Лампа разыскивает Алладина - Дарья Донцова

– Ага, понятно. Что делаешь в субботу?

– Я занята, – быстро отозваласьНата.

– Ой! Можешь отложить свое дело?

– Нет.

– Ну, пожалуйста!

– Что случилось?

– Папа дом продал.

– Какой? – удивилась Ната.

– Тот, что от бабушки остался, –пояснила Белкина, – он в городе Лапин находится, стоял закрытым.

– Зачем же я тебе понадобилась?

– Отец хочет кое-какие вещи забрать.

– И что?

– Ну там надо всякий хлам сложить, папавелит мне ехать, только одной не справиться, помоги, а?

– У меня иные планы на выходной, –попыталась отбиться Ната.

Но Оля не услышала слов подруги.

– Здорово! Значит, заедем за тобой всемь.

– Но…

Глаза Белкиной стали медленно наливатьсяслезами.

– Хорошо, – согласилась Ната, –помогу тебе!

Выехали рано, отец Оли, Григорий Павлович,тщательно соблюдал скоростной режим. Когда до Лапина осталось всего ничего,Белкина принялась капризничать:

– Тащимся, словно сонные мухи.

– Тут знак, скорость не более сорокакилометров в час, – пояснил Григорий Павлович.

– Фу, тошнит, – ныла дочь, –нажми на газ.

– ГАИ не зря ограничила здесьскорость, – ответил педантичный Григорий Павлович, – знаки поставленыисключительно для нашей пользы, и следует…

– Папа, не занудничай, – перебилаего Оля, – ты не на лекции.

– Просто объясняю тебе, по какой причинея еду медленно, – спокойно сказал отец.

– Мне плохо! – ныла Оля.

– Скоро приедем.

– Фу, сейчас стошнит.

– Потерпи.

– Пусти меня за руль, – велела Оля.

– У тебя нет опыта вождения, – началсопротивляться папа.

– Я получила права.

– Документ, разрешающий водитьавтомобиль, и умение управлять машиной – это две разные вещи, – напомнилГригорий Павлович.

И тут Белкина принялась стонать, причитать и вконце концов, как всегда, добилась своего.

– Ну хорошо, – сдался отец, –бери управление.

Ольга моментально переместилась наводительское место.

– Осторожно, – предостерег отец.

– Сама знаю, – отмахнулась дочь.

– Тут крутой поворот.

– Отстань.

– Сбрось газ!

– Папа! Не мешай.

– Включи вторую скорость, – поучалнеопытную водительницу отец, – аккуратней, так нельзя. Оля, тормози!Оля!!!

Дальнейшее Ната потом вспоминала с трудом.Белкина резко крутанула рулем, перед капотом мелькнула серая тень, автомобильпотащило в сторону, закрутило, ударило. Скорей всего, Ната потеряла сознание,потому что дальше в ее воспоминаниях идет огромный, зияющий провал. Затемоткуда-то выплыло лицо Оли.

– Эй, – трясла она подругу, –очнись, помоги мне!

Ната с трудом села, ощупала себя дрожащимируками, поняла, что кости у нее целы, а на теле нет никаких кровавых ран.Белкина тоже выглядела невредимой.

– Скорей, – шипела Ольга, –двигайся, ну, живее!

Кое-как Ната выбралась из машины и взвизгнула.На шоссе, в красной луже, неестественно вывернув ноги, лежала женщина.

– Ты сбила пешехода, – вполуобморочном состоянии прошептала Красавина, – надо немедленно вызватьврача, милицию…

– Лучше помоги папу за рульперетащить, – заорала Оля, – вот ты какая! А еще подруга называется!Неизвестно о ком подумала, а обо мне нет? Ага! Что теперь со МНОЙ станется? Втюрьму посадят? Нет уж! Бери папу за ноги, я за руки ухвачу.

– Зачем? – пролепетала ничего непонимающая Ната. – Похоже, Григорию Павловичу совсем плохо, нельзя еготрогать до приезда медиков.

– Еще как можно, – взвизгнулаОльга, – живо помоги!

Ната, еле-еле передвигая плохо слушающиесяконечности, пошла было на зов, но потом, очнувшись, бросилась к пострадавшей.Красавина не имела никакого отношения к медицине, но даже ей стало понятно:бедняжке уже не помочь, она скончалась на месте.

Когда Ната, еле живая от увиденного, вернуласьк машине, потная, красная Ольга заявила:

– Вот, готово, погляди, нормальносмотрится?

Ната бросила взгляд в покореженный салон и несумела сдержать крик изумления. Находившийся без сознания Григорий Павлович очутилсяна месте водителя, каким-то непостижимым образом маленькая, хрупкая,неспособная поднять даже килограммовую упаковку с сахаром, Ольга смоглаперетащить каменно-тяжелое тело отца.

– Это зачем? – в изнеможениипоинтересовалась Ната.

Белкина деловито ответила:

– Ну не сидеть же мне в тюрьме!

Ната сначала не нашла слов, но потом все жевыдавила из себя:

– Ты решила представить дело так, будтоза рулем находился папа! Но Григория Павловича посадят!

– Нет.

– Ты сунула его за баранку.

– И чего?

– Получается, он виновник наезда.

– Да, пусть все так думают.

Нате стало жарко.

– Оля! Ты подставляешь отца!

Внезапно Белкина бросилась на колени передНатой.

– Не губи! Если сейчас меня отправят зарешетку, то вся жизнь наперекосяк пойдет, Наточка! Мы ведь лучшие подруги. Надовсем сказать, что ее сбил отец.

– Но тогда посадят его!

– И что? – перестала заливатьсяслезами Ольга. – Я-то на свободе останусь!

Ната снова потеряла дар речи, а Белкинаделовито продолжала:

– У папы, похоже, сломан позвоночник. Стакой травмой долго не живут, все равно он умрет…