Сокровища Массандры - Юрий Гаврюченков

Последние гривны ушли на дорогу до Симферополя, и денег не осталось вовсе: полученные за фальшивую цепь цыганские доллары тоже оказались фальшивыми. Проклиная свое лоховство, Макс метался от обменника к обменнику, рассчитывая на нерадивую кассиршу, но девочки в пунктах были ушлые и давали мошеннику от ворот поворот. Из третьего пункта Макс вышел с твердым убеждением втюхать подделку в частном порядке.

Майю пришлось бросить на произвол судьбы в зале ожидания. В рюкзаке и бауле были аккуратно разложены кляссеры, золото и пять бутылок французского вина, обернутых в грязную одежду.

Стиснув лямку брезентовой котомки, словно ремень автомата, Макс остановился посреди улицы. Надо было куда-то идти и кому-то впарить липовые баксы, но в зоне видимости подходящей жертвы не находилось. «Пока я тут торможу, Майя сбежит с золотом! — Стоя под полуденным солнцем, Макс обливался ледяным потом. — Снимется, загонит в скупке пару ложек, уедет в Феодосию и там сядет на поезд. Стоп! А почему я-то не могу ложки в ломбард сдать? Совсем извилины на курорте выпрямились!»

Он побежал, прямо-таки полетел на крыльях недоверия и мнительности на вокзал. Майя ждала там, где ее оставили, беспокойно крутя головой. Макса она заметила почти сразу и уставилась полным надежды взглядом, мол, ну как, порядочек? Верещагин послал в ответ обнадеживающую улыбку, подошел, взял рюкзак.

— Пойдем, дорогая. — Не тратя лишних слов, он увлек за собой подругу.

— Кассы в другую сторону, — напомнила Майя.

— Нам сначала в ломбард.

Подруга закручинилась, когда Макс ознакомил ее с диспозицией.

— Надеть нечего, есть нечего, и полные сумки сокровищ — это попадос. Значит, надо загнать ложки. Сейчас поймаем тачку, найдем ломбард. Сдавать будешь ты — женщинам доверия больше. Возьми новый паспорт, который не палили нигде. Если что, выкинем. Границу будешь пересекать по старому паспорту, который в иммиграционном листке указан, а сейчас пойдем отберем товар на продажу.

В тихом дворике они заняли пустую скамейку и стали копаться в бауле, бережно выворачивая его золотые потроха. Выбрали три чайные ложки. Выручки за них с лихвой должно было хватить на обратный путь. Прикрыв ладошкой, Майя шустро спрятала их в сумочку. Почему-то ее била дрожь. Воровку давно так не колбасило, и это был дурной признак.

— Ты совершаешь законную сделку, — Макс заметил ее волнение и постарался успокоить. — Обедневшая девушка принесла остатки фамильных ценностей, чтобы купить хлеба. Ничего криминального в этом нет.

— Только у девушки российское гражданство и петербургская прописка.

— На такие мелочи в скупке внимания не обращают. — Макс вложил в голос как можно больше тепла и уверенности. — У барыг свои интересы. Им что надо? Нажиться. Остальное ехало-болело. Они ради этого точку и открыли, а не для помощи обедневшим дворянам. Рискну предположить, что, по южной беспечности, они прямо там анашой барыжат или даже винтом и вкусным герасимом.

— Я готова, пойдем. — Майя нервно улыбнулась и встала со скамейки.

На улице Гагарина Макс поймал машину, идущую в центр.

— Шеф, нам в ломбард нужно, — без экивоков заявил Макс, узрев за рулем потрепанной «Волги» пожилого насупленного мужика.

— В ломбард — тридцать гривен, — установил цену таксист-мизантроп.

— Там расплатимся, — сказал Макс. — Девушка сходит, я в машине посижу.

Водила кивнул.

Верещагин забросил поклажу на заднее сиденье, чтобы в случае чего ее можно было схватить и дать деру, сам расположился впереди. Бомбила ткнул рукоятку переключения передач, скрежетнули шестерни, «Волга» взвыла и отчалила от тротуара. Ехали недолго.

— Вот ломбард. — Таксист с заметным интересом посмотрел на Макса и указал на вывеску.

— Я сейчас, — пискнула Майя, открыла дверцу и зацокала каблучками к ломбарду.

— Последние сережки закладывает, чтобы вернуться, — сообщил водителю Макс, хотя тот не спрашивал.

— Приезжие? — поинтересовался шофер.

— Из Витебска, — сказал Макс.

— Я вижу, что не загорели.

— А вроде старались.

— Вроде… В роте, — непонятно к чему буркнул таксист.

Майю ждали десять минут. Она выпорхнула из скупки с видом человека, сделавшего общественно полезное дело.

— Все нормально? — осведомился Макс.

— Да, милый.

— Тогда на вокзал.

Таксист тронул машину. Проехали, развернулись.

— Ой, это не вы колечко потеряли? — Майя нагнулась и подняла выкатившийся из-под сиденья перстень-печатку. — Смотри, милый.

— Ого, — повертел в руках находку Макс.

— Ну-ка, — оживился водила. — Дай глянуть.

— Кто-то обронил. Пассажир, наверное, — щебетала Майя с заднего сиденья.

— Знаю, чей это перстень, — заявил водитель. — Это кума моего. А он-то искал.

— Ага, — скептично хмыкнул Макс. — Пьяного небось подвозил. Ого, проба!

«Волга» приткнулась к тротуару.

— Говорю, друга моего перстень. Дай сюда!

Водила развернулся всей тушей к Максу и попытался отобрать гайку, но ловкий мошенник стремительно отвел руку, и лапа жадного таксиста схватила пустоту.