Тот, кто знает. Том 1. Опасные вопросы - Александра Маринина

- Что ты к нему пристаешь? - сердито выговаривала онасоседке, выкладывая из духовки запеченную в фольге баранью ногу. - Он взрослыйчеловек, ему гораздо интереснее общаться с Еленой, чем с тобой. А ты прилипла кнему и не отпускаешь.

- Если бы ему было интересно с ней, так он бы с ней иобщался, - отпарировала Ира. - А он вместо этого со мной танцевал. Значит, емусо мной больше нравится.

- Ничего-то ты не понимаешь, - вздохнула Наташа. -Андрей Константинович хорошо воспитан и не может отказать даме, если она проситпотанцевать с ней. Но это совсем не означает, что эта дама ему нравится.Усвоила, малолетняя куртизанка? И не смей больше его дергать, а то из-за столавыгоню.

- Не выгонишь, - Иринка показала ей язык и скорчиларожицу.

- Почему это не выгоню?

- Потому что ты меня любишь и все мне прощаешь.Скажешь, нет?

- И да, и нет. Я тебя, дуреху, действительно люблю, нонасчет того, чтобы все тебе прощать, тут ты сильно заблуждаешься. Забыла уже,как под замком у меня три дня просидела? Снова хочешь попробовать?

Ира надулась, молча взяла большое блюдо с мясом и выложеннымпо краям отварным картофелем и понесла его в комнату. До конца застолья она непроронила ни слова, к Андрею Константиновичу больше ни с какими вопросами необращалась и вела себя как примерная гимназистка. Когда гости наконецразошлись, она, все так же храня гордое обиженное молчание, помогла Наташеунести из комнаты и вымыть грязную посуду. Наташа не пыталась ее разговорить,она полагала, что обиды и мелкие конфликты пойдут девчонке только на пользу.

Уже лежа в постели, они с Вадимом обсуждали, как назватьбудущего ребенка. Это нужно было решить заранее, ведь в мае Вадима в Москве небудет, и не исключено, что он снова окажется в плавании, а ребенка нужно будетрегистрировать.

- Давай, если будет девочка, назовем в честь твоеймамы, - предложила Наташа.

- Зоей? Нет, не годится.

- Почему?

- Это не современно. Ну какая может быть Зоя?Восемьдесят пятый год на дворе. Давай лучше в честь твоей мамы.

- А что, Галя - лучше, по-твоему? Сейчас никто девочекГалями не называет, - возразила Наташа, привычно прикладывая ладони квыпирающему животу, словно пытаясь нащупать ребенка и спросить у него, кто он,мальчик или девочка, и как его зовут.

- А как сейчас называют?

- Ну, например, Катя, Юля, Олеся, Оксана. Остаются итрадиционные варианты - Ира, Марина, Наташа, Оля, Лена, Таня, Люда.

- А что? - воодушевился Вадим. - Катя - чудесное имя.Давай Катей назовем.

- У Люськи уже есть Катя. Не хочется повторяться. Онивсе-таки сестрами будут, хоть и двоюродными.

- Ладно, тогда пусть будет Юля.

- Юля у Инки Гольдман уже есть.

- Ну да, Ира у нас тоже есть, и Наташа есть, и Людмила,Оля, Олеся и Оксана мне принципиально не нравятся, не люблю имена на букву"О". А если Таня?

- Таня? - Наташа задумалась. У Марика жена - Таня. Икаждый раз произнося это имя, она будет вспоминать о нем. И о ней… Нет, тольконе Таня. - Нет, не пойдет.

- Капризная ты у меня, - рассмеялся Вадим. - Предлагаюкомпромисс. Пусть будет Оксана, но не в украинском варианте, а в русском.Ксения, Ксюша. Как тебе?

- Здорово, - обрадовалась Наташа. - Ксюша, Ксюшенька.Ксения Воронова. Принимается. Слушай, а если все-таки мальчик?

- Ну, уж если опять мальчик, тогда я предлагаю назватьего Гришкой в честь твоего гинеколога, благодаря которому ты благополучнопереносишь уже третью беременность.

- Да ну тебя, - рассмеялась Наташа. - Я серьезно спрашиваю.

- А я серьезно отвечаю. Гриша Гольдман - крестный отецвсех моих детей. Неужели ты думаешь, что я не знаю, как ты не хотела рожатьАлешку сразу после Сашеньки, как просила дать направление на аборт, а он тебяуговорил оставить ребенка!

- Знаешь?! - ахнула Наташа. - Откуда? Я же тебе неговорила об этом. Неужели Инка продала?

- Ну да, твоя Инка продаст, - усмехнулся Вадим. - Онаскорее себе язык откусит. Вы с ней два сапога пара, ничего друг про друга нерассказываете.

- Тогда кто же? Гриша?

- Да ты что, разве Гриша добровольно расстанется сврачебной тайной? Только под пытками, а я не садист.

- Бэлла Львовна? - высказала очередное предположениеНаташа, и тут же сама себе ответила: - Нет, не может быть, Бэллочка никогда несказала бы тебе… Все, сдаюсь. Говори, кто меня продал.

- Никогда в жизни не угадаешь. Иринка.

- Ирка? - от изумления Наташа даже приподнялась впостели. - Она-то откуда об этом узнала? Ей же тогда десять лет было, я немогла с ней это обсуждать.

- Ты это обсуждала с Бэллой Львовной. А Иринкаподслушивала под дверью. И потом мне доложила. Только ты ее не ругай, она жемаленькая была, не понимала, что подслушивать неприлично, а пересказыватьподслушанное - подло. Ну так что, остановимся на Григории Воронове?

- Остановимся, - согласилась Наташа.

- Тогда давай спать.

* * *

Через два дня, 10 марта, телепрограммы обрушили на головылюдей очередную порцию симфонической музыки и классического балета. Первой вквартире печальную новость узнала, как обычно, Бэлла Львовна, она включалателевизор с самого утра.

Наташа на кухне возилась с обедом, когда соседка выглянулаиз своей комнаты.

- Наташенька, кажется, у нас опять кто-то умер, -громким шепотом сообщила она.

Наташа в испуге обернулась. Что случилось? Неужели ПолинаМихайловна…?

- Кто? - вмиг задеревеневшими губами спросила она.

- Кто-то из руководства страны. Опять по телевизору повсем программам минорная музыка. Черненко, наверное.

- О Господи, как вы меня напугали, - Наташа соблегчением перевела дух. - Я уж думала, кто-то из наших… Интересно, коготеперь Генсеком выберут вместо него?

- Завтра узнаем.

- Думаете, уже завтра внеочередной Пленум ЦК соберут? -с сомнением покачала головой Наташа. - Вряд ли так скоро, на это время нужно.

- Ой, Наташенька, какая ты у меня правильная, -засмеялась Бэлла Львовна. - При чем тут Пленум ЦК? Завтра в газетах опубликуютофициальный некролог и назовут руководителя комиссии по организации похорон.Кто руководитель - тот и будущий Генсек. Все просто. Так всегда было, Брежневахоронил Андропов, Андропова хоронил Черненко. Кто Черненко похоронит, тот ибудет нами руководить, пока сам не помрет. Интересно, новый Генсек будет такойже старый или чуток посвежее?

- Побойтесь бога, Бэлла Львовна! Откуда такой цинизм? -пряча улыбку, заметила Наташа.