Сокровища Массандры - Юрий Гаврюченков

— Фу!

— Ничего не «фу»! — ухмыльнулся Юра. — После этой операции штаны стали выглядеть совсем непрезентабельно, и я по возвращении в роту их постирал. Но это мало помогло. Штаны практически не отстирывались, и я их выкинул. У меня на почте лежали новые, которые я должен был давно носить. Свои кожаные я таскал девять месяцев, на четыре больше положенного.

— Ты, наверное, до армии кожаные штаны носил? — спросила Майя.

— От тебя ничто не укроется. Было. Панковал. Купил у фарцовщиков какое-то старье заношенное и блатовал не по-детски.

— Ты на панка не похож, — заметил Майя.

— С возрастом надо меняться, — сказал Юра. — Невозможно много лет подряд ставить одну и ту же пластинку, потому что со временем дорожки стираются и звук становится хуже.

Парень развесил уши и сам явно был настроен потрещать, но Майе не сиделось на месте.

— Никитин, пошли танцевать! — Она схватила Макса за руку и вытащила на танцпол. Женская интуиция не подвела: диджей поставил медляк.

Они кружились, переступая: Макс неуклюже, Майя — куда более легко и изящно. Верещагин обнимал ее за талию, мягкую и теплую под тонким платьем.

— А ведь я в первый раз с тобой танцую, — сказал Макс.

— Все когда-то случается в первый раз, — лукаво ответила Майя.

— Удивительно даже. Как мы не сподобились раньше потанцевать?

— Ну так не теряй возможности.

Майя рассмеялась, запрокидывая голову. Макса отчего-то пробрал холодок, он даже о ногах забыл и перестал в них путаться. «Чепуха, — успокоил себя Верещагин, — это физиология чистой воды, надо с ней смириться».

Майя потянулась губами к его уху. Макс склонил голову.

— Что бы ты купил, если бы у нас случайно был миллион долларов?

— К чему этот маркетинг? Все равно у нас миллиона нет, даже случайно, — с некоторым раздражением отозвался Макс, но мысль запала в душу.

— А все-таки?

— Дом на берегу моря.

— И все?

— Это тест?

— Да просто так спросила, Никитин, чего ты сразу дергаешься! — Майя засмеялась вульгарно, словно базарная тетка.

Танец закончился. Макс с некоторым трудом отыскал свой столик, за которым велась бурная дискуссия. Подошли, прислушались.

— Нельзя все отобрать у человека, — учил Юра во весь голос, но из-за рева колонок слышно его было еле-еле. — Надо дать ему что-нибудь взамен.

Молодой человек внимал. Перед ним лежал белый прямоугольничек, смахивающий на визитку. Компаньон колотил понты.

Макс усадил подругу за стол, на котором появилась плоская свеча в жестяном поддончике и букет незабудок. Как Юра достал незабудки в апреле в ночном клубе, Макс предпочитал не думать. Компаньон уже успел надымить, но своевременно погасил окурок в пепельнице. Макс занял свое место, чиркнул спичкой и пересадил огонек на свечку.

— Ну, за присутствующих здесь дам! — поднял он бокал.

Юра немедленно вручил букетик Майе, та зарделась, опустила глазки, пригубила кофе. Макс воспользовался передышкой и от души глотнул термоядерного пивка.

Андрюха тоже не хотел оставаться в стороне.

— А вы кем работаете? — Парню не терпелось познакомиться, раз уж случай свел с интересными людьми.

— Мы мошенники, — честно ответил Макс, которого задело странное поведение Майи, а тут подвернулся случай разрядиться. — Выпасаем богатых людей и кидаем на деньги. С этого живем.

Юра подавился пивом, откашлялся прямо в бокал. Пена вздулась, полилась через край.

Верещагин поймал восхищенный взгляд Майи: «Ну Никитин, ты даешь!»

На Андрюху ответ тоже произвел впечатление. Он просиял и подался вперед:

— Знаете, я тоже.

По лицу было заметно, что Юру он успел поставить в известность во всех деталях.

— Можем затеять новый грандиозный проект, — взял прикуп Макс.

— Давайте! — с энтузиазмом откликнулся парень.

«Простота хуже воровства, — подумал Макс. — Ну ничего, жизнь научит». А вслух сказал:

— Молодым везде у нас дорога. Главное, чтобы не в ущерб делу.

— Хотелось бы, чтобы дело заходило дальше планирования, — вставил Юра, пришедший в себя от такой стремительной подачи.

— Тут уж как бог даст, — Макс вложил во фразу как можно больше недосказанности, чтобы их случайный собеседник ощутил себя причастным к важному и глубоко продуманному начинанию сплоченной команды.

Тут Юра отмочил знатную корку. Он надул щеки и изрек утробным голосом:

— Мы не можем рассчитывать на волю провидения. Дилетант ждет удобного случая, профессионал его готовит.

Парень преданно глядел на старших товарищей.

— Надо следовать намеченному плану и выполнять задуманное поэтапно. Тогда будет не малоэффективная возня безграмотных дилетантов и не заполошная суета напуганных лохов, а четкая плодотворная работа специалистов, — генеральный директор «Альмарелли» обратился непосредственно к Андрюхе. — Нападать будем не на полунищих обывателей с тысячей в кармане и невыплаченным кредитом за холодильник, а на откормленных офисных карасей с тропическим пляжным загаром. Будем играть по-крупному, понимаешь?

— Да, да! Понимаю, — закивал парень.

— Тогда, считай, ты в деле.

Парень что-то попытался сказать, но Юра нетерпеливо прервал:

— Поговорим об этом завтра. Сегодня надо отдохнуть.

Юра быстро снял телку с длинной шеей, чувственным приоткрытым ртом и здоровенными буферами. Буфера у телки летали вверх-вниз, создавая на поверхности топика землетрясение силой в двенадцать баллов. Попрыгав на танцполе, они направились к выходу. У дверей Юра обернулся, махнул рукой Максу, мол, до встречи, заплати за меня, и уволок девушку в свою берлогу или куда там они договорились направиться.

«Всегда находятся те, кто заказывает, и те, кто расплачивается», — припомнил Макс нехитрое жульническое правило и не стал огорчаться, наоборот, перевел взгляд на жертву.

— Спонсором сегодняшней вечеринки объявляешься ты! — сообщил он Андрюхе таким тоном, будто объявлял о крупном выигрыше.

— Конечно! Не проблема! — Для молодого жулика чуть ли не честью стало угодить старшим товарищам, и он старался вовсю.

Макс еще раз вывел даму на танец, потом у Майи закружилась голова, и они отчалили восвояси.

— Теряешь форму, — ехидно заметил Макс, разуваясь в прихожей.

— Я теряю? — Майя вынула из сумочки бумажник. — Ну-ка, три с полтиной и копейки мелочью.

— У кого ты хлопнула?

— Да пока с танцпола протискивались…

— Вот это пальчики! — с восхищением произнес Макс.