Небо в рублях - Дарья Донцова

– Да ты пей, пей, – улыбнулась Рая. – И не волнуйся, особойработы у нас с похоронами не будет, так, пару чашек помыть. Никаких распоряженийпо поводу поминок не давали.

– От чего она умерла? – тихо продолжила я разговор.

– Ну теперь точно ясно, – вздохнула Рая, – таблеткамиобъелась. Обожралась дряни, все хотела красавицей быть, а теперь лежит в гробу,стройная аж некуда. То-то Лизавете радость.

– А почему Лиза ненавидела Фаину?

Раиса скривилась.

– Характер у бабки был жуткий. Хоть о покойниках плохого ине говорят, но хорошего о ней сказать нечего. Вечно она за всеми шпионила, апотом Ми свои наблюдения высказывала. Ника тоже не сахар, но она намекамибеседует. И потом, с Вероникой ведь подружиться можно, если ей поддакивать. Воту меня с ней отличные отношения, а с Фаиной было никак не договориться. Каждыйраз она как сядет в столовой, как начнет гадости говорить… и ведь простушкойприкидывалась. Но один раз такое учудила! Лиза ее с тех пор просто видеть немогла.

Шел концерт эстрадный. Хозяева сидели, а Раиса из кухнивыглядывала. Слышит, Ника говорит:

– Какое у этой певицы платье красивое.

– Вся грудь наружу вываливается, – фыркнула Лиза, котораяорганически не переваривала, если при ней кому-то делали комплимент.

– Бюст роскошный, отчего не показать? – мирно откликнуласьНика. – Сейчас такое не возбраняется.

– Резиновая клизма, – обозлилась Лиза.

– Кто? – наивно осведомилась Ника.

– О господи… – прошипела Лизавета и, плюхнувшись на диван,пояснила: – Певичка твоя, красавица, вшила силикон и теперь красуется!

– Это очень вредно, – покачала головой Милада, – дажеопасно. Никто не знает, что случится с женщиной, которая носит имплантаты, летэдак через сорок.

Лизавета рассмеялась:

– Будет безумной, сморщенной старухой, как Фаина, а грудьколесом!

Свекровь Милады слегка порозовела, но, ничего не сказав,продолжила пить пустой чай, без сахара и конфет.

– Не понимаю я этой истерики вокруг груди, – продолжила Ми.– Неужели на самом деле принципиально, какова она? Главное, чтобы человек былхороший. Надеюсь, девочки, вам никогда не захочется ложиться на операционныйстол.

– Ну уж нет! – поежилась Настя. – Брр!

– Тебе и не понадобится, – хихикнула Лиза, – уж сейчас утебя третий размер, а годам к двадцати отрастишь вымя, как у коровы. Неувеличить, а уменьшить захочешь. Вот у меня идеальная форма!

Настины глаза медленно начали наливаться слезами, Миладаслегка растерялась, и вдруг Фаина, молча хлебавшая чай, сказала ехидным голоском:

– А сколько она тебе стоила?

– Кто? – не поняла Лиза.

– Идеальная форма груди, – склонила по-птичьи голову набокстарушка. И добавила: – У тебя же силикон вшит.

– С ума сошла? – лениво спросила Лиза и сладко потянулась надиване.

– Нет, – не сдалась Фаина, – операция была сделана. Кактолько Кит тебя первый раз сюда привел, я мигом отметила: у нас в домепоявилась силиконовая долина. Хочешь, объясню, отчего пришла к такому выводу?

– Заткнись! – рявкнула Лиза.

– Говори, – велел Никита, – раз уж начала, высказывайся.

Фаина захлопала глазками.

– Мальчик мой, а ты разве не понял? На ощупь-то такая грудьнеестественна.

– Похоже, ты лесбиянка, – заржала Лиза, – коли на ощупь бюстоцениваешь.

Фаина отодвинула чашку.

– Нет, я жила с мужем и пользовалась огромным успехом у лицпротивоположного пола. Моя былая красота не хирургическая. Смотри, Кит, Лизасейчас лежит на диване, на спине…

– Да, – ответил Никита, – и что?

– А то! – с торжеством заявила старуха. – Нормальная грудь,даже очень молодая и упругая, в таком положении слегка «растечется», арезиновая не изменит форму. Это раз.

Лиза быстро села.