Убить Сталина - Евгений Сухов

Из кустов боярышника торчали ноги в стоптанных сапогах. Левая — немного согнута и повернута вовнутрь, а правая зацепилась носком за корни. Поза неудобная, в таком положении просто так не полежишь. Это и называется без признаков жизни. Немного в стороне стояли четыре человека в форме НКВД и о чем-то негромко разговаривали. Коротко просигналив, на поляну въехала легковая машина. От группы военных отделился крепкий коренастый человек и уверенно зашагал навстречу автомобилю. Двери распахнулись, и из салона вышел Абакумов в сопровождении молодого мужчины.

— Товарищ заместитель наркома обороны, — вскинул правую руку к фуражке полковник Марков. — Полтора часа назад на окраине поселка Бескудниково был обнаружен труп мужчины в форме старшего лейтенанта Советской Армии. Предположительно в возрасте около пятидесяти лет. Мужчина был убит выстрелом в грудь.

— Понятно, — кивнул Абакумов, давая возможность Маркову расслабиться. — Кто его обнаружил?

— Одна молодая пара. Вышли побродить и вот — натолкнулись.

— Хм… Надолго им эта прогулочка запомнится.

— Мы его пока не трогали, оставили, как есть. Ждали вас. По документам — Маликов Сергей Владимирович. Скорее всего, это именно тот человек, которого мы ищем.

— Место хорошо осмотрели?

— Так точно.

— Тогда вытаскивайте его из кустов.

Два человека с лейтенантскими погонами раздвинули кусты и, подхватив убитого под руки, выволокли его на полянку. С левой стороны груди — красное расплывшееся пятно — кровь.

— Узнаешь? — повернулся Абакумов к своему спутнику.

Неизвестный сделал небольшой шаг вперед и, едва взглянув на труп, ответил:

— Он самый…

— Что ж, это кое-что проясняет, — Абакумов повернулся к Маркову.

— Ночью здесь видели легковую машину, — доложил тот. — Простояла она здесь недолго. Очевидно, это та самая машина, что сумела уйти с набережной. Видно, выбросили труп и тут же уехали.

— Кто, по-твоему, это мог быть?

— Это явно из тех самых, чьи люди пытались уничтожить товарища Сталина в Сочи. Даже действовали они одинаково — напористо, нагло. Не исключаю, что у них имеется информатор среди ближайшей охраны товарища Сталина.

Абакумов понимал, что ссориться с всесильным Берией было нельзя. А что, если рассказать о своих подозрениях самому Хозяину? Привести факты, доказательства? Но, подумав, Виктор Семенович решил отказаться от подобной затеи. Не самое подходящее время упрекать министра внутренних дел в измене — Сталин просто не поверит такому раскладу. Нужно иметь железные доказательства, неоспоримые факты. Хорошо бы еще и несколько надежных свидетелей заиметь. А идти с одними подозрениями не стоит. Так можно и самому выйти из доверия. Единственное, что остается, так это нейтрализовать тех людей, которые могут представлять реальную угрозу для Верховного.

— Своих ближайших людей Берия нам не сдаст. Не позволит он, чтобы мы вмешивались в дела его ведомства.

— Так точно, товарищ заместитель наркома обороны, это сразу же бросит на него тень.

— Договариваться с ним тоже бессмысленно. В нынешнее время это равносильно смертному приговору. Но мы должны охранять товарища Сталина и помнить, что на него готовится еще одно покушение. Сделаем вот что: в ближайшие дни нужно будет заменить охрану Верховного. Всех отправить на фронт. Если действительно информатор находится среди них, то нам он уже не будет опасен. А с Берией мы еще разберемся. — Хитро улыбнувшись, Виктор Семенович заметил: — Похоже, что он клюнул на нашу наживку.