Грязная жизнь - Владимир Колычев

Ксения взяла кейс. Открывать не стала. Маша не дура, чтобы обманывать ее. Фотографии остались у нее на столе в кабинете. Но они же не в одном экземпляре – не надо много ума, чтобы догадаться об этом.

С кейсом в руках Ксения спокойно вышла из банка. Она не боялась, что на нее нападут и заберут деньги. У входа в здание стояли Леша и Митя. С ними она вообще ничего не боялась.

– Все нормально? – спросил первый.

– Будем надеяться, что да, – улыбнулась ему Ксения.

В отличие от Мити Леша согласился работать на нее без разговоров. Жена у него молодая. Только женился. Скоро дети появятся. А семью кормить нужно, одевать, квартиру неплохо бы собственную иметь. А тут пять миллионов долларов можно запросто заработать. Какой же дурак откажется от такого предложения? Ради этого случая и о службе на время можно забыть. Кстати, Леша и Митя о ней и забыли – оба разом в отпуск ушли. Февраль месяц – в это время отпуск попросить легче легкого.

Сама Ксения отпуск не брала. Она вообще завязала с рынком. Когда такие дела, разве можно думать о каких-то мелочах.

* * *

Да, ей представилась реальная возможность наказать Машу. Митя прав, самое ей место – на скамье подсудимых. И если бы эту стерву приговорили к расстрелу, она, кажется, своими собственными руками пустила бы ей пулю в затылок. Но тогда она потеряла бы деньги, которые по праву принадлежат ей. Да, отцовские капиталы должны принадлежать ей. И они будут ей принадлежать. Она все сделает для этого. Все эти деньги она вложит в отечественную экономику – так хотел отец.

Все втроем сели в машину, за рулем которой был молодой лейтенант, подчиненный Леши. Как ребята с ним договаривались, это не ее дело. Но он в общей доле не фигурировал.

В машине на заднем сиденье Ксения открыла кейс, взяла первую попавшуюся пачку, вынула из середины купюру, профессиональным взглядом оценила ее на подлинность. Нет, не липа. Да ее и не должно быть. Затем она посчитала деньги. Сто тысяч долларов, как и договаривались. Итак, первый этап акции по изъятию незаслуженного капитала завершен. «Лед тронулся, господа присяжные заседатели».

* * *

Женя застал Машу не в лучшем расположении духа.

– Полюбуйся, – бросила она ему в лицо кипу фотографий.

Она вся кипела от злости.

Он взял на выбор одну фотографию. На ней запечатлена сцена их любви. Он и Маша, в чем мать родила, расшатывают кровать. А кровать знакомая. Из той квартиры, где они встречались еще до смерти Петра. Стоп! А не в тот ли день их засняли, когда он передавал ей коробочку с отравой? Женя напряг память. Сережки на Маше в тот день были в форме неправильной звезды, как раз те, которые на фотографии. Он хорошо их запомнил. Шею они ему легонько оцарапали. Да, похоже, их засняли в тот день.

Он собрал все фотографии в кучу и начал лихорадочно перебирать их. Нет, ни на одной из них не отражен момент передачи смертельного препарата.

– Откуда эти снимки?

– Ксения, сучка эта, принесла.

– Как они у нее оказались?

– За нами следила.

– Что она от тебя хотела?

– Денег. Сто тысяч долларов. И она их уже, между прочим, получила.

– Больше она ни о чем не говорила?

– А о чем она должна была говорить?

– Нас с тобой сняли... – он ткнул пальцем в одну из фотографий, – как раз в тот день, когда я передавал тебе препарат.

– О боже! – побледнела Маша.

– Если просто фотографировали, то ничего страшного. Даже если зафиксирован момент, когда я протянул тебе лекарство. Без аудиозаписи ведь ничего не докажешь.

– И действительно. – Ее щеки порозовели.

– Ну а если нас снимали на видеокамеру, а потом с видеозаписи делали фотографию...

– А ты думаешь, так может быть?

– Изображение на снимках нечеткое. Не нравится мне это.

И, уже не обращая внимания на Машу, Женя начал собирать фотографии в конверт. А затем с ними направился к выходу.

– Ты куда? – услышал он ее взволнованный голос.

– Не бойся, не в милицию, – усмехнулся он, не оборачиваясь.

Через восемьдесят минут он был у одного товарища, фотографа высшей квалификации.

– Артем, а ну взгляни-ка!

Он протянул ему фотоснимок, на котором невозможно было узнать ни его, ни Машу.

– Забавная композиция, – усмехнулся фотограф.

– А я тебя не забавлять приехал. Ты мне вот что скажи, как можно было сделать этот снимок?

– Сейчас скажу.

Артем взял лупу и принялся изучать оригинал. Экспертиза длилась не больше трех секунд.

– С видео делали. Останавливали кадр и делали снимок.

От фотографа Женя уходил не в лучшем расположении духа. Та их с Машей встреча, когда он передавал ей коробочку с препаратом. Точно, их снимала скрытая видеокамера. А это значит, что, скорее всего, и разговор записан на пленку. Если это так, то их дела с Машей ой как плохи. У Ксении, скорее всего, есть очень сильный компромат на них. И фотографии всего лишь безобидное начало. Она выудила у Маши сто тысяч долларов. Но это, похоже, генеральная репетиция перед началом широкомасштабного наступления.

Он сел в свой «БМВ» последней модели, завел двигатель.

Маша может потерять сотни миллионов долларов. И все из-за Ксении, на руках у которой злополучная видеокассета. А не лучше ли ликвидировать эту сучку, пока она не приступила к исполнению основной части своего плана? Они наймут киллера самого высокого класса, он сработает наверняка. Сразу после этого нужно будет сделать обыск в ее квартире и изъять видеокассету. Ничего сверхъестественного в этом нет. Ксения и кассета обойдутся им с Машей не больше чем в сотню тысяч долларов – и то если не скупиться. Это пустяки по сравнению с предполагаемой потерей.

Женя уже начал думать, как и где найти ему киллера, когда сзади за спиной послышался легкий шорох, и тут же ему в затылок ткнулся ствол пистолета.

– Спокойно, мужик. Никаких лишних движений, – предупредил насмешливый голос. – Едем, куда я скажу.

Незнакомец заставил его вырулить на Кольцевую автостраду, проехать по ней, а затем свернуть в сторону Немчиновки. Еще километров десять пути, и они приблизились к частному дому, въехали во двор. Откуда-то появился высокий парень лет двадцати пяти, закрыл за ними ворота. Все, Женя отрезан от внешнего мира.

– Выходим, – сказал незнакомец и подтолкнул его стволом пистолета.

Женя послушно вышел из машины. За ним выбрался его похититель. Он оказался совсем невысокого роста парнем. Ударь такого, и в лепешку сомнешь. Но в руках у него «макаров», против этого не попрешь.

Не нравилось ему все это, ой как не нравилось. Похищают среди бела дня, привозят в какой-то дом. Но самое худшее, ему позволяют запомнить дорогу, по которой он сюда ехал. Значит, его не собираются отвозить обратно, разве что только мертвым. Женю охватила паника. Он бросился на своего похитителя, с потрясающей легкостью вырвал у него из рук пистолет. И тут же послышался смех.