Филе из Золотого Петушка - Дарья Донцова

В любом другом ресторане я бы рассердилась и, демонстративнохлопнув дверью, удалилась.

Слава богу, сейчас проблем, где поужинать, нет, не прежниевремена, когда у трактиров толпились очереди. Но мне-то надо отыскать Антонину!

Поэтому, проглотив обиду, я подошла к помпезно-вычурнойдвери, распахнула ее, вошла внутрь и вытаращила глаза.

Справа был гардероб. За прилавком стоял абсолютно голыйпарень. Впрочем, кое-какая одежда на нем имелась: шею украшала красная бабочка,а на ногах были вьетнамки из блестящей парчи.

Проглотив возглас удивления, я увидела девушку, которая ссамой приветливой улыбкой спешила мне навстречу. Ее наряд тоже был лаконичнеенекуда. На блестящих черных волосах сверкала круглая шапочка, щедро украшеннаястразами, ноги были обуты в босоножки на высокой платформе. Больше на ней небыло ничего, вообще!

Покачивая стройными загорелыми бедрами, она приблизилась комне и прощебетала:

– Вы одна?

– Да.

– Цена билета пятьдесят долларов. В эту сумму входитпросмотр шоу и коктейль. Куда желаете пройти: в общий зал или на балкон?

– Но в «Ресторанном гиде» написано, что для дам входбесплатный! – возмутилась я. – Зачем же вы обманываете?

– Все верно, дамы бесплатно, – кивнула нудистка.

– Почему тогда с меня требуете плату?

– Вы не дама!

– Послушайте, – вышла я из себя, – я никогда не подозревала,что похожа на мужчину. Меня только что ощупывала при входе ваша охранница Таня,надеюсь, она подтвердит, что я принадлежу к слабому полу.

– Я не сомневаюсь в том, что вы женщина, – мило улыбаласьдевица.

– Тогда в чем дело?

– Дама – это та, что пришла с мужчиной, – пояснила служащая,– кавалер отдает в кассу сто баксов, это цена билета для парней, и парапроходит. Вы же одна, следовательно, не можете считаться дамой, поэтому я ипрошу полтинник.

Делать нечего, пришлось лезть в кошелек, где лежали дветысячные бумажки. Коря себя за то, что не догадалась прикинуться посудомойкой,ищущей работу, я отдала деньги, получила взамен ярко-красную бумажку и былапрепровождена в гомонящий зал.

Сев за небольшой столик в укромном углу, я огляделась вокруги тут же поняла, почему это место носит столь странное название.

Весь обслуживающий персонал был голым, если, конечно, несчитать одеждой шапочки и вьетнамки. А на сцене кривлялась у шестастриптизерша.

– Вы одна? – спросил у меня официант, загорелый накачанныйпарень. – Вам коктейль.

На столике возник стакан с чем-то ядовито-розовым, у меня невозникло желания его выпить.

– Закажете ужин? – спорил официант.

– Пока нет.

– Все же посмотрите меню!

Он сунул мне в руки кожаную папку и ушел.

Я, слегка обалдев от количества голых тел, стала изучатьпрейскурант.

«Салат „Цезарь“ – 50 у.е., суши – 100 у.е., салат-бар – 25у.е, один подход, седло барашка – 150 у.е.».

Десерты не отставали в цене, в напитки я даже не сталазаглядывать. Но это было не все. За белыми страницами с названиями блюд шлиголубые.

«Смотри, но не трогай, а если трогаешь – плати. Шея – 5у.е., плечо – 5 у.е., грудь – 100 у.е., живот – 150 у.е.»

– Что-нибудь выбрали? – прошептал появившийся невесть откудаголый парень.

– Значит, если я захочу взять вас за руку, с меняпричитается пять долларов? – уточнила я.

Халдей расплылся в счастливой улыбке.

– Там есть все расценки. Могу исполнить для вас приватныйтанец у столика или полчаса стриптиза в закрытом кабинете…

– Ну, пожалуй, процессом раздевания меня не удивишь, –хмыкнула я, – я уже вижу тебя голым.

Парень прищурился.

– А вы меня закажите, и поспорим: удивлю или нет.

– Хорошо, только, извини, меня мужчины не привлекают.

– Понял, – кивнул подавальщик, – вам девушку свистнуть? Айнмомент!

– Постой, я хочу видеть Антонину.

– Кого?

– Ну я была у вас месяц назад, меня обслуживала Тоня, оченьмне понравилась. Можешь найти ее?

– Желание клиента – закон, – проворковал юноша и, сверкаяголой попой, удалился.

Я стала рассматривать посетителей. Никогда бы не подумала,что в Москве такое количество народа, которое приходит в восторг при видеголого тела! Зал просто битком набит, и если вы полагаете, что вокруг меня сгорящими от возбуждения глазами сидят сплошь озабоченные тинейджеры, тоошибаетесь. Средний возраст присутствующих зашкаливал за сорок, и женщин тутбыло столько же, сколько мужчин. Хотя не надо никого осуждать, каждый человекимеет право проводить свое свободное время так, как ему хочется. И если кому-тонравится получать еду из рук голого официанта, то семь футов ему под килем. Аесли вас это не устраивает, не ходите в «Смотри, но не трогай», никто вас силойсюда не тащит, есть много нормальных ресторанов. Вон Олег на свой день рожденияразорился и пригласил нас в заведение, которое находится в Историческом музее,прямо на Красной площади. Там у входа вас встречает боярин, одетый по модевремен Грозного, а весь обслуживающий персонал носит фраки и костюмы. Каждомусвое, но это не значит, что надо осуждать чужие вкусы.

– Могу быть вам полезной? – прочирикал тоненький, нежныйголосок.

Возле моего столика появилась маленькая, но складнаядевушка.

– Вы Тоня? – улыбнулась я.

– Нет, – ответила официантка, – я Алла.

– А где Тоня?

– Я обслужу вас не хуже, – защебетала она, – кстати, я умеюделать каучук, могу исполнить в приватном кабинете, мои постоянные клиентывсегда в восторге.

– Нет, мне нужна только Тоня, – сердито заявила я. – Япришла сюда ради нее.