Барышня-воровка - Светлана Алешина

Все тихонечко вышли из комнаты, Соня прикрыла за ними дверь и прошептала:

— А я вам верю! Хотите чаю или коньяку? От стресса очень помогает чай с коньяком и лимончиком, у меня мама знает толк в таких вещах.

Анжелика не ответила.

— Вы полежите, а я все приберу, — добавила Соня и вышла. Ее очень интересовала ванная, здесь должны были остаться хоть какие-нибудь следы незнакомца или знакомца. Соня все больше склонялась к мысли, что покушение на хозяйку дома дело рук кого-то из своих.

В ванной горел свет, по полу растеклась огромная лужа, флакончики и баночки с полочек валялись на полу. В самой ванне плавал злополучный фен.

Соня полотенцем взялась за штепсель (так в кино всегда делали опытные сыщики, чтобы не стереть отпечатки пальцев преступника с орудия убийства), вытащила из розетки и достала фен из воды. Она внимательно осмотрела прибор. Логотип известной фирмы блестел на рукоятке. Дорогая вещица и смертельно опасная, как выяснилось.

Повинуясь какому-то внутреннему порыву, Соня воткнула вилку в розетку и нажала кнопку. В лицо ударила струя теплого воздуха. Это казалось невероятным, но фен работал! Хотя по логике после короткого замыкания, отключения света во всем доме он просто не мог, не должен был работать.

Сыщица обдумывала свое открытие и пока не знала, как оно может помочь ей в расследовании. Либо убийца ошибся, ему не повезло, либо он хотел имитировать покушение. А может быть, это акция устрашения? В голове вертелось несколько версий и парочка вопросов, на которые очень хотелось получить ответ.

Скорее всего, дело было так: Анжелика почувствовала ветерок, приподнялась из ванны, увидела фен, заметила, что шнур торчит из розетки, и потянулась его выключить. Затем выключился свет, Анжелика поскользнулась, упала и…

Возможно, преступников было двое: один перекладывал фен, а второй вырубал пробки. Свет кто-то отключил, при этом весьма своевременно, то есть уже после того, как фен, находящийся под напряжением, попал в ванну… От этой мысли Соне стало совсем плохо — один преступник — это еще куда ни шло, но два? И еще одна мысль не давала покоя: злоумышленник слишком хорошо знал, где комната Анжелики, был знаком с ее привычками и был в курсе того, что пробки отключаются в подвале. Сложить два и два было проще простого: это кто-то из гостей. И снова вспомнились сюжеты детективных романов Агаты Кристи…

Соня почувствовала настоятельную потребность выпить чаю с коньяком. Она выключила свет в ванной, заглянула к Анжелике в комнату убедиться, что с нею все в порядке, и спустилась на кухню. Ее взгляд случайно упал на часы… И тут только она вспомнила о встрече у пруда, которая должна была состояться три часа назад. Отхлебнув чай с коньяком, Соня сняла с головы накрахмаленную косынку, накинула джинсовую куртку и выскользнула из дома в непроглядную темноту.

Первые несколько шагов, пока привыкали глаза, было страшновато. Софья шагнула в густую, влажную от вечерней росы траву и почти бегом направилась в сторону старого пруда. Через пару минут она уже свободно ориентировалась на местности, темнота оказалась не такой уж черной. Ярко светили звезды, до которых, казалось, можно достать рукой. Из-за тучи показалась щекастая луна, света от которой было достаточно, чтобы не свалиться в какую-нибудь яму или сбиться с пути…

«Глупо, конечно, туда идти, — рассуждала Соня, — Михаил не дождался меня. Высидеть три часа возле этого пруда — подвиг, достойный Геракла. Наверняка он подождал меня минут десять и ушел. Господи, ну почему мне так не везет? У других как у людей, а у меня вечно все кувырком».

Занимаясь самоедством, она добралась до старого сада и, конечно же, никого не увидела.

— Миша, вы здесь? — тихонько позвала Соня.

Ответом ей было бодрое кваканье лягушек, которые словно издевались над ней. Сыщица решила на всякий случай заглянуть в старые кабинки для переодевания. Стандартные сооружения, две коробки без крыши, разделенные для мальчиков и девочек дверцами. Таких кабинок полно на всяких пляжах, курортах и прочих местах отдыха у воды. Дверь одной из них была распахнута, Соня заглянула внутрь. Там, кроме пустых бутылок, использованных «противников детей», старых газет и какой-то ветоши, ничего не было. Соня толкнула дверь второй кабинки, но заглянуть внутрь не удалось. Дверь была заперта изнутри! Может быть, там парочка, занимающаяся любовью? Хороша она будет, если ворвется в кабинку в самый разгар! За такое и по лицу схлопотать можно…

— Эй, кто там, отзовитесь! — крикнула Соня, — Послушайте, у вас там все в порядке? Вам помощь не нужна? Вы только скажите, дайте знак, я уйду и не буду вам мешать, честное слово.

Из кабинки не донеслось ни звука. Влюбленные давно бы уже обругали ее, вспомнив всю родню до пятого колена. Значит, человек, находящийся внутри, просто не может ей ничего ответить! Ему срочно нужна помощь! То, что внутри кто-то есть, сомнений не вызывало. Соня боялась высказать свою догадку вслух. Кажется, она знала, кого увидит за дверью.

Она вернулась в первую кабинку и попыталась подпрыгнуть, чтобы заглянуть за перегородку. После третьей попытки, больно ударившись коленкой, Соня поняла, что прыгать бесполезно, нужны более радикальные методы. Она оглянулась в поисках чего-нибудь подходящего. Взгляд наткнулся на деревянный ящик из-под овощей, кто-то из местных использовал его в качестве стола. Пристроив его, Соня, держась за стену, осторожно поднялась и заглянула в кабинку. Так и есть…

Михаил сидел, прислонившись к стене. По неестественно опущенной голове, какой-то деревянности рук и ног Соня поняла, что парень мертв. На шее у Михаила белела какая-то тряпка, Софья пригляделась повнимательнее и узнала кружевную косынку, которая входила в обязательную униформу горничной. Точно такая же была у нее самой! Сегодня она полвечера провела в поисках своей собственной косынки, пришлось в результате воспользоваться Антонининой. Боже! Убийца задушил Михаила ее, Сониной, косынкой! Он слышал, как Соня договаривалась о встрече, и решил подставить ее!

Открытие потрясло ее настолько, что она забыла о непрочности опоры под ногами. Ящик покачнулся, Соня рухнула на землю. От падения в голове прояснилось. Надо во что бы то ни стало снять с трупа вещь, компрометирующую ее! Между землей и стенкой кабинки было небольшое расстояние, но достаточное для того, чтобы пролезть.

Мысль о том, что ей придется оказаться в тесном пространстве наедине с трупом, вызвала у нее тошноту. Соня глотнула свежего воздуха. Лучше побыть пару секунд с мертвецом, чем несколько лет за колючей проволокой! Она легла на живот и поползла, пытаясь напевать про себя слова бодрой песенки: «А нам все равно, а нам все равно, не боимся мы…»

Ее щека уперлась в ботинок Михаила. Соня судорожно вздохнула и, сделав еще один рывок, оказалась в кабинке. Стараясь не смотреть на тело, она деревянными пальцами развязала узел на его шее, сунула косынку в карман и дернула шпингалет. Выбравшись наружу, Соня снова почувствовала тошноту, руки от страха стали ледяными, пальцы мелко дрожали, а зубы стучали. Она еле-еле добралась до пруда, вымыла руки и кое-как привела одежду в порядок.