Мы одной крови - Владимир Колычев

– У тебя с Димой роман?

– Ну да, можно сказать, что роман... Он меня к Альберту ревновал. Может, из-за этого все?

– Что – все?

– Ну, эта записка... Дима сказал, что его жена на части порвет, когда найдет эту записку. Он так отомстить ему хотел. Ну, за то, что я с ним была...

– Ты хоть понимаешь, что за чушь ты несешь? Дима тебя под Альберта подложил. А потом отомстить ему за это хотел...

– Ну, я не знаю...

– Да все ты знаешь! И не надо тут ля-ля-тополя!.. Куда вы сейчас собирались?

– Просто погулять вышли...

– Слушай, ты, «просто погулять», мы сейчас твоего Диму колоть будем. Он нам во всем сознается. И если ты что-то скрываешь, тогда мы и тебя в Африку отправим... Я это тебе серьезно говорю!

Тимур сумел довести девчонку до нужной кондиции. В конце концов она поплыла.

Оказывается, Дима действовал не один. Он постоянно поддерживал с кем-то связь по сотовому телефону. С кем именно, Наташа не знала. Она вообще толком ничего не знала. Потому как ее использовали втемную. Да и Дима тоже был пешкой в чьей-то игре.

Помпон взял его телефон, порылся в памяти. Но там как после атомного взрыва. Ничего! Если по буквам, – Наталья, Иван, Харитон, Ульяна, Яков... Конспирируется парень, все номера телефонов стирает...

Диму привели в чувство. Тимур отдал его на растерзание Помпону и Игнату. Те с ним не миндальничали. И парень начал колоться.

– Я не знаю, как этого мужика зовут. Но я его еще с девяносто второго помню. Он ко мне после курсов подъехал...

– После каких курсов?

– Да я по молодости киллером хотел стать. А тут объявление... Я ж не знал, что это менты на дурку ловили. В общем, попал я на курсы молодого киллера. Конкретно попал. Тюрьма, баланда, все такое... Правда, нас потом всех выпустили. Пальчики сняли, фото анфас и в профиль. Предупредили, что, если где в городе мокруха будет, нас первых за гриву брать будут... Струхнул я, это. Из дома целый месяц нос не высовывал. А потом мужик появился. Я его в ментовке не видел. Но он про меня все знал. Спросил, хочу ли я киллером быть. Ну, я отказался. Страшно стало. Вдруг опять на живца ловят... В общем, отстал он от меня, да. Зато другой появился. Но уже этой зимой... Семь лет, да, прошло. А он нарисовался. Про курсы вспомнил. Сказал, что ему кадры нужны... Я это, бизнесом тут занимался. Ларек держал, да. Вроде нормально все шло. А тут дефолт, все наперекосяк. Я выкарабкивался, а долгов все больше. Завис я, короче. Машину продавать собирался. А тут этот, да... Он мне бабок предложил. Пять штук баксов. А мне эти бабки позарез нужны. В общем, завязался я на этого мужика...

– Как его зовут?

– Кок его кликуха. А как по имени-отчеству, не знаю... Я только с ним и общался. И только по телефону...

Помпон записал номер телефон. И продолжал ковать размякшее железо.

– Лично встречался?

– Да. Два раза... Мы сейчас к нему ехали. Он еще вчера звонил, говорил, что манатки собирать надо. Я не мог... А сегодня... В общем, Кок шухер поднял. А тут вы... Не успели мы...

– Где ты с ним встречаешься?

– Это, в Реутов нужно ехать. Там одно местечко есть... Он меня там будет ждать...

У Тимура появился шанс взять посредника Кока. Но, увы, тот так и не появился в указанном месте. Напрасно бойцы готовились к захвату.

Скоро он понял, почему за Кауровым и Тульской никто не приехал. В квартире у Димы был обнаружен «жучок». Оказывается, за ним наблюдали. Поэтому Кок вовремя получил сигнал об опасности. И он заблокировал свой телефон... Все это говорило, что мразинские выродки были профессионалами достаточно высокого уровня.

А скоро отпали все сомнения в том, что против Тимура действовал именно Мразин. Краб сумел выяснить, что подставные ментовские курсы киллеров были открыты в конце девяносто второго года с подачи тогда еще майора милиции Мразина.

Каурова и его подругу допрашивали еще несколько раз. Никаких наводок на Кока они дать не смогли. Потому как тот очень хорошо шифровался. Спрашивали их про жену Альберта. Но та оказалась ни при чем. Хотя в коварных планах Кока она занимала важное место. Лена подозревала мужа в измене, поэтому непременно должна почистить его карманы. Она подчинилась женской логике, но вместо ожидаемого чужого лифчика нашла записку. А Тимур, соответственно, заглотил очередную наживку.

Получалось, что Тимур оказался глупее Мразина, и эта мысль его злила. Но ведь его песенка еще не спета. И ему вполне по силам устроить этому ублюдку хор имени Пятницкого...