Император деревни Гадюкино - Дарья Донцова

Мне следовало идти по своим делам, но яотчего-то ввязалась в идиотский спор:

– И где вы здесь видите иконы? Не нужноповторять чужие глупости! Если сюда все ларюхинцы потянулись, то это не значит,что яма – лучший медцентр России.

– Вообще-то я не собираласькупаться, – неожиданно призналась дама с заколкой, – всего-то хотеласына умыть, а то от него одни неприятности. Позавчера у соседа мотоцикл сломал.

– Домой грязь брать нельзя! – тут жевозмутилась вторая тетка, живо схватила бутылку и вышвырнула ее из ямы.

– Ах ты, гадость! – взвизгнула дамас заколкой и, недолго думая, стала топить в жиже свою обидчицу.

– Эй, прекрати, – испугалась я.

Но бабы, забыв обо мне, начали самозабвеннодраться. Сначала я растерялась, но потом решила, что лучший способ успокоитьзлобно настроенных кошек – это вылить на них ведро воды, кинулась влечебницу, схватила одну из стоявших в служебном коридоре пятилитровых бутылей,принеслась назад и обнаружила около ямы только одну тетку, в крайнерасстроенном состоянии.

– Видали тварь? – всхлипнулаона. – Уперла мою бутылку! Специально унесла, чтобы я чуток целительнойгрязи не прихватила! Разве эта яма ее? Наташка с детства такая, вечно ей вчужие дела влезть надо! Сначала драку затеяла, мы в жижу и упали, а теперьубежала. Как я домой пойду? Наташке хорошо, ее избушка прямо у леса, а мне черезвсе Ларюхино шкандыбать в таком виде. Местный народ памятливый и языкастый,одна радость о соседях потрендеть. А все из-за Наташки!

Мне стало жаль тетку.

– Раздевайтесь, я оболью вас из бутыли.

– Спасибо, – обрадовалась дама сзаколкой и тут же приуныла: – Голой-то я не попрусь.

– Я принесу вам из лечебницы ситцевыйхалат, издали он на платье похож, дойду с вами до дома, заберу казенноеимущество и верну на место, – нашла я выход из положения.

Минут через десять мы быстрым шагом двинулиськ околице Ларюхина. Дама с заколкой тащила с собой баклажку из-под воды,примерно на одну треть наполненную мутной жидкостью.

– Без отца Мишку поднимаю, –откровенничала она, – пашу на трех работах. Когда мальчишка в школу ходит,я еще могу за ним досмотреть, а сейчас лето, свобода, вот он и распоясалсяокончательно. Я надеялась на Наташку, думала, она Мишу обедом покормит,так нет! Она его за батрака считает, поставила на картошке жука собирать,парень на нее неделю пахал, а потом мне и заявил:

«Сам себе сосисок сварю или голодным сидетьбуду, а к тетке не хочу!»

– Мальчик принял правильноерешение, – одобрила я поведение подростка, – а вы подумайте, нужна ливам такая подруга, как Наташа. Она с вами дерется, сама убежала, а вас оставилав грязи. На мой взгляд, ей надо было предложить вам воспользоваться душем на ееучастке. И нехорошо чужого ребенка на свой огород выгонять.

– Она мне не подруга, – ответиладама с заколкой, – вечно людям гадости делает, ну как с такой корешиться?Она...

– Правильно, – невежливо перебила ятетку, – друзья должны быть надежными.

– Она мне сестра, – сказала мояспутница, – погодка. Наташка первой родилась, а уж потом я, Маша.

Секунду я переваривала услышанное, потомпредставилась:

– Меня зовут Лампа. Наташа – вашародная сестра?

– Точно, – подтвердила Маша, –разве мне с ней разойтись? Надо отношения поддерживать. Вы гулять любите?Пешком ходите? Мне неохота через центр Ларюхина идти, давайте по окружнойдороге двинем, чуть дальше получится, зато никого не встретим, наши по этойтропке не ходят, боятся.

– Кого? – спросила я.

Маша рассмеялась:

– Собаку Баскервилей. Смотрели фильм?«Овсянка, сэр»!

– Хорошее кино, – одобрила я, –да только сомневаюсь, что потомки монстра из Англии перебрались в Россию.

Маша объяснила:

– У нас народ тупой, всему верит. Летдесять назад умер Сергей Водовозов, дочь его дом продала Илье, угрюмому такомупарню. Он участок забором обнес, трехметровую изгородь из бетона соорудил,прямо бункер стал, а не двор. Потом наши стали поговаривать про жуткую собаку,которая в лесу поселилась. То ребятишки кошек разодранных найдут, то птицполусожранных, один раз коза пропала. А уж когда Фаина из пятого дома наэтой тропке монстра повстречала, так всем отрезало в обход бегать. Сколько летпрошло, а Файка до сих пор трясется, как тот день вспоминает, говорит:«Страшнее никого в жизни не видела». Но я знаю, в чем дело, Илья втихаряразводит бойцовых псов, говорят, обученный кобель больших бабок стоит!У соседа две суки, они щенятся, а потом парень молодняк на бродячих кошкахи птицах натаскивает.

– Вот гад! – не выдержала я.

Маша кивнула:

– Некрасиво, конечно, но жить-то надо.Наши собак боятся, а я не трусливая. Правда, раньше мне страшно делалось, двараза в день, когда они выли.

– Воют два раза в день? –переспросила я.

Маша одернула халат.

– Я с Ильей вроде как в хорошихотношениях, он парень одинокий, жены у него нет, а мне копеечка нужна. Вот я исогласилась побатрачить. Избу ему мою, еду готовлю, никому из наших о приработкене болтаю. Один раз подзадержалась чуток, прибежала к нему около одиннадцативечера. Стою, картошку чищу и вдруг слышу! У-у-у! Словами не описать!У меня кишки заледенели! Короткий звук, всего пару секунд, но я чуть вочистки мордой не упала. Потом вроде в себя пришла и давай Илью звать.

Он на кухню вошел и спокойно так спрашивает:

«Ну, чего случилось?»

Я ему про вой, а он только усмехнулся:

«Это Паулина, старшая из собак. У неепривычка появилась: увидит, как я миску с едой несу, морду задерет и взвоет.Один раз всего, зато громко».

«Наши дома почти впритык стоят, интересно,почему я раньше ее не слышала?» – говорю ему, а сама удивляюсь.

«Так она только вчера этот трюкосвоила, – пояснил хозяин, – утром я зашел в вольер, а она как затрубит,я чуть всю жрачку от неожиданности не выронил. Ты небось уж на работу ушла».

Маша перевела дух и перекрестилась.