Принцесса на Кириешках - Дарья Донцова

К сожалению, в нашей стране все не так. Стоитотъехать пару километров от столичной Кольцевой автодороги, как вы попадаете вглухие места, куда цивилизация еще и не заглядывала. Какие туалеты сприбамбасами! Да во многих деревеньках воды нет, несчастные бабы по сию поруходят с ведрами к колодцам.

Опушково оказалось именно таким местом – безцентрального водопровода и, похоже, газа. Штук десять покосившихся избенок,здание сельпо и несколько «новорусских» коттеджей, стоящих на небольшомудалении от нищего поселка.

Чуть не прикусив язык, я протряслась поколдобистой дороге и уткнулась в покосившиеся ворота, смело выкрашенныеярко-оранжевой краской. Калитки в них не было, пришлось распахнуть тяжелыестворки и крикнуть:

– Эй, хозяйка, выгляньте наружу!

На крылечко вышла полная женщина в телогрейке.

– Тебе чего? – сухо спросила она.

– Приехала вот по вашему звонку, вы велелипоторопиться, – заулыбалась я.

Женщина внимательно оглядела меня иконстатировала:

– Ты не Курочкорябская!

– Правильно, она сама приехать не смогла,меня прислала.

Хозяйка хмуро насупилась. Я предполагалаувидеть подобную реакцию и заранее подготовилась к разговору. Достала с заднегосиденья пакет:

– Вот Олечка гостинцев прислала: конфеты,колбасу, сыр, бутылку водки «Дамская»…

– На фига она мне? – скривиласьхозяйка. – Я не пью вообще.

– Подарите кому-нибудь, – япродолжала цвести улыбкой.

Баба молча буравила меня взглядом.

– А ну постой тут, – велела она иисчезла.

Я осталась во дворе в обнимку с пакетом.Приходилось только удивляться странному поведению тетки. Обычно деревенскиежители любят подарки и радуются, как дети, получая их. И ведь я купила самыеподходящие для селян продукты: шоколад, сырокопченую колбасу, водку «Дамская».Такое в деревне берут лишь на Новый год, потому что пенсии и зарплаты у местныхжителей невелики.

– Эй, – снова вышла на крыльцохозяйка, – иди сюда. Скидавай ботинки-то! Воды не наносишься полы закаждым мыть.

Я покорно сняла коротенькие сапожки, прошла поразноцветным самодельным половикам до низкой двери и остановилась.

– Толкай, чего замерла, – поторопиламеня хозяйка.

Я навалилась на створку и очутилась внебольшой комнатенке. Из мебели тут были громоздкий шкаф с зеркалом, дветабуретки и кровать с никелированными спинками. Ложе накрыто цветастым одеялом,под которым виднелись очертания лежащего тела. Лицо больного человека заслонялаплотная фигура мужчины, сидевшего у изголовья спиной ко входу. Плечи парняобтягивал бордовый свитер. Что-то показалось мне знакомым, но я не успеласообразить, что именно. Мужик повернулся и ехидно произнес:

– Ну, Евлампия, добрый день! Как доехала?Быстро дорогу нашла?

От неожиданности я икнула и, плюхнувшись нажесткую, поцарапанную табуретку, пролепетала:

– Вовка! Ты как сюда попал?