ньютону:

– Уоррен, при всем уважении и прочей ереси по отношению к вашему достопочтенному отцу, ему нас не понять. Наше поколение так просто не запугаешь. Но этот плен меня убивает. Мы все тут сгрудились, как крысы в водосточном желобе…

– А мне нравится, – прощебетала Симона. – Как в книжке, когда несколько семейных пар застревают в горах и вынуждены ютиться под одной крышей. Интересно наблюдать, кто с кем потом останется.

Начисто забыв о приличиях, она взглянула на Стивена с таким вожделением, словно они были одни на необитаемом острове.

Присутствие зрителей никогда ее не смущало. Испорченное дитя, которому в детстве сходили с рук любые шалости, она все не могла взять в толк, почему теперь ей не дают желанную игрушку.

– Какие планы, Стивен? – спросила она.

– В первую очередь, – ответил тот, – завалю экзамены.

– Вот отец обрадуется, – заметил Ньютон.

– После этого, – продолжал Стивен, – я, вероятно, отправлюсь в Канаду на лесоповал.

– А пса куда? В приют? – язвительно осведомился Ньютон.

– Так и быть, останусь в Англии вам на радость, Уоррен. Буду каждые выходные приезжать и пить чай с Симоной, пока вы кемарите.

Ньютон поморщился и взглянул на часы.

– Навещу-ка я бабушку. Симона, не хочешь пойти со мной? Пожелаем ей спокойной ночи – и сразу уйдем.

– Вот еще.

Вжав голову в плечи, Ньютон вышел из комнаты.

Стивен тут же инстинктивно в сторону к двери, но Симона преградила ему путь.

– Не уходи! – воскликнула она. – Побудь со мной. Давай не будем обсуждать твои приземленные планы. Скажи, чем бы ты занимался, будь у тебя деньги?

– Деньги? – засмеялся Стивен. – Да ничем особенным. Спорт. Путешествия. Азартные игры.

– Правда?

– Правда, но что толку об этом говорить.

– Я богата.

– Очень за тебя рад.

– Да, и я могу делать что хочу. С деньгами мне спокойно.

– Женщине опасно успокаиваться. – Стивен изо всех сил старался удержать разговор в рамках непринужденной беседы. – Не то она начинает презирать судьбу.

Симона, пропустив его слова мимо ушей, подошла и положила руки ему на плечи.

– Стив, – молвила она, – завтра я уеду с тобой.

– Вот уж нет! – воскликнул он.

– Да. Ты меня с ума сводишь.

Стивен в отчаянии облизнул губы.

– Послушай, – сказал он, – ты вся на взводе. Ты бредишь. Послушала бы себя со стороны. Во-первых, у тебя есть Ньютон…

– Мы можем развестись. Мне все равно. Даже если он не даст развода – подумаешь. Нам с тобой будет хорошо вместе.

Стивен с тоской поглядел на дверь. От страха он ожесточился.

– Да плевать я на тебя хотел!

Суровый отпор только распалил Симону.

– Ты меня полюбишь, – уверенно заявила она. – Я быстро тебя избавлю от предрассудков.

В порыве страсти она подставила ему губы, но Стивен ее оттолкнул. Только тут в ее глазах впервые мелькнуло сомнение.

– Тебе нравится другая, – осенило Симону. – Поэтому ты так себя ведешь.

– А как же, – подхватил он. – Всегда есть другая.

Реакция Симоны на это известие удивила и обрадовала Стивена. Маска приветливости исчезла с ее лица, и оно перекосилось от бешенства.

– Ненавижу тебя! – яростно крикнула она. – Пропади ты пропадом!

Она вылетела из комнаты и хлопнула дверью. Стивен ударил себя в грудь и благоговейно выдохнул:

– Хвала богам.

Однако на душе у него было неспокойно. А ну как Симона изобретет способ ему отомстить? Уверяя себя, что беспокоиться раньше времени глупо, тем более утром он уезжает, студент попытался взять себя в руки и перековать свои тревоги в переживание за героев остросюжетной книги.

Однако сосредоточиться на чтении Стивен не мог: то и дело поднимал глаза и прислушивался. За громкими завываниями ветра словно бы кто-то скулил. Неужели собака?

Стивен прикусил губу и задумался. Вероятно, требования профессора все-таки не лишены смысла, и лучше ему не выпендриваться – сидеть тихо. Но профессор говорил о «мужчине, женщине или ребенке» – а про животных речи не шло.

Студент нахмурился; его явно испытывали. Если это ловушка, значит, кто-то коварный и умный нащупал его больную мозоль и знал, как на нее надавить.

«Это Ньютон, – подумал Стивен. – Хочет выманить меня на улицу и захлопнуть за мной дверь. Этот болван думает, что мне есть дело до его женушки».

И вновь дуновение ветра донесло слабый вой. Молодой человек вскочил на ноги, а потом тут же передумал и сел.

– Плевать, – проворчал он вслух. – Я не поддамся. Безопасность женщин – превыше всего.

Стивен взял в руки книгу и еще раз попробовал сосредоточиться на чтении, но строчки сливались в бессмысленную мешанину букв и слов. Он с ужасом ждал, что вой повторится.

Наконец пронзительный, жалобный стон прозвучал снова: животное как будто теряло силы. Не выдержав, Стивен выскочил в прихожую и отодвинул засов парадной двери. Он высунул голову на улицу, и ветер чуть не оторвал ему уши. Послышался собачий лай.

Конечно, кто-то мог мастерски имитировать вой животного, но Стивен уловил знакомые нотки в этих звуках. Юношу осенило. Он тщательно закрыл дверь на засов и бросился в свою комнату.