Добрые и сильные - Татьяна Рубцова

Ксения теснее прижималась к Радику, едва удерживая трясущиеся губы.

Володя смеялся на экране, как он тогда смеялся и какие у него были счастливые глаза.

Сергей отошел к креслу, но Егора не потревожил, а присел на корточки рядом, опершись рукой о подлокотник, и перед глазами его стояли тусклые серые глаза смотревшие мимо него.

А в понедельник приехала Алина Роднина. Она ворвалась к Радику и Ксении и, задыхаясь, проговорила:

— Он умер? Сволочи, почему вы мне не сообщили об этом! Я узнала только из газеты. Поздно, понимаете!

И они втроем поехали на кладбище. Оставив машину на стоянке, они пошли по обсаженной молодыми березами аллее, ища могилу.

— Вон она, — сказала Ксения, увидев знакомое место.

По тропинке все трое прошли к временному кресту из металла и застыли в изумлении. Металл был искорежен, погнут и изгажен, надпись вымазана дерьмом и куча человеческих испражнений сохла на насыпи, и черной краской на земле было написано: «Мент поганый, козел Рваный…» и — откровенный мат.

Алина попятилась:

— Что это? Зачем?

Она налетела на Ксению, повернулась и в голос разрыдалась, обняв подругу и сотрясаясь всем телом. А Радик застыл в ужасе и бессилии.

По небу ползла серая низкая туча, закрывая тусклое солнце. Дул холодный ветер, и срывался мелкий, еще мокрый снег.