Красная дверь - Чарлз Тодд

Было очень рано. Буря над Лондоном отражалась и здесь. Небо покрывали тучи, моросил дождь, а Ратлидж к тому же не завтракал.

«Это не улучшит твоего настроения», — сказал Хэмиш.

Ратлидж ждал в машине до восьми, затем проехал короткое расстояние до фермы Уитч-Хейзел. Он застал Эдвина стоящим в дверях, наблюдая за погодой.

— Вряд ли дождь прекратится, — сказал Эдвин, когда Ратлидж вышел из автомобиля. — Господи, что случилось с вашим лицом?

— Столкновение с воинственным преступником, — ответил Ратлидж.

— Вы знаете, что сегодня похороны Питера?

— Вчера в Лондоне я говорил с миссис Теллер. Она сообщила мне.

Они вошли в дом.

— Как насчет Дженни? — спросил Эдвин. — Можем мы похоронить и ее? Думаю, не в интересах Уолтера ждать еще дольше. Мы едва видим его. Он остается в своей комнате. Летиция относит ему еду.

— Я не вижу причин не выдавать тело, — сказал Ратлидж. — Я решил согласиться с инспектором Джессапом, что это были несчастные случаи. Доказательств противоположного у меня нет.

— Не знаю, кто мог бы что-то приобрести от их смертей. Финансово или как-то еще.

— Это не имеет отношения к деньгам. Меня беспокоит то, что ваш брат умер и не может отрицать, что был женат на Флоренс Маршалл. А Дженни Теллер тоже нет в живых, и ее не может беспокоить законность ее брака.

— Я не думаю…

— Да. Уверен, что никто из вас не думал, пускаясь в эту авантюру.

— Как я хотел сказать, — закончил Эдвин, — я не думаю, что правосудие заинтересовано в расследовании этого.

Войдя в кабинет, Ратлидж нашел там всю семью, кроме Уолтера. Они выглядели усталыми, удрученными и погруженными в собственные мысли.

— Похороны сегодня в два часа, — сказала Мэри. — Эдвин говорил вам?

Ратлидж поблагодарил ее и спросил о Гарри.

— Он держится замечательно. Сын пастора отдал ему щенка. Не знаю, что скажет на это Уолтер — он никогда не любил домашних животных, — но это отвлекает Гарри.

Ратлидж вспомнил другого мальчика, вознагражденного щенком из сарая.

— Вы говорили с Сюзанной, инспектор? — спросила Летиция. — Она приедет.

— Надеюсь увидеть ее, — ответил он.

Летиция направилась к двери:

— Посмотрю, чтобы ей приготовили кровать.

Ратлидж чувствовал, что одно его присутствие мешает разговору. Он последовал за Летицией в коридор.

— Не думаю, что она останется здесь, — сказал он ей.

— Ну, это ее дело.

Ратлидж прошел в комнату няни, служившей убежищем Дженни, и сидел там, пока не пришло время идти на службу. Это была уютная, спокойная комната, кажущаяся далекой от напряженной атмосферы кабинета, и из ее окон были видны машины и экипажи, прибывающие на похороны.

Ратлидж наблюдал, стоя у окна. Церковь была намного больше хобсоновской. Он смотрел на собравшихся и слушал надгробное слово мистера Стедли, восхваляющего храбрость капитана, его чувство долга перед Богом и страной и любовь к семье.

После этого Питера Теллера похоронили под дождем, который падал на скопище зонтиков, тщетно толкающихся в надежде оставить своих хозяев сухими. На гроб посыпались мокрые комья земли, и Сюзанна Теллер вздрогнула при этом звуке.

Она держалась на редкость хорошо, приветствуя гостей со спокойным достоинством; ее лицо было почти невидимым под шелковой траурной вуалью, а чувства были надежно скрыты. Но Ратлидж пару раз слышал ее голос.

После похорон гости вернулись в дом на поминки.

Молли и ее подчиненные сделали все возможное, и освобожденная от хлопот семья стояла в гостиной и столовой, отвечая на вопросы.

Ратлидж наблюдал за Сюзанной Теллер, стоящей рядом с Эдвином, когда она приветствовала каждого гостя, благодаря его за приезд.

Когда гости удалились, Эдвин направился прямо к столу с напитками в кабинете и налил себе виски. Он протянул стакан жене, но Эйми покачала головой, прося шерри. Эдвин принес ей бокал, затем повернулся к Ратлиджу.

— Спасибо, ничего.

Эдвин присел на маленький диван. Он выглядел усталым и изможденным.

— Служба была хорошей, — сказала Эйми. — Все учтено. Несколько зевак пришли из любопытства. Приехали три коллеги-офицера с женами. Те, кто знал Питера по военной школе. Три вдовы служивших под его началом на войне. С одной из них был красивый мальчик лет тринадцати. Она сказала, что он копия своего отца, и в ее голосе все еще слышалось горе из-за потери мужа. Не помню, кто был еще. Да, кто-то, работавший в миссии с Уолтером. Ему, должно быть, лет под восемьдесят, но он был весьма проворен. Думаю, это порадовало Уолтера. По крайней мере, он казался довольным при виде этого человека. Много людей из деревни, как и следовало ожидать. Большинство из них помнили Питера мальчиком. Думаю, Сюзанна была тронута.

— Где она? — спросил Эдвин.

— Летиция сказала, что Сюзанна уехала пятнадцать минут назад. Она держалась хорошо, не так ли? — продолжала Эйми. — С женщинами обычно всегда так. Они не создают суеты. Помню, Уолтер рассказывал нам, что где-то, куда его посылали, женщины били себя в грудь и рвали на себе волосы, издавая ужасающие звуки. Он называл это улюлюканьем и говорил, что от этого его бросало в дрожь.

— Инспектор Джессап приходил?

— Нет. Но его жена была. Она сказала, что его вызвали.

Вошла Летиция:

— Мистер Ратлидж, чай и сэндвичи в столовой. Пожалуйста, угощайтесь.

Он поблагодарил ее и пошел в столовую, найдя там Мэри, сидящую за столом и крошащую хлеб на тарелку.

Ратлидж налил себе чашку чаю, потом взял сэндвич с буфета.

— Можно я присоединюсь к вам? — спросил он, прежде чем сесть.

— Да, пожалуйста, — ответила она.

— Миссис Теллер считает, что служба прошла хорошо.

— Да, я очень рада. Еще предстоят похороны Дженни. Сегодня я хотела бы находиться где угодно, только не здесь. Все же нужно поддерживать семью. Как они поддерживают меня. — Мэри встала и поставила свою тарелку на маленький столик, уже заполненный использованной посудой. — Я приду позже и помогу Молли. — Поколебавшись, она вернулась и села. — Вы видели Уолтера? Он был здесь недолго, а потом я не могла его найти. Я думала, что он, возможно, удалился в свой кабинет.

— Я заходил туда. Его там не было.

— Тогда он в своей комнате, — кивнула Мэри. — Он убил Дженни?

— Нет никаких доказательств, — ответил удивленный Ратлидж. — Зачем ему желать ей смерти?

— Ну, последние несколько дней мы все ждем доказательств, не так ли? — с горечью промолвила она. — О болезни Уолтера. О Питере. О смерти в Ланкашире. Потом снова о Питере, а теперь о Дженни. — Мэри отвернулась. — Вы представляете, какое напряжение обрушилось на нас со времени болезни Уолтера? Я пошла в его кабинет попытаться узнать, с кем контактировать в обществе Элкока. Думала, кто-то мог бы прийти и поговорить с Уолтером в «Бельведере». Я была настолько глупа, что верила, будто он беспокоится из-за возвращения к миссионерству и они могли бы его утешить. Вообразите шок, когда я узнала о его другой жизни. Эдвин предполагал, что Флоренс Теллер могла побывать в Лондоне и Уолтер случайно увидел ее. Но, как выяснилось, ее, конечно, здесь не было. Поэтому мы никогда не узнаем, почему он заболел.